Беременность на сдачу - Адалин Черно

— Что я хочу? — повышаю голос, потому что ее наглость царапает меня изнутри. Все же мы когда-то были лучшими подругами и общались не один год как родные. — Вы с мужем провернули аферу, подсадив мне его сперматозоиды. Зачем?

— Ты правда не понимаешь? — усмехается Ира и откидывается на спинку дивана, оценивая меня. — Ты что думала, что я реально твоя близкая подруга, готовая в любой подвиг, чтобы помочь тебе? Да у тебя было все, — выплевывает она, впервые показывая свое истинное лицо. — Все. Муж, работа хорошая, зарплата, как у высокопрофильного специалиста, да и фигура… ты жрала все и не толстела. Я завидовала тому, что у тебя было, поэтому когда ты потеряла работу радовалась. И решила, что ты идеальная для того, чтобы родить и выносить МНЕ ребенка.

Из рта Иры вырывается нервный смешок, после чего она продолжает тираду, от которой у меня волосы встают дыбом.

— Все было так идеально. И даже шлюху муженьку твоему я подложила. Это как два пальца об асфальт: ты остаешься без средств к существованию, я забираю тебя к себе, помогаю, а ты после отдаешь мне ребенка, так как сама не в силах его воспитать. Ну или мы с Олегом у тебя его отбираем через суд. Я даже мужа уговорила на все это, привела в пример твои идеальные анализы и он согласился. Но тебе же нужно было трахнуться не пойми с кем и забеременеть с первого раза. Один на сколько там тысяч случай? Конечно, как я не поняла, что ты же у нас везучая сука и что даже когда я все спланировала, ты вышла сухой из воды.

Я молча слушаю и не желаю верить тому, что слышу. Мой мозг отказывается принимать информацию, но Ира продолжает:

— И что же? Ты снова как принцесса в хоромах и все вокруг тебя пляшут, а я в жопе, Ника. Олег мне оставил жалкие гроши и свалил за бугор. Ему там и без меня хорошо, сказал. И что ему пустоцвет не нужен, — к концу Ира срывается на истерический крик и добивает меня фразой: — Ты все у меня забрала, стерва.

От последних слов мое понимание происходящего окончательно сходит на нет и единственное, что приходит мне в голову — уйти. Говорят, с больными на голову лучше не спорить, молча выслушать и свалить. Именно это я и собираюсь сделать, встаю, хватаю свою сумочку и цепляю взглядом кофе. Желание опрокинуть стаканчик растет со скоростью японского экспресса и, достигнув пика, взрывается. Я хватаю стакан, открываю крышку и с дикой радостью смотрю на то, как коричневая жидкость покрывает светлую одежду Иры.

Она вскакивает и даже что-то кричит, но я отхожу на безопасное расстояние, а после и вовсе иду на выход из кафе. Вылетаю из торгового центра и сажусь в машину, позволяя себе расстроиться только в салоне. Я смеюсь сквозь слезы, потому что всегда думала, что Ира, если не моя лучшая подруга, то одна из тех, кто никогда не предаст и всегда поможет. Прямо как Света. И если с последней мы действительно хорошо общаемся и дальше, то Ира умирает для меня.

Возвращаюсь домой совершенно разбитой и измотанной. Откровение бывшей подруги настолько сильно действуют на меня, что единственное, о чем я думаю — почему? Захожу к детям, но они сладко спят, а няня оповещает, что все хорошо. И Даша и Даня хорошо поели и уснули совсем недавно, а это значит, что как минимум два часа у меня есть. Я сбегаю в душ, а когда выхожу натыкаюсь на мужа с бутылкой виски и разбитым выражением лица.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ты был у Демьяна, да?

— Так заметно? — усмехается он и отпивает из горла. — Он даже доказательства представил, — морщится муж. — Я пиздец как хуево себя чувствую, — заплетающимся языком говорит Матвей, из чего я понимаю, что бутылка у него или не первая, или он совсем не ел сегодня.

— Ладно, — говорю я. — Иди ко мне, — тянусь к бутылке и с легкостью отбираю ее из его рук, ставлю ее на прикроватную тумбочку и помогаю Матвею лечь. — Отдохни и тебе станет легче, — говорю я, натягиваю одеяло поверх его одежды и выхожу из спальни.

Мы видимся с Матвеем только вечером: взъерошенный и помятый он спускается на первый этаж, отхлебывает из графина воды и говорит и садится рядом.

— Будешь ужинать? — спрашиваю я.

— Нет. Меня тошнит от одной мысли о еде.

— Я виделась с Ирой, — говорю ему.

— С Ирой? Она разве в России?

— Ага. Олег оставил ее здесь. Развелся. И знаешь что? Я надеюсь, что никогда в жизни ее больше не увижу.

— Что она тебе сказала? Объяснила, почему они сделали это? Я до сих пор не могу понять, почему Олег…

— Это не Олег, — прерываю его тираду. — Это Ира. Она все это время ненавидела меня и убедила его, что я идеально подхожу в качестве инкубатора.

Мне обидно, но я героически держусь и глотаю ком, подступивший к горлу. Черта с два я буду плакать из-за этой суки. Поднимаю голову, улыбаюсь и говорю:

— Мне повезло с тобой, мой невероятный Мистер Совершенство.