Артефакт оборотней - Василина Лебедева

Вернулась в гостиную и прошла через неё в спальню, с предсказуемо одной большой кроватью. Грустно посмотрела на неё и решила, что спать буду в кабинете, диван там мягкий и на вид удобный. Подкатив чемодан к шкафу, начала распаковывать его. Неизвестно: сколько времени будем здесь жить, так что достану всё и развешу, ну а сложить минут за двадцать я успею.

Не думаю, что придётся экстренно собираться, поэтому решила разобрать, но складывать на полочки всё компактненько.

За этим занятием застал меня Максим, выйдя из ванной, дверь которой была как раз в спальне. Хмыкнул, что-то пробормотал, но я не стала оборачиваться. Просто проигнорировала его появление и продолжала своё занятие. И только когда минут через десять хлопнула входная дверь, а я успела фактически разобрать и второй чемодан, я облегчённо выдохнула и присела на край кровати. Бездумно глядя на шкаф, просидела наверное минут пять, потом сбросив с себя горькое оцепенение, тяжело поднялась и направилась в душ, где меня ожидал ещё один сюрприз: здесь не было кранов!

Осмотрела панель с кнопочками в душевой кабинке и возле огромной раковины, вздохнула, разделась и решила: будем пробовать методом тыка – самый верный способ. Пару раз вскрикнула, когда меня в просторной душевой кабине окатило со стен и потолка то кипятком, то ледяной водой, но всё-таки я умничка! Я разобралась с этой шайтан-машиной и нашла как регулировать температуру и потоки воды, струи которой били здесь со стены и потолка. Выкупавшись и одев пижамку, накинув халат, висевший здесь же, захватив подушку и покрывало, прошла в кабинет, прилегла и провалилась в сон.

Проснулась от пиликанья, сонно потерев глаза, встала, не понимая где я. Только минут через пять, восстановив события и найдя выключатель, потому как в кабинете было уже темно, я вышла в гостиную и по звуку нашла сумочку. Достала из неё пиликающий планшет: звонила Марта, которой я забыла отправить сообщение. Пообщавшись с нею и заверив, что у меня всё хорошо, добрались и устроились мы тоже хорошо и голос у меня не расстроенный, а сонный и несколько раз извинившись за молчание, клятвенно обещаясь регулярно отписываться, закончила разговор.

Пройдя по тёмному номеру и заглянув в спальню, с нетронутой постелью, посмотрела на экран планшета – половина двенадцатого, а Максима нет. Грустно побродив по номеру, запахнув сильнее халат, выглянула за дверь – тихо. Прошла к лестнице и поднялась по ней.

Было страшновато: вдруг встречу кого-то, хотя чего боятся? Ну прикинусь дурочкой, с них спрос меньше, всяко лучше, чем просто сидеть в номере.

Поднявшись на крышу, огляделась – это была действительно открытая мансарда, частично прикрытая крышей. То тут, то там среди деревьев, росших в деревянных кадушках, расставлены плетеные кресла и несколько столиков тоже плетёных.

Здесь было хорошо – открытое пространство давало пусть хоть и мнимое, но ощущение воли, свободы, что для оборотней просто необходимо, чтобы не сойти с ума в рамках бетонных джунглей города.

Запахнув халат сильнее, я прошла дальше, где перилами был огражден край крыши и горели висящие светильники-светлячки, но резко остановилась и сделала пару шагов обратно в тень, потому как от дома, если смотреть прямо, заметила ярко освещённое, скорее всего кафе. Внимательно присматриваясь, среди сидящих, за большими окнами, разглядела Максима.

Всё-таки расстояние было хоть и не очень большим, но видела я недостаточно чётко. Удостоверившись, что ветерок дует в лицо, сняла артефакт, положила крестик на рядом стоящий стол и, стоило мне сделать широкий шаг в сторону, как меня оглушила волна звуков, запахов, от которых я пошатнулась и чуть не упала, потому как вцепилась в маленькое деревце, которое не могло дать мне опоры и качнулось в своей кадушке вместе со мною.

