Сорок истин - Ана Ховская

— Мне компания сдает в аренду комнату в общей квартире с коллегами. В чем твой вопрос? Я устала и хочу спать.

— Я скоро буду работать рядом с тобой, — ухмыльнулся Юрий. — Машина у меня есть. Может, будем снимать квартиру вместе? Где-то поближе к офису… Это будет гораздо выгоднее. Что ты там на свою зарплату дизайнера потянешь? Мы же все-таки родные люди, — понизил голос он и провел тыльной стороной ладони по ее плечу.

— А тебе не стыдно вот так являться ко мне и предлагать такие мерзости? — отстранилась Ульяна.

— А что в этом стыдного? И где тут мерзости? — с невинным видом удивился тот. — Что ты нос воротишь? У тебя выбор есть?

Как было противно все это слушать. Ульяна вынула руку с ключами из кармана и сделала шаг к крыльцу. Но Юрий мгновенно схватил ее за локоть и притянул к себе.

— Ну чего ты такая недотрога? Никому ты здесь не нужна! А я смогу тебя защитить! — выдохнул он ей в лицо вместе со зловонным облачком пара.

— От кого?! — вспыхнула Ульяна и вырвала руку из захвата. — Прекрати меня преследовать! Я тебе ничего не должна. Все, что могли, вы уже забрали. Ты и твоя мать — вот тут мне! — и Ульяна сопроводила слова резким движением ладони поперек горла. — Вы не заслужили того, что имеете!

— Мать заслужила за шестьдесят пять лет! — тут же возразил Юрий и снова надвинулся на нее. — Она твоей матери столько всего сделала. А ты и мужа проспала, и любовников как перчатки меняла, да никому не сгодилась. Никого рядом удержать не можешь, а еще выпендриваешься!..

— Тебе-то какое дело? Меня нет в вашей жизни больше! Не родственники, а гиены: вцепились зубами, не оторвешь!

— А ты не поняла? — зло прищурился он на нее.

Ульяне было гадко даже смотреть в его сторону. Внутри кипело от злости и бессилия. Она одернула пальто, выпрямилась и твердо заявила:

— С детства поняла! Как думаешь, что, если Барховский узнает, какой у него в штате извращенец, а? Думаешь, возьмет тебя в свою крутую фирму? У его служащих безупречная репутация!

Конечно же она блефовала. Она не собиралась выносить сор из избы. Но если брат не отстанет, готова была пожертвовать своей гордостью и самоуважением, а может, и репутацией, чтобы раз и навсегда покончить с родственными связями.

— Да кто ты, и кто Барховский? Ты для него мелкая сошка! — вызывающе бросил Юрий, сморщился, как старый сапог, и начал плеваться ядом — Кем бы ты была, если бы не поступила в университет на бюджет при помощи тетки? Где бы жила, если бы мы не пустили в квартиру. А она приносила хороший доход. Всем нужны были тогда деньги, а не на тебя — пустышку тратить!

Припомнил и лимонный кекс, который Ульяна испекла на прощание с теткой, а тот вызвал сильнейшую аллергию. Но она была уверена, что тетка преувеличила нанесенный вред. Всего-то покрылась пятнами, которые всегда исчезали бесследно через три дня. И в конце ударил по больному:

— Ты хоть помнишь, сколько тебе лет? Никому уже не нужна, да и бесплодная, поди…

Все сильнее сжимая кулаки, Ульяна побагровела. «Ничего! Предложу Барховскому такой убойный секс, что он не откажет в просьбе. А он, кажется, любит держать слово!»— в отчаянной ярости пообещала себе она, уже представляя свои изощренные аргументы. Но отмахнувшись от опасных фантазий, Ульяна вскинула голову, обошла брата и поднялась на крыльцо.

— Только попробуй сунуться ко мне! Мокрого места не оставлю! — выдавила она через плечо.

— Я вернусь через пару недель, и еще поговорим! — прокричал Юрий.

— Урод! — прошипела Ульяна, входя в подъезд и с усилием притягивая дверь на доводчике за собой, чтобы брат не решил пойти следом.

Прислонившись к стене подъезда, Ульяна стянула шапку и помассировала тяжелые виски.

— Доброй ночи, Улечка! — проскрипел сонный голос консьержки в окошко сторожевого пункта.

— Привет, теть Моть! — устало улыбнулась Ульяна и посмотрела в продолговатое узкое окно на улицу.

Юрий оббивал ботинки от слякоти и садился в свой серый внедорожник «Митцубисси».

— Теть Моть, тут мужчина один терся у подъезда. Он ко мне не просился пройти?

— Терся, терся. Но он квартиры твоей не знал, а еще братом назвался. Уж брат-то мог бы и знать…

Пожилая консьержка — женщина принципиальная, и можно было надеяться, что ни за что не выдаст лишнего, даже под пытками: советское воспитание. Но Ульяна понимала, что все это дело случая.

— А давно он тут?

— Да часов у девять приехал.

Ульяна зло сжала губы. «Надо же не поленился, ждал. Наверное, весь бензин потратил, чтобы согреться. Маньяк недоделанный!»

— Вы ему не сказали номер квартиры?

— Та не, — махнула рукой консьержка. — А шо такое?

— Это не брат. Это мой бывший разыскивает, — слукавила Ульяна, подходя к двери пункта. Страдальческое лицо даже не пришлось изображать: устала, перенервничала. — Я с ним давно рассталась: пьет по-черному, бьет, а потом извиняется.

— Вот жешь, паскуда! — сразу вытянулось лицо тетки Моти.

— Вы сменщицу предупредите, пожалуйста. Не хочу я пока полицию привлекать. Дом-то образцовый…

— Все сделаю! Весь подъезд оповещу, чтоб чужих не впускали! Мышь не проскочит! — заверила та, поднимаясь и становясь похожей на грозовую тучу. Уж образцовость своего подъезда она блюла, как свою честь.

— Спасибо, моя спасительница!

Ульяна поднялась в квартиру и заперлась на оба замка.

— Никакого покоя, — выдохнула она, сняла сапоги и прошла к окну. Машины Юрия уже не было. — И чего тебе в жизни не хватало, урод? Дом — полная чаша, хорошая работа, жена, дети… Все сквозь пальцы…

Приняв душ и выпив горячего молока с медом, Ульяна закуталась в плед и села в кресло. Вроде и голова тяжелая, а сон не шел. Она заглянула в телефон и разблокировала Барховского.

«Что ж, придется побороться и здесь. Пора смириться, что ничего так просто в жизни не дается. Все надо выгрызать. К Барховскому я, конечно, не пойду, если совсем не припечет. Хватит, получила удовольствие — завязывай! Нужно прекратить с ним все отношения! Уже с трудом сдерживаюсь, чтобы не хамить ему… Или искать новую работу? Но где? Этот чертов возраст! Может, пойти к Буту? Или поговорить со Стасом Бровиным?»

Ульяна подтянула колени к груди и опустила на них голову. Просидев так еще около часа, она взглянула на время и перешла на диван. Обнимая подушку, прижимаясь к ней, как единственному утешению, она зажмурилась и прошептала:

— Нет, дорогуша, никуда ты не пойдешь. Просто бери максимум заказов и работай. Составь свой собственный бизнес-план и начинай копить на первый взнос. Все в твоих руках… Ты не потеряешь работу из-за одного эгоиста и второму не позволишь себя третировать. Это всего лишь испытание…