Ночь – не искушение - Альмира Рай

«Ну, спасибо», – с явным недовольством говорили глаза Блефа. А я что? Это ведь не я веду себя как школьница и отрицаю очевидное влече… Хм… Ну ладно. Я уж точно не эксперт в любовных делах. Профан, откровенно говоря.

​***

Лом не шутил, он оказался действительно хорошим водителем, довез нас без приключений, да еще и раньше времени. На горизонте только начало светать. Мы с Кодом успели пройти весь разделов колдунов, оставив два последних на потом. Слишком многое нужно было обсудить, особенно вампиров. К сожалению, о полукровках в кодексе было сказано ничтожно мало.

– Земля пива и сосисок, – объявила Ти, прочитав дорожный знак. Она потянулась и посмотрела на меня. – Итак, какой план?

– Едем сразу в клинику. Расспрашиваем местных, поднимаем архивы. Ищем любые данные о женщине, которая меня создала из пробирки. Я возлагаю большие надежды на то, что тебе придут воспоминания.

Ти поморщилась, уже предвкушая боль.

– Не могу обещать, – обнадежила она. – В местах скопления людей получить конкретные видения сложно.

– Ты попытаешься, – заявила я, натянув улыбку. Для меня не существовало других вариантов, я была уверена на все сто, что ответ там, и я еду за ним.

– Сорок минут, детки, – объявил Лом. – И мы на месте. Надеюсь, они работают круглосуточно.

– Хорошо, если там вообще что-то работает, и здание не снесли, – вставил Код. – Я же говорил, что информации у меня было минимум, данные не надежные.

Они рассуждали и спорили, а моя уверенность, в том, что мы движемся в правильном направлении, только крепла.

Наконец, мы въехали в богом забытый поселок. Узенькие улочки, неприветливые сонные людишки и ветхие вдоль дороги. Старую частную клинику мы нашли быстро. Она стояла на отшибе селения, дальше только лес и холмы. Здание выделялось на фоне остальных строений размерами как в ширину, так и в высоту, но казалось спящим – ни единого звука не доносилось изнутри. Лишь несколько припаркованных машин и запахи говорили о том, что внутри кто-то есть.

Лом заглушил мотор, повернулся к нам и вздохнул.

– Приехали. Дальше что?

– Юла? – позвала я. – Ты со мной, остальные ждут в машине.

Он медленно поднял одну бровь, взглядом насмехаясь надо мной и как бы говоря: «Да неужели».

– Прости. Конечно, тебе решать.

– Мы с Рокс идем на разведку, остальные в машине, – повторил он деловито и вышел. Я выпрыгнула за ним.

Стоило ногам коснуться земли, и я ощутила такой мощной прилив самых разных эмоций. От грусти до восторга. Но больше всего поражало чувство переполненности, я буквально физически ее ощущала.

– Ух! Мне кажется, я сейчас одолела бы целый вампирский клан, – похвасталась я. – Маленький.

– Ты на своем месте силы, – с усмешкой объяснил Юла, рассматривая дом. Кирпичные стены обросли плющом и виноградом. Окна третьего этажа были закрыты коричневыми ставнями, а некоторые на первом и втором оказались приоткрыты. – Место рождения – самое сильное место для нас. Земля подпитывает тебя. У меня так было во Франции.

– Ты давно там был? – спросила я, пока мы шли к входу.

– Около сорока лет назад. Был проездом. Меня туда не тянет.

– Почему? Мне бы хотелось вернуться сюда еще хотя бы раз.

Юла фыркнул и толкнул дверь. К счастью, оказалось не заперто.

– Мне не нужна Франция. Мое место силы в тебе.

Только он мог так опошлять самые милые признания. Я поймала его руку, когда он зашел первым. Мы осмотрелись и прислушались. По одним только звукам можно было составить полную картину. Здание старое, отапливается плохо, пахнет лекарствами и старостью. Но было чисто, стены и двери выкрашены в молочный цвет, на полу ковровая дорожка. Юла кивнул на табличку у входа, и я зачитала про себя.

«Частный пансионат фрау Фуллер».

Первая дверь вела в приемный кабинет, внутри никого не было. За второй дверью кто-то тихо спал. Я не видела, но почему-то представила мужчину лет сорока. Юле он не показался интересным, и он прошел мимо, направляясь в самую отдаленную комнату здания. Оттуда раздалось тихое ворчание, затем и шаги. Стоило нам приблизиться к двери, она открылась, показав нам горбатую старушку с очками на половину лицу. Но даже они не особо ей помогали, потому что она сильно морщилась, пытаясь нас рассмотреть.

– Кто вы такие? – спросила женщина недоуменно. – Разве Колин не запер дверь?

– Нет, было открыто, – ответила я и улыбнулась ей. – Простите, вы фрау Фуллер?

– Да. Это я. Но я ничем не смогу вам помочь, пансионат еще закрыт, мы не принимаем посетителей.

– В особо важных случаях принимаете, – заверил ее Юла и, собственно, внушил ей это.

Старуха мгновенно изменилась в лице и отошла в сторону, пропуская нас внутрь комнаты, которая напоминала больничную палату. Койка, тумба, старенький телик в углу и небольшой столик с чайником и коробкой печенья. И, конечно, все белое и стерильное.

– Что же, располагайтесь. Чаю?

– Спасибо, нет, – отказалась я, ведь не терпелось перейти сразу к делу. – Нас интересует информация двадцатипятилетней давности. У вас сохранились записи о пациентах?

Старушка все же поставила электрочайник кипятиться и хмыкнула.

– Этот дом перенес три пожара. Все архивы давно сгорели, данные не удалось восстановить. Если хотите что-то узнать, – она постучала пальцем себя по голове, – спрашивайте. Все здесь.

– Женщина по имени Линда Брах родила в стенах этого здания ребенка.

Старуха послала мне такой пугающий сканирующий взгляд, что кожа на руках покрылась мурашками. А затем она улыбнулась, и ее добродушная улыбка совершенно не соответствовала тяжелому взгляду.

– Вы путаете, милочка. Двадцать пять лет назад здесь действительно рожала женщина по имени Линда. Ее фамилия Мюллер. Линда Мюллер. Бедная, она сама еще была ребенком, когда на свет появилась ее дочь. Я лично выписывала свидетельство о рождении.

– Но в свидетельстве стоит фамилия Брах, – не согласилась я. Эти буквы навсегда въелись в моей памяти. Я не могла ошибаться, если только мама сделала новый документ.

– Боже тебя храни, девочка, мы не называем эту фамилию уже много лет! – прикрикнула на меня старуха. Она явно разнервничалась, даже села на стул. Я послала Юле красноречивый взгляд, и он что-то сделал с ней, чтобы успокоить. Остальное она выдала на автопилоте.

– Проклятое то имя. Его носили черти, что здесь проживали веками. Последняя девица из родов Брахов сгинула. В аду ей и место. Уж сколько бед пришлось нам вынести, пока они по нашей земле ходили. До сих пор злой дух по лесу бродит. Туда и не суется никто. Боятся. Ходили смельчаки и пропадали. Говорят, до сих пор старая хижина стоит. Сжигали ее не раз, а она стоит.