Резко одёрнув руку от него, хорошо хоть не сломала!, продышавшись и дождавшись когда в голове проясниться, а органы чувств придут в некую стабильность, посмотрела теперь уже не ограниченным волчьим взглядом на то кафе. Хотя может лучше бы я не стала этого делать?

За столиком, стоявшим рядом со стеклянной стеной, сидел Максим, ещё один мужчина и три молодые женщины: блондинка, брюнетка и рыжая – прям как на подбор. Женщины выглядели очень дорого: хорошая, правда не вызывающая, одежда, роскошные волосы, да весь их внешний вид кричал о роскоши обладательниц. Рыженькая сидела на стуле, придвинутом к стулу Максима, его рука лежала на его спинке, и создавалось впечатление, что ещё мгновение и его рука невзначай соскользнёт с этой спинки и ляжет на талию, приобнимая женщину.

Она смеялась немного запрокинув голову, а Максим, наклонившись, ей о чём-то говорил чуть ли не на ухо. Вот он отодвинулся, и его рука заправила прядку волос ей за ухо, совсем как мне только вот недавно он заправил прядку в самолёте. Наклонившись к женщине, о чём-то сказал, отчего она опять откинув голову рассмеялась и повернувшись к нему ответила. Ещё мгновение и их губы встретятся в наверняка мягком и нежном поцелуе, а может в страстном, как он целовал меня когда-то: сначала мягко и нежно, с каждым мгновением углубляя поцелуй, который становился страстным, обжигающим.

Пошатнувшись, сделала шаг назад, ещё один, на что-то натолкнулась спиной, потому как не отводила взгляда от кафе, от Максима, который, не отдаляя лицо от рыжей, заправил локон за её ухо с другой стороны. Резко отвернувшись, метнулась к столику, схватила артефакт и побежала вниз, в номер.

Дрожащими руками несколько раз промахивалась карточкой мимо замка, не видела эту проклятую прорезь из-за слёз, которые сдержать не могла и они струились по щекам. В какой-то момент замок щёлкнул, я влетела в распахнувшуюся дверь, захлопнув её, пробежала в душевую, закрылась и раздевшись юркнула под тугие струи воды, которые могли заглушить рыдания рвавшиеся из груди.

Проплакавшись до икоты, я лежала на диване в кабинете, невидящим взглядом глядя в потолок и пытаясь решить неимоверно трудную задачу, огромнейшую проблему – как перестать испытывать к Максиму эти безумные чувства, как разлюбить его и вообще возможно ли это?

Прикрыв глаза, вспомнила выражение: «Всё невозможное – возможно, стоит только приложить максимум усилий!». Что ж мне придётся вывернуть душу наизнанку, изгоняя из себя это безумное, болезненное чувство, которое раз за разом опустошает меня, ломает, причиняя боль.

В процессе рефлексии не заметила, как провалилась в тяжёлый сон, который не принёс мне на утро бодрости. Приняв душ и одевшись, я озаботилась возникшей проблемой: привести в порядок свою одежду. У меня уже накопились вещи требующие стирки, да и погладить не помешало бы. Только вот спросить: где стирать и сушить, не у кого – Максима, когда я проснулась, уже не было и только небрежно накинутое покрывало на кровати и смятая подушка говорили о том, что он всё-таки приходил ночевать.

Я со своими переживаниями уснула так крепко, что и не услышала: когда он пришёл, да и когда ушёл тоже. Пока грустно размышляла и складывала грязные вещи в пакет у меня начало урчать в животе, конечно ведь последний раз я ела в аэропорту, перед вылетом в Токио!

Решила сходить в то кафе, которое вчера увидела с мансарды, должно же там быть что-то съедобное? Надев бежевые зауженные брюки со стрелками, сверху натянула серебристый топ, подготовила укороченный пиджак и туфли на каблуке, я нашла свою сумочку и стала рыться в ней в поисках паспорта.