Греховный соблазн - Сьюзен Джонсон

— Фиолетовый нефрит… какое чудо. — Кристина подняла великолепное ожерелье с фермуаром из жемчуга и бриллиантов, сверкающих в свете лампы. — Теперь у нас целый гарнитур, — засмеялась она, подмигнув Максу, лежавшему рядом на огромной фамильной кровати, верно служившей многим поколениям Фокнеров со времен королевы Анны.

— Что вполне справедливо, поскольку нашим жизням суждено слиться в один поток, — кивнул тот.

— И что означает это эзотерическое заявление? — шутливо осведомилась она, но взгляд уже стал серьезным. Она села и отложила ожерелье.

— Я хотел выждать, пока мы останемся вдвоем, — ответил он, погладив ее по руке. — И теперь, когда мальчики спят, а ты принадлежишь мне, я хотел бы признаться, что эта безделушка — мой подарок в честь нашей помолвки. Очень-очень короткой, должен тебе сказать. Невероятно короткой.

Он расплылся в знакомой мальчишеской улыбке, и Кристина ахнула.

— Нет! Не может быть! — вскрикнула она, бросаясь на него и колотя кулаками в грудь. — Скажи, скажи, скажи…

Макс, не успев опомниться от внезапного нападения, только глазами хлопал.

— Ты весь ужин молчал… и потом тоже, хотя вполне мог… Злой, злой, злое животное, мне следует выпороть тебя, высечь…

— Но я еще не объяснил. Послушай, может, смилостивишься? Нет никаких причин сердиться. — Он схватил ее за руки и покачал головой. — Успокойся, так и быть, обсудим секс позже, — добавил он, таинственно улыбаясь. — А сейчас, дорогая, прошу тебя, посиди спокойно…

Кристина, не слушая, уже оседлала его бедра.

— Спокойно, говорю тебе, поскольку твоя восхитительная дырочка уже промокла насквозь, а я не хочу сейчас отвлекаться. Не время, дорогая. Будь же благоразумной. Мне нужно сообщить тебе что-то важное.

Макс разжал руки и откинулся на подушки.

— То, что следовало бы сообщить раньше, — упрямилась она, мило надув губки.

— Но прежде всего нам нужно было остаться наедине, — терпеливо напомнил он. — Итак, ты будешь слушать или нет?

Кристина капризно вскинула голову:

— Может, да, а может, нет.

Макс сурово нахмурился, хотя глаза дразняще блеснули.

— Ох, придется, кажется, побить тебя.

— А вот меня разговоры о сексе никогда не утомляют, — дерзко заявила Кристина.

— Слушай же, иначе не будет тебе никакого секса.

Рот Кристины возмущенно округлился.

— Ну вот, слава Богу, удалось привлечь твое внимание, — объявил он и тут же тихо охнул.

— Так о чем ты? — задорно осведомилась она, улыбаясь и крепко стиснув головку пениса.

— Ты выиграла, — смиренно вздохнул он, хотя мог легко разжать ее пальцы.

— И ты собираешься извиниться.

— Собственно говоря, я собрался жениться на тебе.

Кристина непонимающе уставилась на него.

— Ты шутишь.

— Ничего подобного.

Кристина судорожно втянула в себя воздух.

— Когда? Как?! То есть… каким образом…

— «Когда» будет после того, как ты немного ослабишь хватку, — сообщил он. — А вот что касается «как»… ну, как обычно бывает. В церкви, со священником, невестой, женихом… вероятно, гостями, хотя последнее меня заботит меньше всего.

— Но как это тебе удалось?! — прошептала она, разжимая руку. И уже секунду спустя лежала под ним.

— Ты чересчур доверчива, — сказал он, устраиваясь между ее бедер. — Но при всем своем цинизме я нахожу это чрезвычайно привлекательным.

— Макс! Если немедленно не объяснишь, что ты задумал, я сомкну ноги и заставлю тебя ждать не меньше месяца!

— А сама вытерпишь?!

— Если припомнишь, я терпела двенадцать лет.

Макс мгновенно помрачнел:

— Об этом я и хотел с тобой поговорить.

— Надеюсь, это не так серьезно, как твое лицо.

Откатившись от нее, Макс сел и поднес к губам ее пальцы.

— Не тревожься. Ничего страшного. Это не слишком добрые, зато счастливые вести.

— Продолжай, — кивнула Кристина, хотя сердце сильно забилось.

— Том разрешил мне назначить день венчания. Он вот-вот получит доказательства, которые вернут тебе свободу.

— Ганс дает развод?

— Не совсем… видишь ли, все куда более запутанно.

Кристина насторожилась: уж очень смущенный вид был у Макса. Дурные предчувствия охватили ее с новой силой, несмотря на все его уверения в счастливом конце.

— Говори, — повторила она.

— Ты никогда не была законной женой Ганса, потому что в ранней молодости тот тайно обвенчался со своей кузиной.

— Никогда? — Кристина в ужасе схватилась за горло. — И это значит, что мои мальчики…

— Никто не должен знать, — поспешно перебил он. — Особенно они. Мы придумаем любую сказку, чтобы лучше защитить мальчиков от сплетен. И я позаботился, чтобы Ганс придержал язык.

— Ты видел его? — ахнула она, бледнея.

— Не очень долго. Он был крайне любезен, — объяснил Макс как можно мягче. — Завтра я попрошу Тома немедленно начать процедуру усыновления и по возможности ее ускорить.

— Ты действительно встречался с ним?

Он почувствовал, как она задрожала, увидел ее искаженное страхом лицо.

— Ганс в Лондоне, но скоро уедет. Он просил прощения за все, что с тобой сделал, — солгал Макс, пытаясь успокоить возлюбленную. — Похоже, он все-таки раскаивается.

— Не может быть, — облегченно пролепетала она.

— Мне так показалось.

— Но мне не придется с ним говорить? — едва слышно спросила она.

Макс усадил ее к себе на колени и обнял.

— Клянусь, ты больше никогда с ним словом не перемолвишься.