Злая империя - Трейси Лоррейн

— Она была гребаной шлюхой, — утверждает Тоби.

— Меня это не остановило, — рявкает Нико.

— Да, чувак. Мы, блядь, знаем, — указывает Алекс, заставляя меня задуматься, что именно повлекла за собой прошлая ночь.

— Не обращай на них внимания, — говорит Тео, в основном обращаясь к Калли, которая наблюдает за всеми широко раскрытыми глазами. Хотя я не уверен, почему. Она быстро усваивает то, что мы скрывали от нее на протяжении многих лет.

— И что теперь? — спрашиваю я, ставя ногу на край кофейного столика после того, как взял печенье из пакета, который Алекс бросил в центр.

— Надеюсь, вернемся к нормальной жизни, — говорит Тео.

— Да, ты так говоришь, но твой дом только что превратился в огненный шар.

Он хмуро смотрит на меня.

— Мое жилье будет готово через несколько дней, — говорит он, бросая взгляд на потолок, где его пентхаус ждет своего хозяина.

— Вы, ребята, тоже присоединяетесь к нам? — Я спрашиваю Нико, Алекса и Тоби.

— Черт возьми, да. Центральная вечеринка, — рявкает Нико, в то время как Алекс качает головой.

— Означает ли это, что я получу твой подвал? — Калли достает телефон.

— Э-э…

— Ты сказал это сейчас. Пришло время королеве захватить твой дворец, Чирилло.

Все мы, кроме Нико, смеемся над серьезным выражением лица Калли. Девушка не валяет дурака.

И что-то подсказывает мне, что в ближайшем будущем она собирается доставить своему старшему брату — нам — какие-нибудь гребаные неприятности.

— Принцесса высказалась, — говорит Алекс, подмигивая в сторону Калли.

Она закатывает на него глаза и меняет тему.

— Кто-нибудь говорил с Эмми? Она не отвечает на звонки.

Все взгляды устремляются на Тео, заставляя его попятиться назад. — Что? Зачем мне было с ней разговаривать? — Спрашивает он, совершенно оскорбленный. Но в ту секунду, когда его глаза встречаются с моими, я читаю правду. Нахальный ублюдок лжет сквозь зубы.

— Она в порядке, — отвечаю я за него.

— Да. Значит, ей удалось не влезть в ваше дерьмо прошлой ночью?

Я поднимаю на нее бровь.

— Наше дерьмо? — Спрашивает Тео. — Ты просила или не просила стать частью этого? — Ее губы приоткрываются, чтобы ответить, но он опережает ее. — Наше дерьмо — теперь твое дерьмо. Возможно, ты и не держала палец на спусковом крючке, малышка Си, но теперь ты часть этого, так что смирись с этим.

Она несколько нервно сглатывает, услышав серьезный тон Тео.

— Х-хорошо. Чёрт побери. Я просто хочу знать, все ли в порядке с моим другом.

— Она в порядке, — холодно говорит он, заставляя меня задуматься, так ли это на самом деле.

Мои глаза прищуриваются, глядя на него, пытаясь прочесть между строк.

Он вернулся туда прошлой ночью из-за нее, я бы поставил на это гребаные деньги.

Он незаметно качает мне головой.

— Я иду в туалет, — фыркает Калли, удаляясь по коридору. Ей не нужно спрашивать, куда идти, учитывая, что именно она и Селена вчера наполнили эту квартиру всем, что нам могло понадобиться. Они ходили по магазинам не только за нарядом Стеллы.

— От чего трусики задрались? — спрашивает Алекс.

— Не говори о трусиках моей сестры, — рявкает Нико.

— Господи, — бормочет Тео, кидая в него круассаном. — Засунь это себе в лицо и прекрати, блядь, болтать.

Снова раздается звонок, и я встаю с дивана. Есть лишь горстка людей, которые знают об этом месте, так что нетрудно догадаться, кто мог бы присоединиться к нам.

Проверяя экран, я нахожу именно то, что ожидал.

Сам дьявол смерти.

— Доброе утро, солнышко, — пою я.

Деймон смотрит на меня в ответ своими холодными, пустыми глазами и даже не пытается улыбнуться.

Странный трах.

— Как она? — Спрашивает он, приглашая себя войти.

— Все еще спит, но с ней все будет в порядке.

— Эй, братан, — говорит Алекс, когда я появляюсь перед ним. — Сатана выпустил тебя сегодня поиграть, да?

Деймон отшвыривает его, прежде чем украсть его кофе и примоститься на подлокотнике пустого кресла, когда Калли снова появляется в коридоре.

Ее шаги немного замедляются, прежде чем она кивает чему-то или, скорее, кому-то позади меня.

Обернувшись, я нахожу свою девушку, стоящую в дверном проеме, одетую только в мою рубашку со вчерашнего вечера, и с ленивой, сонной улыбкой на лице.

— Стел, — выдыхаю я, мое сердце бешено колотится в груди, когда я восхищаюсь ее красотой, ее силой, ее гребаной стойкостью.

Оттолкнувшись от дивана, я подхожу к ней, беру ее лицо в свои руки и смотрю прямо в ее глаза, ища любые признаки того, что последствия ее панической атаки прошлой ночью все еще могут сохраняться.

— Я в порядке, — шепчет она так, что только я могу ее услышать. — Я обещаю.

— Прости, что я оставил тебя. Эти засранцы объявились.

Она улыбается мне, прежде чем посмотреть через мое плечо на наших посетителей.

— По-другому и быть не могло.

— Иди и возьми свой кофе, пока он не остыл, принцесса, — говорит Тео, в его тоне слышна гордость.

Взяв ее за руку, я отворачиваюсь, готовый повести ее к парням, но она тянет меня за руку, оттаскивая назад.

Я прижимаю ее к стене, прижимаясь к ней всем телом, положив предплечье рядом с ее головой.

— Я думаю, ты кое-что забыл, — мурлычет она.

— Черт возьми, только не снова, — жалуется кто-то, но я слишком потерян в глазах моей девушки, чтобы признать, кто это был.

— Да, я думаю, что забыл, — бормочу я, наклоняясь и касаясь своими губами ее губ. — Доброе утро, детка.

Она выгибается навстречу мне в ту секунду, когда я завладеваю ее губами, сжимаю ее бедро в своей руке и крепче прижимаю ее к себе.

Кто-то по-волчьи свистит, когда мой язык погружается в ее рот, и я сбрасываю с себя того, кто бы это ни был, когда тону в ней.

Искушение затащить ее обратно в спальню велико, но она принимает решение за меня, когда наш поцелуй заканчивается.

— Давай, мне нужен этот кофе.

Обнимая ее за талию, я прячу свой бушующий стояк за ее телом, пока мы возвращаемся к дивану, движение, которое никто из парней не пропускает. Калли просто смотрит на нас слезливыми глазами девочки-подростка. Что-то подсказывает мне, что когда-нибудь скоро она действительно испытает, что значит быть частью этой жизни, и та невинность, которая еще светится в ее глазах, та, которую Нико так долго пытался защитить, съежится и умрет. Я надеюсь, что ради нее этого не произойдет, но я знаю, что на самом деле это неизбежно.