Бедная Персефона - Mut-Em-Enet

Алена

Почти всю ночь после нашего вечернего онлайн-свидания я не спала. Мне чудилось и мерещилось. Сцены нашей с Иваном совместной жизни стояли перед глазами, они были пока размыты, и я могла уловить лишь очертания нашего общего счастья. Его отсутствие тяготило меня физически. Вот представите, если бы у вас вдруг не стало важной части тела? Не пугайтесь или не смейтесь (мне трудно предугадать реакцию)! А вот мне казалось, что у меня, как минимум вырвали сердце, и только фантомная боль напоминает о некогда его существовании. Но привыкну, определённо, привыкну, ведь жить без сердца нельзя…

Утром проснулась от телефонного звонка:

— Аленушка, доченька, не разбудила? У меня к тебе дело: нам нужно сегодня срочно уехать, мой брат заболел и его жене очень нужна помощь, пожалуйста, приходи и поливай цветочки мои, — тараторила взволнованная мама.

— Конечно, мамочка, буду поливать, а что с дядей Пашей не так?

— Да, там странная история, пошел купаться в море, видно сердечный приступ, упал и сильно ударился о камни. Вот второй день в коме.

— Господи, — положила ладонь на лоб, — передавайте тете Лизе привет, как будет удобно звоните или я вас наберу, и после работы обязательно заеду.

Что ж это творится? Мой всегда жизнерадостный дядя Паша, брат моей мамы, — и такое горе. Полить цветы — раз плюнуть. Ну то есть, плевать я не буду, а использую отстоянную воду для полива.

Лёнька опять приехал, я вышла к подъезду, домовые активистки внимательно рассматривали, и, думаю, уже записали номера машины.

— Привет, — Аполлонов странно весел, — классный день сегодня!

— Лёнь, колись, чего такой довольный-то?

— Алёна, а вот и не скажу. Просто погодка отличная и вообще, жизнь, Страхова, чертовски приятная штука.

— Поехали уже, мечтатель, а то Яков Михалыч нам покажет, какова жизнь на самом деле.

Лёня врубил музыку и мы, объезжая все пробки, вовремя добрались к месту работы. И облом — завкафедры уже на месте.

— Доброе утро, молодые люди, вы прямо меня пугаете, а чего это вы вместе ездите все время?

— У нас договоренность, Алёна Михайловна мне сказки рассказывает, а я ее на работу подвожу.

Аполлонов в ударе.

— А Ваш муж, Алёнушка, в курсе Вашей «просветительской» деятельности по отношению к господину Аполлонову? — Яков Михалыч прищурился.

— Огромное спасибо, что следите за моим моральным обликом, — широко улыбнулась я, — но наши поездки — это исключительно сказкотерпия, которая помогает Леониду лучше концентрироваться на работе. Вы же сами знаете, работа — не сахар!

Завкафердры усмехнулся и пошел к студентам.

— Лихо ты завернул про сказки! — я хлопнула Лёню по плечу.

— Настроение хорошее, вот и фантазия разыгралась!

— Ух ты, Лёнька! — я взъерошила его кучерявые волосы.

— Так, оставь мою прическу в покое, понимаю, что некого тискать, то за меня взялась?

— Еще не взялась даже, Аполлонов…

Хоть бы не подумал чего! Я же по-дружески…

— Хорошего дня, трупорезик! — я провела Лёньку до дверей, — твердой руки!

Потом села и написала заявление на увольнение — была не была! Через час вернулся взволнованный Яков Михайлович: