АПП, или Блюстители против вредителей! - Юлия Фирсанова

В назначенный час после первого дня занятий Яна Донская, второкурсница Академии пророчеств и предсказаний, топталась перед закрытой дверью аудитории номер пять в третьем корпусе в ожидании факультатива. С одной стороны, солдат спит – служба идет. Время, отведенное на занятия, не резиновое. С другой – урок был нужен самой девушке. Это ведь она, а не кто-то другой, крупно влипла со странным даром приговорщицы, неожиданно прорезавшимся в начале первого курса.

Потому-то второй курс и начался для студентки, как обещал декан Гаделикарне… Гадерикали… Тьфу, выговорить имя руководителя факультета блюстителей пророчеств без пол-литра или специализации на скороговорках было решительно невозможно даже после года обучения в АПП. Короче, декан Гад, как и обещал, прямо в первый день занятий отправил девушку к учителю, способному посвятить ее в тонкости обращения с открывшимся талантом. Вообще-то Донская еще и в «толстостях» ничего не понимала, потому покорно отправилась на индивидуальный факультатив.

Предстояло серьезно потрудиться. А почему? Из-за странной способности: у Янки стали сбываться сказанные в сердцах пожелания. Правда, к счастью, пока сбылось всего одно. Дальше уже было не до вольных или невольных экспериментов. Весь курс студентка головы от учебников не поднимала – была загружена выше крыши лекциями, семинарами, контрольными, рефератами, практическими работами и тренировками с друзьями-напарниками, а также прочими «прелестями» жизни первокурсника.

Девушке не то что кого-то проклинать, лениться толком некогда было! Программа в Академии пророчеств и предсказаний оказалась весьма насыщенной, да и дару, как говорил Гад, полагалось устояться. Из-за этого визит к будущему наставнику декан, смилостивившийся над студенткой, страдавшей от непомерной нагрузки, великодушно отложил до второго курса.

Вот потому теперь Яна стояла под дверью и ждала. На всякий случай она подергала ручку еще разок, признала невозможность проникнуть внутрь и на этом успокоилась. Вскрывать замки их все равно не учили. Наверное, мастер где-то задержался. Не забаррикадировался же он изнутри?

Девушка сняла плащик, убрала беретку в рукав и положила вещи на скамейку. Присела и откинулась на спинку, с удовольствием вытянув ноющие после физкультуры ноги. Жаль, нельзя было еще и руки вытянуть или вообще раскинуться звездочкой на полу.

Очередная полоса препятствий, изобретенная вдохновенным супружеским тандемом тренеров (эльфа Теобаля и горгоны Леоры), заскучавшим за каникулы без работы и студентов, вытянула из девушки все соки. Даже при помощи энергичных напарников – тролля Хагорсона и дракона Машьелиса – Янка одолела ее с трудом, словно и не занималась весь прошлый год дополнительно. А уж справиться с такой нагрузкой в одиночку и вовсе казалось непосильной задачкой. Да, расслабилась студентка на каникулах, снова начала кое-где жирком обрастать! Или хитрые мастера нарочно сложность полосы завысили, чтобы спесь со второкурсников сбить и подвигнуть их к новым подвигам на ниве тренировок?

Как же хорошо, что Прялка Судьбы, запущенная деканом и ректором, притащила в АПП не одну Янку, а сразу трех будущих товарищей. Вдобавок лист Игиды со знаком ОГАС помог зарождению крепкой дружбы. Янка успела здорово привязаться к напарникам. Каникулы, конечно, Донская с удовольствием провела в родном поселке вместе с семьей, считавшей ее студенткой очень секретного метеорологического вуза, но по друзьям успела изрядно истосковаться! И, вот странно, по занятиям!

Неожиданно Яне пришлась по вкусу жизнь в академии. И не только из-за уютной комнаты в общежитии и замечательного меню в столовой, где царствовал повар-силаторх, мастер Вархимарх. Синий летающий осьминог готовил так, что пальчики оближешь. К своему удивлению, Донская мало-помалу начала получать удовольствие от учебы, чего с ней не случалось за всю ученическую и студенческую жизнь на родной Земле.

Ясное дело, даже в АПП все учебные предметы нравиться не могли. Вот, скажем, основы Мироздания на первом курсе ничего, кроме головной боли, не принесли, хотя староста факультета Стефаль и расписывал дикую полезность чудовищных лекций. Зато лекарское дело, читаемое мастером Лесариусом, или знаки Игиды, преподаваемые деканом Гадом, девушку заинтересовали всерьез.

И основы предсказаний в общем-то оказались предметом интересным, если бы не странные отношения с преподавателем. На первом занятии из-за шалости студента обычный гадальный ритуал, проводимый мастером, превратился в обряд, сделавший из Янки и Сейата Фэро, лорда Леоци, невесту и жениха. Никаких последствий, о которых предостерегал мастер, вроде способности чувствовать учителя на расстоянии или чего похуже, у жертвы так и не проявилось, поэтому происшествие удалось сохранить в тайне. Теперь девушка вообще полагала, что случайная связь развеялась. Ничего уточнять у мастера Янка не рвалась. Если бы тот хотел, сам рассказал бы. А молчит, так, может, о конфузе вспоминать не хочет, потому не стоит нервы мужику трепать.

– Ты ко мне? – неожиданно прозвучал над головой задумавшейся Яны голос того самого мастера Сейата Фэро, которого теперь вся академия иначе чем Сатаной Феррумом и не называла.

– Похоже на то, – мрачно согласилась девушка. Коль к аудитории подошел именно Фэро, значит, именно он и должен стать ее наставником.

– Я сейчас не могу уделить тебе времени, – неодобрительно нахмурился мастер, прищелкивая темными когтями на руках. – У меня назначено занятие.

– Ладно, – легко и спокойно согласилась Яна, к некоторому удивлению Сейата Фэро. – Тогда я передам декану, что вам некогда со мной заниматься, да?

– С тобой? – насторожился преподаватель. – Стоп, так это ты та самая приговорщица, которая нуждается в факультативных занятиях?

– Я, – поневоле признала девушка, сообразившая по интонации, что расклад изменился и легко отделаться от Сатаны все-таки не удастся.

– Проходи, – мрачно, будто звал студентку на собственную казнь, разрешил мастер и открыл дверь, приложив к замку перстень-печатку.

Створка распахнулась бесшумно и столь же неслышно закрылась, оставив Янку наедине с мужчиной. Преподаватель основ предсказаний выглядел откровенно измученным. Смуглая кожа приобрела какой-то песочный оттенок, не спасала даже бордовая мантия, а яркие рожки, проблескивающие в темно-баклажановых волосах, утратили прежний роскошный блеск.

– Я могу в другой раз прийти, – пожалела беднягу, перетрудившегося на первых лекциях, сердобольная девушка. – Вы только скажите, когда удобнее.

– Не имеет значения, – отмахнулся мастер и, указав студентке на ее обычное место за партой, опустился на соседний стул. Потер устало лоб, уточнил: – Когда у тебя открылся талант приговорщицы?

– В начале первого семестра первого курса, – добросовестно (а чего обманывать-то?) отчиталась Яна, доставая из сумки чистую тетрадь и ручку для конспектирования предстоящего занятия.