Оскал Нейлы - Кейт Ринка

— Я знаю об этом, — ответила Лия.

— Тоби может еще подождать, когда ты освободишься, правда, Тоби?

— Ну мама!

— Иди в свою комнату, — строго сказала женщина. — Нам с твоей сестрой нужно поговорить. Она придет, когда сможет.

Тоби отлепил от Лии свою щеку и спросил:

— Ты правда, придешь?

— Конечно, — ответила Лия, поцеловав брата в щеку и опуская на ноги. — Иди пока к себе.

— Ну ладно, — протянул Тоби, и опустив голову, поплелся вверх по лестнице.

Кларисса проводила его взглядом, пока за Тоби где-то в глубине коридора не закрылась дверь, после чего спустилась к Лии и махнула ей рукой:

— Пошли.

Лия отправилась за матерью, отмечая, как на все еще идеальной фигуре хорошо сидит вишневое платье. Кларисса была красивой женщиной, и не удивительно, что ликаны за нее драли друг другу глотки. И эта красота когда-то погубил не одну жизнь, включая отца Лии. Со всей своей эгоистичностью и избалованность, мать когда-то относилась к дочери по-другому, лучше, заботливее. Когда она была другой. Но с годами все менялось в худшую сторону, особенно, после смерти отца. Лия подозревала, что мать по-настоящему любила его и до сих пор не могла себе простить именно эту смерть. Видимо, отсюда и брала начало ее ненависть к дочери.

— Когда я смотрю в твои глаза, я вижу его, — сказала ей однажды мать. — И знаешь что? Это больно.

Они прошли в зал для гостей, где Кларисса плотно закрыла дверь и предложила ей сесть на диван. Лия так и сделала, занимая место напротив матери, которая гордо выпрямила спину и закину ногу на ногу, на коленке которой сцепились тонкие пальцы с ногтями, наманикюреенными красным лаком.

— Итак, что ты намерена делать? — спросила мать.

— С чем именно?

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я. Это что, твоя месть?

— Что!? — не поняла Лия.

— Ты специально натравила этого Эрика в нашу Стаю? Или завоевать у нас место Альфы, это его сугубо личное желание?

Лия от злости даже зарычала:

— Ну только ты, дорогая мамочка, могла такое придумать.

— Отчего же? Об этом уже шепчется вся Стая. