Я смотрю на тебя - Ирэне Као

– Ок. Считайте, что я ничего не говорила. Бесчувственная! – Делаю вид, что дуюсь, но на самом деле я никогда не обижаюсь на Гайю, пусть подшучивает над моими вегетарианскими пристрастиями.

– А пойдем в «Мирай», японский ресторан на Каннареджо?[13]– предлагает Филиппо.

– Ура! – восклицает Гайя. – Обожаю суши. А там их потрясающе готовят.

– Ок, а я смогу взять рис с овощами.

– Ну что, все согласны? – Филиппо смотрит на меня, как бы говоря: «Надеюсь, что мы пришли к компромиссу».

Я улыбаюсь:

– Хорошо, пойдем!

* * *

В «Мирай» мы провели прекрасный вечер. Ужинали вдесятером – Гайя пригласила по дороге знакомых, которых мы встретили. Естественно, это было запланировано заранее, потому что после ужина наша «королева диско» затащила всех в «Пикколо Мондо» – одну из дискотек, где она работает PR-менеджером. Пошли все, кроме меня и Филиппо. Как только я отказалась от приглашения, Филиппо предложил провести вечер вместе, и мы пошли просто гулять по улицам. Мы были не одни такие – погода еще стоит довольно теплая, не хочется сидеть дома. Бары были полны, и иногда из них выходил кто-нибудь шатающейся походкой. Я тоже начинаю уже шататься, но не из-за выпитого, а по вине босоножек, которые сводят меня с ума.

– Все, я больше не могу, давай остановимся на минутку, – не закончив фразу, я падаю без сил на пустую скамейку и начинаю рыться в сумке в надежде найти пластырь. Его нет! Я думала перед выходом, что надо бы взять парочку, а потом забыла. Снимаю босоножки и смотрю на свои красные, распухшие стопы с отметинами от лент. Жестокость моды.

– Боже, что я с вами сделала… – бормочу, потирая ступни.

Филиппо берет мою правую ступню и кладет себе на колени, заставляя меня повернуться всем телом к нему.

– Ты что делаешь? – спрашиваю с изумлением.

– Скорая помощь, – отвечает он, начиная массировать мою ногу. Его прикосновения оказывают оживляющее воздействие, и я чувствую, как кровь опять начинает бежать по венам. На мгновение всецело отдаюсь этому ощущению, позволяя его рукам продолжать свои мягкие движения. Но постепенно облегчение сменяется смущением: я лежу на скамейке в центре Венеции, а Филиппо массирует мне ноги. Это немного странная ситуация и очень интимный процесс. Я смотрю на Филиппо и вижу, что он тоже за мной наблюдает, но не так, как смотрел бы на меня просто друг. Наши лица находятся совсем рядом, мы близки к поцелую, и я чувствую, что это вот-вот случится. Хочу и одновременно боюсь этого, задерживаю дыхание…

Наши лица находятся со-всем рядом, мы близки к поцелую, и я чувствую, что это вот-вот случится. Хочу и одновременно боюсь этого, задерживаю дыхание…

Звонок моего мобильного резко возвращает нас к реальности.

– Эле, извини, что так поздно. Ты спишь? Это Гайя.

– Нет, нет…

Волшебство момента улетучилось, я в спешке стараюсь надеть босоножки. Пока я их застегиваю, кидаю взгляд на Филиппо: он кажется разочарованным. Наверное, я тоже. Но ничего не поделаешь. Гайя старается привлечь мое внимание:

– Эле, ты меня слышишь? Ты где?

– Да, извини, я еще иду…

– Слушай, у меня дерьмовая ситуация. Я поругалась с Франком из «Пикколо Мондо»… Он вообще больной, вызвал меня к себе в офис и начал кричать, что в последний раз я ему привела отморозков в клуб. Я ушла, хлопнув дверью, только ключи и все остальное осталось у него на столе.

– Ну так вернись и забери их.

– Нет, Эле. Я вообще больше не хочу видеть этого придурка. Зайду завтра, когда дискотека будет закрыта и его там не будет. А сегодня вечером… можно я у тебя переночую?

– Конечно, жду тебя дома, до скорого.

– Я буду через две минуты.

Две минуты?Значит, она уже знала, что я ей не откажу.

Кладу трубку и поворачиваюсь к Филиппо.

– Извини, но Гайя едет ко мне, потеряла ключи.

Он улыбается, но в его глазах заметно легкое смятение.

– Ничего страшного, Эле. Я провожу тебя до вапоретто[14].

Мы ждем его минут пятнадцать почти в полном молчании, все еще ощущая неловкость из-за неслучившегося поцелуя. Перешучиваемся, стремясь сгладить напряжение. Когда подходит вапоретто, он кажется мне сказочным принцем, приехавшим спасти меня, и я вхожу на него с радостью, чуть не бегом.

Когда подходит вапоретто, он кажется мне сказочным принцем, приехавшим спасти меня, и я вхожу на него с радостью, чуть не бегом.

– Биби, мы ведь еще увидимся, правда? – спрашивает Филиппо.

– Конечно, до скорого, – отвечаю и машу ему рукой.

И ускользаю вдаль по воде.

* * *

У двери подъезда меня ждет Гайя, все еще злая. Поднимаясь по лестнице, она подробно рассказывает мне все, что произошло с Франком, и это отвлекает меня ненадолго от происшествия с Филиппо. Иногда она слишком горячится, и я напоминаю ей, чтобы говорила потише: уже поздно и все в доме спят.

Умываясь в ванной, ловлю на себе взгляд Гайи, которая наблюдает за мной в зеркале.

– Ты ведь ничего от меня не скрываешь?

Ну вот, она опять вошла в роль Великого инквизитора!

– А что мне от тебя скрывать? – бурчу, чистя зубы.

– Ну, не знаю, ты и Филиппо – что-то между вами происходит. Я чему-то помешала?

– Гайя, мы просто друзья.

Но она мне не верит.

– Ммм… Мне кажется, ты ему нравишься. Всегда нравилась!

Пожимаю плечами.

– А тебе он нравится?

– Не знаю. Я никогда об этом всерьез не задумывалась, – и я говорю правду. По крайней мере, не задумывалась до сегодняшнего вечера…

* * *

Мы забираемся под одеяло в мою двуспальную кровать, и почему-то внезапно нас это очень веселит. Гайя бросает мне в лицо подушку, и сразу же вспоминаются домашние вечеринки, которые мы устраивали подростками. Смеемся над тем, какими мы были тогда и какими стали сейчас. Выключаю ночник и желаю ей спокойной ночи.

Я уже засыпаю, когда голос Гайи снова будит меня:

– Эле…

– А? – отвечаю я спросонок.

– А этот Леонардо… Ты говорила, что он живет в палаццо. Это там, где ты работаешь, да?

– Ну да.

– А где это?

– Завтра объясню, спи уже.