Мир грёз и кошмаров - Анна Грёза

Вырвав добычу из лап нерасторопного Ши, я вместе с ней переместился в свои покои, устроив девушку на своей постели.

Я собирался дождаться, когда незнакомка очнется и аккуратно допросить ее, когда в покои ворвалась Марайя. Она рвала и метала, плакала, а всё из-за того, что вместо темницы, я «притащил эту мерзкую дрянь в НАШУ постель». Разбираться при посторонней девчонке не хотелось, поэтому исполнил в этот раз каприз Марайи, сделав себе пометочку о том, что нужно будет ее потом за такое поведение наказать.

Всё время, пока девушка лежала без сознания, Марайя от меня не отставала: принесла мне успокаивающий отвар, при этом уговаривая как можно скорее избавиться от девчонки. Я смутно помню допрос и ее ответы. Кажется, я их даже не слушал. Ударив девчонку, я будто бы ощутил что-то странное и мне не свойственное. Вглядываясь в её лицо, пытался докопаться до сути, но мысли ускользали. Не в силах продолжить этот допрос, я ушёл, так и не добившись ничего от подозреваемой. Подозреваемой в чём?.. Я не знал. Знал лишь то, что поступаю правильно. Точнее, правильно было поступить так, как и планировал — провести допрос по всем правилам военного времени. Почему?.. Не важно. Надо бы поручить кому-нибудь проверить и убедиться, что девочка в порядке. Кажется, она говорила мне своё имя, но я его забыл.

Размышляя, я не заметил, как Марайя успела войти и присесть между моих ног. Очнувшись от того, что проворные пальцы любовницы ловко освобождают из штанов мой каменный от возбуждения член, я решил повременить с ее наказанием. Или совместить, это уж как получится.

Как только головка показалась из штанов, Марайя с жадностью набросилась на неё, заглатывая с каждым разом всё глубже.

Спустя несколько толчков, почувствовал, что скоро кончу. Я на всю длину вбивался в её восхитительную глотку, намотав белоснежные волосы на кулак, не замечая слёз и ее попыток отстраниться чтобы сделать вдох.

Спустя несколько толчков, ворвался особенно глубоко и стал обильно кончать прямо в глотку и позволил Марайе отстраниться лишь когда она проглотила всё до последней капли, но мне было мало. Хотелось жестко трахнуть девчонку в другую дырочку.

— Иди к кровати, — стоило приказать, как вмиг повеселевшая девчонка уже призывно виляла своей попкой, стоя около ложа и опираясь на изголовье. — На колени! — я указал на середину кровати и Марайя, словно послушная сука, исполнила команду хозяина. — Ноги шире, еще шире… А теперь, шлюшка, не вздумай просить пощады, ты это заслужила! — хлопнув по круглой вертлявой заднице, я вставил в ее лоно сразу два пальца и сделал несколько поступательных движений, вырывая из Марайи крики. Снова сильно шлепнув по соблазнительной попке, крепко ухватился за бедра и нетерпеливо ворвался во влажную глубину ее узкого лона. Пространство заполнилось сладкими стонами, прерывистым дыханием, влажными шлепками и дурманящим ароматом страсти.

Выплескивая одолевающий сильнее обычного гнев, я с бешеной скоростью размашисто вбивался, крепко удерживая девчонку за бедра, чтобы она не улетела с кровати от силы толчков.

Не прекращая вбиваться, я приподнял Марайю за волосы так, что ее лицо оказалось напротив перекладины изголовья и, хриплым от подступающего оргазма голосом, отдал своей сучке новую команду:

— Держись крепко!.. Не вздумай отпускать…

Марайя крепко, до побелевших от напряжения костяшек, вцепилась, куда велено. Несмотря на мою грубость, девчонка кричала от удовольствия, закатывала глаза, двигалась мне навстречу и просила о чем-то. Она двигала своими бедрами, пытаясь быть ко мне еще ближе, насадиться еще сильнее.

Почувствовав приближение оргазма, я ускорил и углубил движения, получив в ответ на это громкий восторженный крик любовницы. Спустя еще несколько мощных толчков, почувствовав, как тело Марайи сотрясается от сильнейшего оргазма, а стенки лона сжимаются вокруг моего жаждущего разрядки органа, я, не выдержав, в последний раз ворвался настолько глубоко, насколько это возможно, и с рыком излился в покорное нежное тело своей фаворитки.

И снова мне было мало. Гнев не отступал, и я драл фаворитку во все щели почти на протяжении недели, ненадолго прерываясь лишь на еду, гигиену и сон.

К исходу шестого дня, активно двигаясь внутри обессилевшей Марайи, я ощутил какое-то тревожное чувство, что заставило меня покинуть гостеприимное лоно и отправиться в темницу.

Сбив с ног стражника, я ворвался в темницу, в которой почти неделю назад оставил незнакомую, похищенную мной средь бела дня, девчонку. Анализируя это, я не мог понять, что заставило меня так поступить, но пообещал себе разобраться.

В небольшой камере стоял отвратительный запах. Неужели, пока я трахал фаворитку, девочка скончалась?.. Эта мысль почему-то вызвала во мне волну сильнейшей тоски.

Сжимая от волнения кулаки и протыкая когтями свои ладони, я с каким-то облегчением обнаружил, что тела здесь нет. Нужно выяснить всё у стражника.

— Ваше Величество, сегодня никто не заходил и не выходил, камера стабильно перекрывала магические потоки заключенного!

— Какие к черту магические потоки?! Она человек!.. — бушевал я, хотя руки уже тянулись проверять артефакт, на котором содержалась информация о полной ежедневной диагностике заключенного. Боги. У неё действительно были магические потоки. Очень длинные магические потоки, прямо как у метаморфов. Те самые, которые нельзя перекрывать… Продолжая с разрастающейся болью следить за изменениями состояния моей Вивианы, я с ужасом обнаружил, что после меня в камеру заходил кто-то, кто не оставил ни одного живого места на теле и лице моей пары, которую я искал более двух столетий. Собираясь с мыслями, я заметил, что после его ухода, девочка каким-то образом обзавелась "проклятыми" порезами по всему телу… А чуть позже, этим же "проклятым" лезвием её жестоко лишили глаза. Три посетителя, одним из которых был я. Кто же остальные? Ещё не зная их имен, про себя я называл их не иначе, как будущие трупы.