Греховное Искушение - Лена Лорен

— Вообще-то, дорогая моя Ассоль, как-то раз я говорил тебе, но ты решила, что я шучу! Кажется, это было ещё в Ницце! — язвительно ответил он, цепляясь пальцами в руль. Он смотрел исключительно на дорогу.

— Тогда мы ещё не встречались! Почему ты не сказал, когда мы откровенничали друг перед другом? По-моему, был отличный момент для того, чтобы обмолвиться о наличии живой жены.

— Тогда ты спрашивала про отношения! Включи голову! Брак — это и есть отношения, разве нет? Дерьмовые, но всё же отношения. Или мне нужно было выложить тебе всё на блюдечке с золотой каёмочкой? Что ещё?

— В таком случае, когда ты хотел признаться мне? Когда я залетела бы от тебя? — не смогла держать себя в руках, я сама поддалась накалу и меня уже было так же не остановить.

Он повернул голову и встретился со мной взглядом. С силой сжимая пальцами кожаную обивку сиденья, я смотрела на него своим испытующим взглядом, а он просто скрылся от него тем, что зажмурился и глубоко вздохнул, как будто пытался прийти в себя.

— Я хотел тебе сказать, правда! Но не так скоро. Мне нужно было время на то, чтобы понять, что я чувствую к тебе, — как ни странно говорил он уже спокойным тоном. Видимо, он понял, что своим пренебрежительным отношением ко мне, он делал только хуже. Очень вовремя! Как до него туго доходит, однако!

— И что же ты чувствуешь ко мне?

После моих слов его лицо исказилось и, поджав губы, он вернул взгляд на дорогу. Всё ясно! Можно не утруждать себя ответом. Кто он, а кто я, в конце концов? Самозванка, не иначе!

— Не знаю, всё это для меня сложно, — холодно ответил, уставившись в одну точку.

— Ты обманул меня! Чтобы ты понимал, Даймонд, я не планировала становиться чьей-то любовницей!

— Кто бы говорил! — усмехнулся он. — Сама с ног до головы погрязла во лжи и сейчас ещё смеешь читать мне нотации!

— Но ты женат, Даймонд! Не сравнивай мою ложь со своей!

— Что ты хочешь от меня сейчас? — рявкнул он, резко остановив машину. Он развернулся корпусом ко мне и ждал от меня ответа. — Говори, Ассоль!

— Ты собираешься разводиться с ней? — развернулась в сторону окна, я не могла смотреть в его обозлённые глаза.

— Да, я сплю и вижу, как, наконец, отделаюсь от неё, но она не даёт мне согласия! Оливия — расчётливая, лживая, эгоистичная дрянь, как и большинство других женщин!

— Мне кажется ты сам себя обманываешь, поскольку со стороны было видно, что у тебя к ней остались какие-то чувства, иначе откуда столько внимания к её персоне. Ты выдал себя, Даймонд, а она только этого и добивалась.

— О каких чувствах идёт речь? Думай, что говоришь! Я ненавижу её всем своим существом!

— Насколько мне известно, ненависть — тоже чувство. И все мы знаем, сколько шагов от неё до любви.

Он смотрел на меня так, будто перед собой увидел лишённую мозгов обезьяну, такого пренебрежения на себе я ещё никогда не ощущала. И ведь всего бы этого не было, если бы я держала язык за зубами. Дураку понятно, что ему неприятна тема о жене, но в таком случае я бы никогда не узнала правды. Нет, он не жестокий. Он, скорее, вспыльчивый и просто не видит рамок. Как я и думала, в нём говорит сумасшедшая обида. Он любил её, и любовь эта была такой же сумасшедшей, как и его ненависть. Но такая любовь не проходит по щелчку пальцев, возможно, и вовсе живёт вечно, может быть она таится где-то в его сердце, изредка напоминая ему о боли.

Откинувшись на подголовник, Даймонд устало прошёлся ладонями по лицу и сомкнул их на затылке, затем шумно вдохнув, он вдруг резко переключил передачу, вжал педаль газа в пол и снова устремился по дороге в город.

— Да, Дьявол, шагов ровно столько же сколько и от любви до ненависти, — едва слышала я его, но внезапно его голос стал значительно громче и грубее. — Чего ты добиваешься, чёрт возьми? Ты хочешь, чтобы я и тебя возненавидел? Поздравляю, ты близка к этому, стоит немного поднажать, и ты придёшь к цели!

Мы отъехали не так далеко от особняка Неттингов, и эту местность я очень хорошо знала. Нет, я не планировала возвращаться в змеиное логово, но дело в том, что совсем неподалёку живёт Омега. За неимением других вариантов в настоящий момент, этот был самым подходящим, поскольку Даймонд сделал всё, чтобы я пожалела о том, что когда-то пришла в его клуб, и поэтому пока мы ещё не дошли к взаимной ненависти я не имела желания оставаться рядом с ним, пускай даже лишнюю минуту.

— Останови машину, Даймонд! — дернула я за ручку, отметив для себя, что та была заблокирована. — Останови, я дальше с тобой не поеду!

— Ага, разбежался! — хмыкнул он, продолжая гнать по дороге.

— Я сказала останови эту чёртову машину!

— А я сказал, что не собираюсь подчиняться тебе! Ты едешь со мной ко мне домой! И точка!

Я прикинулась послушной девочкой и молча выждала минуту, чтобы он потерял бдительность. Но стоило ему повернуть руль влево, чтобы свернуть на главную дрогу, я резко подпрыгнула с места и нацелилась на консоль управления. Ловким движением руки, как будто я только этим и занималась всю жизнь, нашарила кнопку блокировки дверей и отключила её, после чего схватила свой рюкзак, открыла дверь и выпрыгнула из салона. Благо скорость была невысокой, и уверена при падении я сгруппировалась так, что и синяков не останется, но тем не менее всё же было немного больно. Машина Даймонда со скрежетом остановилась, я поднялась с земли и со всех ног ломанулась в противоположную от него сторону, мысленно благодаря себя за любовь к обуви на плоской подошве.

— Ассоль! Стой! — кричал он. Я не оглядывалась, но чувствовала, как он приближался. — Да стой же ты!

На встречу мне ехала машина, и как только я увидела свет её фар в моей голове нарисовался план, как можно было от него ускользнуть. Перегородив собой дорогу этой машине, я выставила руки вперёд и уже попрощалась с жизнью, поскольку подумала, что она собьёт меня прежде, чем остановится, но, оттормозившись в дюйме от меня, я с облегчением выдохнула и оббежала тачку, обращаясь при этом к водителю.

— Мне нужно к холму!

— Садитесь! — быстро сказал парень, всматриваясь мне за спину.

Как только я запрыгнула в машину и заперлась в ней, Даймонд уже дёргал за ручку пассажирской двери, но она так же не поддавалась ему. Как оказалось, он бросил машину и бежал всё это время за мной. Вид у него был угнетённый. Мне стало его жаль, и в мыслях я уже подумала выйти к нему, но затем одумалась и буквально заставила себя не вестись у него на поводу. Я вернусь к нему. Обязательно. Но только тогда, когда мы оба остынем. Так будет правильней.

— Ассоль, не дури, — молил он через стекло. — Извини меня, я не хотел тебя обидеть, детка.

Машина тронулась, а я просто молча смотрела на него сквозь стекло, которое было между нами единственной преградой, он ещё бежал какое-то время за машиной, но скорость была слишком высока.