Мимикрия - Головач

пышущий благородством, чтобы спасти несуразного ребёнка, потерявшего родителей — и всё, что у него было; обречённого на вечные муки в ближнем кругу безносого монстра — или, чего хуже, на смерть. А может, Поттер лишь искал прощения за раны, разбросанные по телу Драко, гонимый чувством вины, вечно плескающейся в глубине зелёных глаз.

Драко ненавидел, когда его жалели.

Он ворвался в комнату, хлопая за собой дверью, направляясь к окну. Ему нужно успокоиться: взять себя в руки, выдохнуть, сконцентрироваться на важных вещах. Но злость и вспыхнувшая обида затапливали его разум, отражаясь нервной дрожью в руках.

— Драко! — Гарри распахнул дверь, и Малфой, не оборачиваясь, сложил руки на груди, скрывая трясущиеся пальцы.

— Отвали, Поттер, — рявкнул Драко быстрее, чем подумал. Но Гарри не поддался на провокацию. Он сделал несколько осторожных шагов вперёд.

— Я понимаю, Хуки тебе очень дорог…

— Ты не понимаешь! — Драко взмахнул руками, злобно щурясь, и обернулся на Поттера, застывшего в метре от него.

Гарри нахмурился, беспокойно разглядывая его лицо.

Всё в его жизни было неправильно. С самого начала. Никчёмный сын вечно недовольного отца. Отвергнутый звездой Магической Британии на глазах у друзей. Позорно проигравший каждый свой квиддичный матч. Что он видел? На что потратил отведённое ему время? Одинокие вечера в промозглых подземельях, а затем — метка на руке; Дамблдор; проигранная Битва за Хогвартс; казнь родителей; убийство Джастина Финч-Флетчли. Блейз. Хуки. Крестраж.

Драко невыносимо себя жалел.

— Послушай.

Малфою хотелось забыться. Очистить мысли хотя бы на мгновение, оставить позади всю свою жизнь и сбросить с себя груз сожаления и страха, как будто с новой силой навалившегося на него. Драко сглотнул, чувствуя, как сжались мышцы его горла под стойким чувством безысходности. Он ненавидел свою жизнь и вряд ли теперь мог что-то исправить.

А вот забыться мог.

Драко моргнул, смахивая выступившие слёзы, и сделал один уверенный шаг вперёд, впечатываясь в Гарри жадным поцелуем, комкая ворот белой рубашки пальцами, надавливая на поттеровскую шею, чтобы притянуть ближе. Гарри удивлённо выдохнул, поддаваясь Драко, позволяя тому отчаянно кусать его губы, зарыться ладонью в тёмные волосы и сжать их, потянуть на себя, чтобы причинить Поттеру боль — хотя бы отдалённо напоминающую ту, что собралась в душе Драко.

Малфой сделал ещё один шаг вперёд, и Гарри ухватил его за талию, чтобы удержаться на ногах.

— Драко…

Меньше всего Малфой хотел сейчас говорить. Тем более, что жар поттеровского тела, запах его одеколона и мягкие податливые губы сносили голову, действительно помогая отбросить навязчивые мысли в сторону.

Драко углубил поцелуй, сражаясь с Гарри языками, и, обхватив его за шею, толкнул на кровать, падая на подушки вместе с ним. Руки Поттера скользнули под футболку, обжигая кожу, и Драко застонал, прижимаясь к Гарри ближе. Драко безумно хотелось чувствовать Поттера: его горячий язык во рту, его тяжёлое дыхание на губах, его руки, блуждающие по спине, его возбуждение, его желание быть рядом. Отчаянно хотелось чувствовать хоть что-нибудь, кроме боли.

Потому что терпеть её больше невозможно.

Драко вдруг не сумел удержать лицо от нервной судороги и всхлипнул в губы Поттера. Гарри тут же отстранился, и это невероятно взбесило — Драко потянулся обратно, уже ничего не видя перед собой из-за слёз. Но Поттер вдруг его остановил ладонью на щеке.

