Ботан - Ната Радуга

Стас

— М-м-м, — мычание вырвалось само собой, голова гудит и грозит взорваться.

Знатно я вчера набухался, блядь. Перевернулся на другой бок и почувствовал чьё-то тепло, наверное, подцепил какую-нибудь телку в клубе. Просунул руку и прижал к себе, утренний стояк упёрся в хорошенькую задницу. Неплохое утро, если бы не головная боль и вкус говна во рту. Постой-ка… У телки не могут быть такие мышцы на животе. Открыл глаза и охуел.

— Какого хуя?! — крикнул рядом лежащему Соколову, которого я, кстати, обнимаю.

— Аналогично, — пробубнил тот, но и не двинулся с места.

— Ты какого хрена делаешь у меня дома? — зло спросил я, но убирать руки с его троса не собираюсь. Мне нравится, что скрывать, и обманывать самого себя.

— Я у себя дома.

Я осмотрелся по сторонам. Не врёт. Вот блядство.

— Может отпустишь?

— А если не хочу? — Мне и так хорошо, никуда не спешу.

— Меня не волнует, что ты хочешь. Убери руку и… — ботан запнулся, а я рассмеялся.

— Это называется член, Соколов, — сказал я сквозь смех. Вот заучка, блядь, слово член выговорить не может.

— Я знаю, как это называется, умник, — зашипел, повернув голову. — Убери руку, я сказал.

Сука, какой же он смешной.

— Нет, — решил я поиздеваться.

— Я тебе в морду дам, — зло выдал он мне «угрозу».

— А ты попробуй, — ответил я, перестав смеяться.

— Мне некогда играть в дурацкие игры с утра, — затараторил как истеричка и начал ёрзать.

— Не дёргайся, — предупредил я его. И так член болит со вчерашнего дня.

— А то что? — не прекращая дёргаться, огрызнулся Соколов.

Я на автомате сильнее прижал его к себе.

— А то поплатится твоя задница.

Он затих, и я, поняв, что сказал, отдёрнул руку и встал с кровати. Соколов также встал, но как бы он не старался скрывать от меня стояк, у него это плохо вышло.

«Не строй иллюзий, Стас, у всех мужчин по утрам стояк. Ты тут ни при чём», — шепнули где-то в голове.

Я вцепился в минералку, стоящую рядом, и выхлебал почти все. Соколов вышел из комнаты чуть ли не бегом.

И какого хрена я сюда припёрся? И как он меня не оставил спать в подъезде? Или мы всё же? Да нет, я же одет.

Нашёл свои ботинки и обулся, взял куртку со спинки стула и вышел из спальни. Достал телефон и попытался его включить. Ни хрена — сдох.

— Что за на хер? — выругался я, когда споткнулся о какую-то хрень.

— Ломать мой дом не обязательно, — вышел навстречу Соколов.

— Что здесь творится? — спросил я, смотря по сторонам.

— Ремонт. Не заметно? — съязвил он. — Или мозг ещё не включился?

Ох, блядь…

— Ты когда таким смелым стал, очкарик, а? — шагнул я к нему.

— После того, как меня в подъезде Чёрный поцеловал.

Я замер в шаге от него.

— Я пойду, — поспешно сказал я и, прикинув, где тут выход, поплёлся в ту сторону.

Хлопнул входной дверью со всей силы. Не стал ждать лифта, а быстро спустился по лестнице.

— Чёрный! — услышал я удивлённый голос Макса.

Блядь!

— Макс, — остановился я и подал протянутую руку.

— Ты что здесь делаешь? — любопытно посмотрел на меня, потом наверх.

— Тебя ебет? — спросил я зло.

Да, я злой как черт, блядь, злой. Какого хрена я опять сбежал как последний трус, да ещё и от ботана?

— Да нет, — переменулся с ногу на ногу. — Я из окна твою тачку увидел и спустился, а тебя нет, — будто оправдывал себя. — Где ты её так отхуячил опять?

— Что, блядь? В смысле? — Я быстро зашагал к машине, Макс за мной.

Посмотрел на свой новенький БМВ и в который раз за это утро охуел. Бампер моей тачки зашёл в задницу моей… тачке.

Просто охрененно! Замечательно! Молодец, Стас!

— Сука! — рыкнул я.

— Как ты умудрился? — спросил Макс, прикуривая сигарету. — Ты же клялся сам себе, что больше пьяным за руль не сядешь?

— Ты поучить меня вздумал? — бросил я в него убийственный взгляд.

— Я просто спрашиваю, — поднял он руки в верх.