Духи времени - Андрэ Нортон

Ларец стоял на подставке посреди стола. Джейсон Роббинс включил свет, и в его сиянии ларец, семнадцати дюймов длиной, цвета старой слоновой кости, заблестел, как полированное дерево. «Или это только кажется?» — удивленно подумала Талахасси. Этот артефакт имел некое свойство… — она подобрала точное слово, которое знала, но не хотела произносить вслух, — колдовство, вот что это было. На крышке его золотая инкрустация; на каждой стороне сделано по золотому диску. Она могла и не прикасаясь угадать, что ларец отделан очень чистым, мягким золотом, которое применяли в древние времена.

— Так вот, — седоволосый человек, по-видимому, самый главный здесь, слегка наклонился вперед, — что вы можете сказать нам об этом, мисс Митфорд?

Талахасси с трудом отвернулась от ларца, с которого не сводила глаз с тех пор, как Джейсон зажег настольную лампу.

— Не знаю, — честно призналась она. — Здесь есть составные элементы африканской символики, вот — видите? — она показала пальцем туда, где слоновая кость ларца, потемневшая от времени, переходила в золото инкрустации на крышке полосой в виде змеи. Однако спираль не имела змеиной головы, точнее, в этом месте полоса драгоценного металла изгибалась под прямым углом, напоминая стилизованный охотничий нож. — Здесь сочетание двух знаковых эмблем, известных из эпохи Древнего царства. Вот эта эмблема, на крышке — «плуг», что, как считается, символизирует правителей Мероэ. Остальное относится к более поздней эпохе.

Возможно, это — символ лезвия меча в форме змеи. Но эти два символа, насколько известно, никогда раньше не встречались вместе. Династии Мероэ многое заимствовали у Египта, где змея была знаком королевской власти, обычно — частью короны. Это, — ее палец указал на диски по бокам, — тоже символы. Они очень сходны с золотыми знаками, которые носили «духи-очистители» из Ашанти — слуги короля, обязанностью которых была опека его, защита от любой опасности соприкосновения со злом вообще. Однако, хотя здесь сочетание символов из двух, может быть, и трех эпох африканской истории, этот предмет очень древний!

Человек, представленный Джейсоном как Роджер Ней, упорствовал:

— Можете ли вы теперь рассказать нам о музейной ценности вещи? — его тон был нетерпеливым, как будто он ожидал для нее в случае непослушания какой-то немедленной, внезапной кары, и его тон вызвал в Талахасси ответное, даже воинственное сопротивление.

— Мистер Ней, я изучаю археологию и сейчас помогаю составлять каталог собрания Луиса Брука. Существует много методов исследований, которые могут указать на датировку этого удивительного артефакта, но для них нужно специальное оборудование. Пока я могу сказать только, что это очень искусное изделие… — она помолчала, прежде чем задать собственный вопрос:

— Видели ли вы Жезл Власти в собрании Брука?

— Как же тогда быть с этим? Может, вы полагаете, что это, — он указал на ларец, — являлось частью указанного собрания?

— Если даже это так, — она осторожно выбирала слова, — то данный предмет не был включен в официальный каталог.

Тем не менее в нем есть кое-что… — Талахасси тряхнула головой. — Впрочем, вы не хотите догадок, вам нужна уверенность. Сегодня вечером прибудет доктор Румен Кэри. Он приезжает, чтобы изучать коллекцию. Я бы предложила вам позволить ему осмотреть это. В настоящее время он — крупнейший авторитет по искусству Судана.

— Ты уверена, что это суданское? — теперь спрашивал Джейсон.

Талахасси сделала слабый жест рукой.

— Я уже говорила, что ни в чем не уверена. Могу лишь сказать, что эта вещь стара, очень стара. Я предполагаю, она происходит из Африки, однако такого сочетания символов я раньше не видела. Если бы я могла… — она протянула руку к ларцу, но рука Нея молниеносным движением накрыла ее запястье. Она посмотрела на него с явным изумлением, а затем — с отвращением.

— Ты не правильно поняла. — Джейсон вмешался снова, говоря очень спешно, будто боялся, что не сможет сдержать свое раздражение, как бывало и прежде, когда они были детьми. — Эта штука «горячая»!

— Горячая?

— Она излучает какую-то энергию. — Ней короткое время изучал девушку оценивающим взглядом. — Именно поэтому мы ее и нашли. Это была чистая случайность… — Он освободил руку, и Талахасси отдернула ее назад, на колени. — Один из наших полевых агентов поехал в аэропорт, чтобы положить багаж в камеру хранения. У него был с собой счетчик Гейгера, и он вдруг защелкал. С помощью счетчика служащий обнаружил источник излучения в соседней камере. Тогда он вызвал меня. Мы взяли в администрации ключ от этой камеры и внутри обнаружили это.

— Радиоактивная, — пробормотала Талахасси. — Но каким образом…

Ней покачал головой.

— Не ядерная, хотя и обнаруживается счетчиком. Это что-то новое, но лаборанты не хотят превращать ларец в обломки…

— Я категорически против! — у Талахасси вызывал раздражение даже намек на такой вандализм. — Он, возможно, уникален. Его открывали?

Ней опять покачал головой.

— Здесь нет различимого соединения. И мне кажется, лучше его не трогать лишний раз до того, пока не будем хорошо понимать, что же имеем. Теперь — что это за жезл власти, о котором вы упоминали? Что это такое и где его нашли?

— В старых африканских государствах существовала безграничная уверенность, что дух народа может быть заключен в какой-нибудь особенный предмет. Война Ашанти с Англией сотню лет назад началась лишь потому, что английский губернатор потребовал себе королевский трон в знак изменения власти. Но по правилам даже сам король не мог сидеть на нем.

Сидя рядом на циновке на полу, он мог только прикасаться к нему предплечьем, принимая очень важное решение или во время коронации. Трон народа Ашанти заключал в себе силу всех родовых предков и был священным; он имел огромное религиозное, а также политическое значение, о чем англичане не попытались выяснить прежде, чем предъявили свои требования.

Другие племена также имели свои символы божественной связи их со своими предками и богами. Иногда после смерти короля такие символы переносились в специальное помещение, откуда их приносили «слушать», когда нужно было сделать серьезное изменение какого-либо закона или для решения, от которого зависело будущее целого народа.

Эти артефакты были очень ценными, и существовали племена, в которых вообще никто никогда не видел их, кроме жрецов и жриц.

«Жезл Власти», найденный Луисом Бруком, считают одним из таких предметов, и то, что он был обнаружен в месте, с которым связано несколько странных легенд, является двойным успехом.

— Так он открыл его в Судане?

— Нет, гораздо западнее. Неподалеку от озера Чад. Существует древняя легенда, что когда арабо-египетское королевство Аксум разорило Мероэ, королевский род — а они сами были потомками египетских фараонов и ревниво соблюдали большую часть древних верований — бежал на запад и предположительно нашел убежище вблизи озера Чад. Однако сколько-нибудь реальных доказательств этого не существовало, пока доктор Брук не сделал своей поразительной находки.