— Драко.

Невозможно. Почему этот придурок просто не может заткнуться?

Гарри напряг ладонь, не давая Малфою вернуться к его губам. Драко скривил рот, глотая обиду, и униженно зажмурил полные слёз глаза.

Гарри ничего не сказал. Он вдруг переместил ладонь с щеки на затылок и прижал Драко к своему плечу, вынуждая того упасть на его тело. Драко вяло дёрнулся, изображая попытку вырваться.

— Я тебе обещаю, мы найдём камень, — прошептал Гарри, прижимая бессильного Драко к себе. — Я переверну весь мир, но достану его.

— Пообещай, что убьёшь меня, — с большими усилиями выдавил из себя Малфой.

Гарри сглотнул — Драко почувствовал, как дёрнулся его кадык.

— Обещаю.

Гарри переместился выше, позволяя Драко безвольно уткнуться в его шею. Драко не плакал, но периодически судорожно вздрагивал, когда холодные воспоминание касались его разума.

В окнах задребезжали стёкла. Малфой мгновенно проснулся, тревожно вскидывая голову с груди Гарри, который сонно щурился, пытаясь сообразить, что происходит. Треск нарастал: рамы заскрипели и ставни оглушающе лязгнули. Поттер вдруг округлил глаза, хватая Драко за талию, и перекатился по кровати, падая вместе с ним на твёрдый пол. Драко зашипел, ударяясь лопатками о грубое дерево: глухая боль отозвалась в затянувшейся ране на груди. Поттер стянул с кровати одеяло, накидывая на них сверху, и в следующее мгновение стёкла с диким звоном разлетелись по комнате.

Раздался громкий взрыв снизу, и пол под Драко угрожающе задрожал.

— Что это? — испуганно спросил он.

— Нас нашли, — тихо ответил Поттер.

18. Белая паутина

Притворство — это потребность

Мимикрия в природе — вовсе не редкость

Окружив себя мирком, тесным и сокровенным

Птицекрылом станет моль, если в это поверят

Драко зажмурился от терпкого вкуса: тут же захотелось сплюнуть эту гадость на пол, но с большим усилием он всё же сделал ещё один глоток. Иного выхода нет. С первого этажа доносился шум ожесточённой битвы.

— Готов? — Гарри держал в руках две метлы, одну из которых протягивал Драко, ожидая, когда тот наконец ухватится за рукоять. — Нужно уходить. Ребята их задержат, нам нельзя лишний раз рисковать.

Поттер шагнул к окну, ловко забираясь на подоконник, и распахнул ставни. Драко дважды моргнул, нервно перехватывая древко в руке: он всё ещё не уверен в работе зелья, а значит, существовала большая вероятность, что, как только он окажется в воздухе, Волан-де-Морт тут же затянет его к себе.

А что дальше?

Теперь Драко знал, что Тёмный Лорд не дал бы ему умереть: он никогда не убил бы его и никому не позволил бы это сделать. Потому что Малфой — ценен. Однако в искусстве пыток Волан-де-Морту нет равных. Драко не раз видел своими глазами, как жертвы Повелителя неминуемо теряли рассудок и буквально умоляли прикончить их. Если Тёмному Лорду удастся поймать Драко, тот не поскупится на непростительные.

— Не стой столбом, Драко, — окликнул его Поттер. — Давай же. Летим.

Драко сжал пальцы на рукояти, собираясь запрыгнуть на метлу, но в следующее мгновение старое дерево разлетелось в щепки, заставляя его вздрогнуть от неожиданности — в дверях показались несколько неизвестных Малфою Пожирателей во главе с Панси Паркинсон.

— Куда-то собрались, голубки? — приторно-сладко пропела она, и свита за её спиной разразилась ядовитым хохотом. Драко выпрямился,