Ты меня (не) купишь - Лея Кейн

– Суровый из тебя воспитатель, – посмеивается Камиль, когда мы уже едем в ювелирный.

– Обстоятельства сложились так, что я понял, как разбаловал своих подопечных. Теперь держу их в тонусе, – смеюсь в ответ. Очевидно же, что ни Лучиана, ни Арти, ни Фаза меня не боятся.

– Шутки шутками, брат, а будь с ними мягче. Они в тебе отца видят. Пример берут. Опека – это же не только комфорт и финансовая стабильность. Это то, что нельзя купить. Доверие.

– Ты, как папашей стал, так совсем свихнулся.

– На многие вещи по-другому смотреть стал. Ты женщину любовью и страстью завоюешь, а ребенка только пониманием и заботой. Уважай их выбор. Во всем: в профессии, в увлечениях, в партнере. Они не должны быть твоим отражением и средством наверстать упущенное. Они должны быть собой, но при этом оставаться любимы. Докажи им, что их мнение и желание для тебя не пустой звук. И заметишь, как сгладятся все неровности ваших отношений. Дарье тоже не помешает в тебе разглядеть отца. Раз за кольцом едешь, значит намерения серьезные. А взрослая женщина тысячу раз подумает, прежде чем рожать от тирана.

Лекции из Камиля так и прут! Но факты справедливые. Бабочка видит, что опекун из меня отзывчивый, но нихрена не сострадательный. Ей не двадцать. На детей и их родителей она в силу профессии вдоволь насмотрелась. Рожать от меня? Это возможно, если только она такая же пришибленная, как я!

В ювелирном салоне мы торчим до самого вечера. Пересматриваем все кольца, консультируемся, прицениваемся. Фаза даже вливается в обсуждение и заинтересовывается украшениями. Выглядим, как три влюбленных по уши болвана. Оборжаться.

Я все-таки останавливаю свой выбор на помолвочном кольце из белого золота. Бриллиант в нем небольшой, но изысканный. Да и само украшение кажется самым изящным. Понимаю, что не кольцо украсит пальцы моей Бабочки, а наоборот. Но все равно подхожу к выбору основательно.

Оплатив покупку и получив заветный пакетик с чеком, обнаруживаю, что Фаза с озадаченным видом торчит у витрины.

– Я ей никогда ничего не дарил, – с некоторой тоской произносит он. – Совсем не ухаживал.

– Никогда не поздно начать, – подбадривает его Камиль. У него это так легко и непринужденно получается. Как-то по-братски, что ли. Я этого не умею. Мне проще фыркнуть, съязвить, высмеять. – Купи ей браслет и цветы. Она хризантемы любит. Белые.

– Ага, и селедку в шоколаде, – усмехаюсь я. – Пошевеливайся, Котя, а то подарками не отделаемся.

Ему хватает пятнадцати минут, чтобы последовать совету Камиля и купить браслет. По пути заскакиваем в цветочный ларек и с тремя букетами мчимся домой – к нашим дамам. Ухажеры, мать твою!

Во двор въезжаем уже на закате.

На крыльце нас встречает чем-то встревоженная Бабочка, съежившаяся в пиджаке. Даже дома своему деловому стилю не изменяет. Парни позволяют мне первым подняться и вручить ей красные розы. С кольцом пока повременю. Сжимаю коробочку в кармане куртки, оставшись не совсем довольным ее вымученной улыбкой.

– Ром, у нас гости, – сообщает она, выглядя маняще загадочной в свете уличных фонарей.

Мне нравится, как она говорит о моем доме, как о «нашем», и о семье. Но сам тон… Ее что-то сильно напрягает.

– Охрана сказала, что вы поехали по свадебным делам, поэтому я запретила им беспокоить вас.

Спиной чувствую, как позади меня замирают Камиль и Фаза. Глажу Бабочку по плечам, внутренне настораживаясь.

– Кто? – спрашиваю с небольшим нажимом.

Она заглядывает за мое плечо и тихо произносит:

– Саша, это к тебе. Влад Люков.