Греховное Искушение - Лена Лорен

Субботний вечер не предвещал ничего интересного, поэтому я запаслась ведром мороженного и, устроившись на диванчике, лопала сладости и смотрела «Доктор Хаус». Это занятие было намного продуктивней, чем просто сидеть и вспоминать его, причиняя тем самым себе боль, поэтому похоже я нашла себе увлечение, чем буду заниматься ближайший год, правда думаю вскоре для того, чтобы подняться с дивана мне потребуется кран — сладости точно до добра меня не доведут.

На самом интересном моменте серии послышался дверной звонок, и это показалось мне странным. Помимо почтальонов ко мне никто ещё не приходил, а для раздачи почты время было уже довольно позднее, поэтому я слегка напряглась, хотя понятия не имею, чего я боялась. Глянув в дверной глазок, я увидела лишь цветы — черные Петунии, и от этого ещё больше появлялось вопросов в голове. Я открыла дверь и первое, что мне бросилось в глаза, помимо цветов — его руки, в которых он держал сумасшедшей красоты букет.

— Ты? Что ты здесь делаешь? — ошарашено глядела я на улыбающегося Даймонда.

Он обсмотрел меня с ног до головы и, остановив свой взгляд на своей рубашке, в которую я была одета, растянул улыбку ещё шире.

— Ты не рада, я смотрю, — ответил он, протягивая мне букет. — Да вот, увидел эти цветы и подумал о тебе. Они такие же странные, необычные, но безумно красивые, как и ты сама.

— Ты не должен здесь быть! — возмутилась, принимая цветы. — Оливия ясно дала мне понять, что мы не должны больше видеться, иначе чёрт знает, что она ещё придумает.

Как вкопанная я стояла на пороге своего дома, в голове был туман, вперемешку с радостными эмоциями на душе, ведь я больше не ожидала увидеть его когда-либо. А тут он сам пришёл ко мне с букетом цветов, в обычной повседневной одежде, со счастливыми глазами и отдохнувшим видом. Что мне делать я понятия не имела.

— Оливия добилась своего и теперь помимо того, что она счастлива, так она ещё и очень богата.

Даймонд глянул мне за спину и повёл бровью, так как никакой нормальной реакции от меня не последовало, он подхватил меня за талию и прошёл вместе со мной в дом. По-хозяйски он направился на кухню, где достал с верхней полки вазу, как будто заранее знал, где её искать, после чего налил в неё воду и, выхватив из моих рук цветы, поместил их в неё.

— Слушай, детка, мне не понятна твоя реакция, но может всё-таки ты скажешь что-нибудь? — он подошёл ко мне и обхватил моё лицо ладонями. — Или мне всё же уйти?

Сглотнув, я часто заморгала, всматриваясь в его прекрасное лицо, на котором была заметно отросшая щетина.

— Да, — промямлила я, на что Даймонд досадно поджал губы и выпустил меня из рук. — То есть нет! Конечно же я рада видеть тебя, просто это как-то неожиданно для меня. Я думала ты с Оливией.

— Что? Ассоль, ты никогда не казалась мне глупой девушкой, но то, что ты сейчас сморозила просто глупейшая глупость! — усмехнулся он. — Со вчерашнего дня я в разводе. Я добился своего. Оливия исчезла сразу же после суда и насколько я понял она более, чем довольна таким исходом.

— Ох, ничего себе, — потребовалось мне сесть на стул из-за не менее неожиданной новости. — Получается вы не вместе?

— Нет! С чего ты вдруг решила, что мы можем быть вместе?

— Я приходила к тебе домой, она спала в твоей постели ну и сказала мне… — вспомнила я, как она валялась полуголой в кровати, на что поморщилась, — вообще-то не важно, что она сказала, но она оказалась тем самым заказчиком и намекнула мне на то, чтобы я держалась подальше от тебя и не мешала вашим отношениям, и только в этом случае она отзовёт заявку.

— Да насрать на неё! Пусть катиться в свою Италию или куда там, мне плевать. Тем более, если я всё ещё жив, то она ушла с миром.

— Наверное, ты прав, — заторможено выдохнула, потирая виски.

Даймонд поставил стул у стола напротив меня и сел на него. Он взял мою руку в свою ладонь и то открывал рот, чтобы что-то сказать, то закрывал. Его как будто что-то тревожило внутри, и он по каким-то причинам не решался произносить это вслух, отчего я стала ещё больше нервничать.

— Лучше ответь мне как ты к этому пришла? — с усилием выговорил он.

— К чему? — растерялась я.

— К тому, чтобы стать киллером.

Меня резко бросило в жар от произнесённого. Дело в том, что я никак не ожидала, что кто-то когда-нибудь задаст мне подобный вопрос. Но с Даймондом у меня всё происходит невпопад.

— Как ты понял, что я киллер?

— Твой дневник. Я прочёл его от корки до корки.

Полоротая! Какая же я дура!

— Боже! — спрятала я глаза от него, мне было до невозможности совестно перед ним. — Если ты прочитал всё, тогда должен был понять меня, хотя бы немного. Страховка Алекса покрывает только малую часть операции, а она слишком дорогая. Нам с мамой было бы не по силам собрать такие деньги, если бы я не вступила в ряды «Армагеддона».

Он озадаченно кивнул, смотря куда-то в сторону и некоторое меря просто молчал, изучая потолок на кухне.

— Ума не приложу, как у тебя хватило на это духа. Убийство человека — это не игра в пейнтбол. Видеть чью-либо смерть уже само по себе пугающее зрелище, но, чтобы самому отправлять на тот свет — мне этого не понять.

Боюсь представить его чувства, когда он только-только догадался об этом. Вероятно, он был не то, чтобы шокирован, скорее он был раздавлен так, что эта новость травмировала его до глубины души.

— Я противна тебе? — мой подбородок задрожал. Я понимала, что близка к тому, чтобы расплакаться. Именно этого я и боялась. Боялась, что он разочаруется и не будет чувствовать ничего по отношению ко мне, помимо отвращения.

— По началу я возненавидел тебя, по перечитав дневник, понял, что тем самым вы очищаете нашу планету от «грязи», поэтому я, в какой-то степени, даже начал гордиться тобой.

— Ты шутишь? Тут совершенно нечему гордиться! Я убивала людей, Даймонд! Если бы я не знала тебя настоящего, то мне пришлось бы убить и тебя! — негодовала я, хотя прекрасно понимала, что должна была молчать в тряпочку, узнав, что он не отвернулся от меня.

— А вот этого я как раз и не смог понять! Как в этом списке оказался я? Я вроде бы не вхожу в группу преступников, — в задумчивости он потирал свой подборок.

— Оливия предложила за тебя огромную сумму денег. Вероятно, Омеге снесло крышу на этом фоне, и он решился на это мокрое дельце, правда всё же быстро передумал.

— Получается она рассчиталась бы за моё убийство моими же деньгами? Господи, как меня угораздило! — начал он хохотать. В самоиронии ему сейчас нет равных.

— Так ты не сердишься на меня?

— Уже нет! Да и не приехал бы сюда, если бы имел что-то против! Я здесь совсем по другой причине.

— И какая же причина твоего неожиданного визита?

Он коварно мне улыбнулась, будто в меня поджидала не самая лучшая участь в дальнейшем, затем он встал из-за стола и, подойдя ко мне, протянул ладонь.