Мимикрия - Головач

— Самое безобидное из всего, что могло бы быть, — донеслось из тумана. — Что-то похожее мы уже видели с Роном. Ожерелье куда-то отлетело, его надо найти и заблокировать проклятье, Гермиона меня научила.

— Это стоило сделать раньше, — прошипел досадливо Малфой, озираясь по сторонам и не видя ни зги. — Как мы найдём его в этом дыме?

— На ощупь. Просто держи меня за руку.

Драко последовал за Поттером, пока тот, очевидно, наклонившись к полу, пытался найти артефакт. Угораздило же Малфоя оказаться здесь именно сейчас. Тумана Драко не боялся, но приятного от него было мало: беспричинная тревога пробиралась по телу, подкатывала к горлу и начинала душить. Дышать становилось всё труднее.

— Сын, — Драко дёрнулся, оборачиваясь на голос, почти отпуская руку Поттера, но тот, почувствовав сопротивление, лишь сильнее обхватил ладонь. Перед Драко стоял Люциус. Конечно, это был не он — будь Люциус настоящим, Драко не разглядел бы его в этом тумане. Это безусловно игра воображения вкупе с магическими свойствами артефакта. Драко промолчал, собираясь отвернуться и не поддаваться на провокацию, но Люциус всегда был крайне внимателен: — Стыдишься меня? — холодно спросил он. Драко сглотнул, и отец вдруг оказался ещё ближе, всего в метре от него. — Ты убил меня, — обвиняюще прошипел тот, морща длинный вытянутый нос. — Недоносок. Я умер из-за тебя и из-за твоей прогнившей матери.

— Не смей, — Драко сжал зубы, остервенело глядя на призрак своего покойного отца.

— Малфой? С кем ты говоришь?

— Ты и твоя мать — гнусные предатели, а ты — жалкий выродок, порочащий мою фамилию, — глаза Люциуса опасно блеснули; Драко этого не выносил. — Твоё место — рядом с ней, под землёй. Только этого ты и достоин. Если бы не твоя бесхребетная мамаша…

— Замолчи, — Драко понимал — он знал — что это всего лишь воспалённое сознание, и его настоящий отец вряд ли думал что-то подобное. Люциус любил его. Но сейчас Малфой просто не мог сопротивляться этому наваждению. Глаза захлестнула злость, и Драко потянулся за палочкой. — Заткнись.

— Драко?

— Как ты смеешь находиться рядом с Ним и врать Ему?! Как ты смеешь даже помышлять о том, чтобы служить Ему?! — с каждым чёртовым словом Люциус приближался всё ближе, и Драко никак не удавалось приструнить ярость, бушующую внутри:

— Ты ничего не знаешь! Ты…

— Драко, эй, — перед его лицом вдруг возник Поттер: он прижался к Малфою носом, чтобы увидеть того сквозь тьму. Драко немигающим взглядом смотрел на длинные белые локоны своего отца и его точёное лицо, буквально разрывающее душу на куски. Малфой хоронил другого Люциуса — изуродованного косыми линиями и глубокими гематомами. Гарри обхватил лицо Драко, сжимая своими ладонями холодные щёки. — Драко, посмотри на меня, — потребовал Поттер, немного теребя его руками, и Малфой всё же неохотно перевёл взгляд. — Убери палочку, — медленно проговорил Гарри, прижимаясь ближе.

— Что?

— Убери палочку, — повторил Поттер, и Драко вдруг почувствовал, как острый кончик впивается в его шею. Он собирался себя убить? Малфой сглотнул, опуская руку. Гарри продолжал держать его лицо.

— Что ты видишь? — тихо спросил он.

Драко не был уверен, что стоит честно отвечать на этот вопрос.

— Отца.

— Ты ведь знаешь, его здесь нет.

Драко никогда прежде не видел Поттера на таком расстоянии. Его очки сползли на кончик носа, оправой едва касаясь лица Малфоя и открывая искренний беспокойный взгляд. Зелёные глаза заботливо укутали своим вниманием, и Драко вдруг понял, что больше не может сфокусироваться ни на чём другом.

— Ты здесь? — осторожно спросил Поттер, и Малфой аккуратно кивнул. — Люциус исчез?

Драко на секунду отклонил голову и посмотрел за спину Гарри, не увидев ничего, кроме черноты.

— Да.

— Я сейчас отпущу твоё лицо, но возьму тебя за руку и продолжу искать ожерелье, — голос Поттера звучал успокаивающе, — но, если ты снова его увидишь, дважды сожми мою ладонь.

— Хорошо.

Гарри исчез. Точнее он просто отстранился, и Драко почувствовал, как ладонь с щеки переместилась ниже, осторожно двигаясь по его плечу, предплечью, и обхватила тонкое запястье, а после — сжала ледяные от ярости пальцы. И Малфой вдруг заметил, что его трясёт.

Ожерелье нашлось ещё через десять минут — Драко считал секунды в голове, и это, возможно, помогло ему больше не сталкиваться с Люциусом лицом к лицу. До его сознания долетали отголоски, оскорбительные обрывки фраз, но они пропадали также стремительно, как и появлялись. Всё это лишь его воображение. Не более.

Внезапно Гарри победоносно вскрикнул, выпуская руку Драко из своей ладони, и в следующую секунду дым рассеялся. Глаза тут же заболели от яркого света, заставляя Малфоя поморщиться, а из головы наконец пропал язвительный голос. Поттер вскочил с пола, зажав между пальцев маленькую серебристую палочку на цепочке.

— Мы это сделали! — радостно сообщил он, и Малфой шаблонно улыбнулся в ответ. Стало невыносимо стыдно за своё недостойное поведение. Он поджал губы, пряча за прямым вопросом свою неуверенность:

— Ты никого не видел?

Гарри нечитаемо смотрел на Драко пару секунд, а потом вдруг признался:

— Видел, — кивнул он. — Седрик, Фред, Лаванда, Колин… и кто-то ещё. Этих людей всегда много, — Поттер усмехнулся. — Они лезли под руки.

Драко хмыкнул в ответ.

Гарри стократ сильнее его. Возможно, он и правда спасёт волшебный мир.

2. Панси Паркинсон

Коконы — вуаль, будто у невест

Как всё-таки жаль, что светилу нужен блеск

В сторону лишь шаг, стоит только сбросить им шелка

Сразу будут спущены с небес

Драко вернулся от Пиритса за полночь. Этот несносный ублюдок так активно подливал вино в бокал, которое, к слову, действительно оказалось недурным, что Малфой потерял счёт времени. Драко попросил Хуки приготовить ванну и уже спустя десять минут лежал в горячей согревающей воде. Влажная чёлка прилипла ко лбу, но она никак не мешала Малфою впервые за последние два года почувствовать себя по-настоящему хорошо. Он позволил себе улыбнуться, прикрыв глаза, мысленно прокручивая весь этот длинный и тяжёлый день в своей голове. Раз он мог улыбаться, пока Волан-де-Морт не прознал о его грязных играх, — Драко будет это делать. К тому же, он слегка пьян, а значит, можно позволить и мыслям о Поттере заползти в его голову.

Гарри — сильный волшебник. Куда сильнее Малфоя и, наверное, практически не уступающий Тёмному Лорду. Драко всю жизнь наблюдал за ним, всю жизнь пытался за ним угнаться, но так и остался позади. У Малфоя сохранилось многое — деньги, положение в обществе, фамилия, но он абсолютно потерял чувство реальности и так и не обрёл