Надежда для бандита - Анетта Молли

Мужа я нашла около бассейна. Он спал на лежаке, а рядом с ним валялась бутылка из-под виски. Пустая.

— Саш, — позвала я, приседая и трогая его за плечо.

— М-м-м…

— Саш, из клиники звонили, результаты пришли. Надо ехать.

— М-м-м…

В груди поднялась жуткая злость на мужа, но потом вспомнила, как он старается для меня. Сашка, как и я, видел мало хорошего в этой жизни, поэтому нет ничего удивительного, что, хлебнув роскоши, слегка не рассчитал собственные силы. У нас ведь и отпуска толкового не было никогда… Все в работе, в гонке за лишней копейкой…

К тому же он, можно сказать, уговорил брата принять нас и созванивался со своим другом, чтобы чужие деньги не тратить. Да, мой муж не был идеальным, но а кто идеален? В памяти было свежо обещание Сашки, что после рождения ребенка он будет лучше стараться для нас.

Я вздохнула, поняв, что в клинику мне придется ехать одной. Решив не беспокоить Сергея, добралась до клиники на метро.

— А муж где? — спросил врач. Сегодня он был непривычно серьезен. Никаких шуток и улыбок.

— Приболел, — обтекаемо ответила я.

Врач взял какие-то бумаги, посмотрел, покачал головой. У меня перехватило дыхание, а в висках бешено застучало.

— Анализы вашего супруга в порядке. Он полностью здоров, никаких противопоказаний.

— А мои? — шепотом спросила я.

Врач посмотрел, как мне показалось, с жалостью. Сердце сжалось.

— У вас непроходимость маточных труб, — как приговор прозвучали его слова.

— Это значит… — пересохшими губами прошептала я.

— Ваши шансы забеременеть составляют всего пять процентов.

— Пять? — если бы я не сидела, то точно упала бы. Я схватилась за стол, вцепившись в него побелевшими пальцами. — Но… Но ведь должно же быть какое-то лечение… Какой-то способ…

— Не волнуйтесь, сейчас я вам все расскажу. — Врач нажал кнопку на телефоне, велев секретарше принести воды. Подождав, когда я сделаю глоток и чуть успокоюсь, продолжил: — Есть вариант эко, но, как вы понимаете, это долго, потребует много средств, сил и энергии.

— И это все? — прерывающимся голосом спросила я. — А как же лечение?

Врач развел руками.

— Как я уже сказал, при такой патологии забеременеть естественным путем у вас не получится, поэтому я предлагаю вам более быстрые и надежные варианты выхода из ситуации.

Поговорив с доктором еще несколько минут, в течение которых он пытался уверить меня в несомненных плюсах эко, мы сошлись на том, что я обсужу все с мужем и мы вернемся вдвоем, чтобы принять окончательное решение.

Поняв, что врач мне больше ничего не скажет, я забрала бумаги, на которых мне был вынесен приговор, и покинула кабинет. Вышла из клиники и побрела наугад.

Не видя ничего перед собой, я шла и шла по шумным улицам. Кто-то смеялся, кто-то кричал, а внутри меня была словно выжженная пустыня. Боль… Пустота… Моя заветная мечта — стать матерью — разлетелась, будто дым, а я словно призрак шла в этом плотном облаке отчаяния, не замечая ничего вокруг.

Надо позвонить мужу, рассказать ему, мелькнула мысль. Нет. Потом. Нет у меня сил сейчас ни с кем разговаривать. Даже плакать и то не хочется. Пустота и отрешенность — вот и все, что я чувствовала. Ноги привели меня к вывеске бара «Ice water». То что надо, чтобы смыть пепелище внутри.

Я толкнула стеклянную дверь и вошла. Села на высокий стул за деревянной барной стойкой.

— Что пить будем? — Бармен, молодой парень, приветливо мне улыбнулся.

— Пить?

— Ну да, в баре обычно пьют, — снова сверкнул улыбкой бармен.

— Что-нибудь покрепче, — равнодушно сказала я. — На ваше усмотрение.

Он кивнул, а через пару минут поставил передо мной высокий бокал с каким-то мутным зеленоватым напитком.

— «Смерть в полдень», — пояснил он.

— Прекрасно, — кивнула я и, подвинув бокал ближе, сделала глоток и тут же с непривычки закашлялась.

Последний раз я выпивала как раз в тот далекий вечер, когда познакомилась с мужем, да и то там было слабенькое вино. Сейчас же терпкий вкус крепкого напитка обжег горло и согрел внутренности.

— Повторите, пожалуйста, — попросила бармена, когда бокал опустел, а в желудке поселилось приятное тепло. Сейчас мне хотелось одного — напиться до бесчувствия и не чувствовать ту боль, которая терзала меня.

Пока бармен готовил напиток, я взяла телефон и набрала мужа. Он не ответил.

— Кто бы сомневался, — фыркнула я, делая глоток.

Потеряла счет времени, потягивая третий по счету коктейль. Душевная боль временно ушла, оставив после себя опустошение.

— Виски. Чистый, — услышала бас слева. Не удержавшись, повернула голову и увидела огромного мужика, сидевшего с угрюмым видом. Хоть и на бандита похож, а видать, у человека тоже день не задался.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вернулась к своему коктейлю и сначала не услышала, что мне говорит бармен.

— Можно я вас сейчас рассчитаю, у меня пересменок? — улыбаясь, спросил он.

— Д-да, к-конечно, — поняла, что язык заплетается, и хмыкнула.

Когда увидела счёт, глаза в буквальном смысле полезли на лоб. Это что? Счёт за три коктейля или чек из продуктового за тележку еды? С ужасом поняла, что кошельке сумма меньше, чем нужно, по крайней мере, в два раза. Боже, какой стыд!

Бармен продолжал улыбаться, а я уже лихорадочно жала на кнопку вызова, пытаясь дозвониться мужу. Но, как назло, он не отвечал.

— Я… Извините, у меня нет денег, — прошептала я заплетающимся языком и с ужасом понимая, что барная стойка куда-то уплывает. Коктейль оказался куда сильнее, чем мне показалось сначала.

— Так и знал, — вздохнул бармен. — И почему это дерьмо всегда в мою смену случается?

— Простите… Мне и правда ужасно стыдно… Давайте я вам свой паспорт или телефон оставлю, а сама за деньгами съезжу? — предложила я, пытаясь открыть сумочку, но пальцы не слушались.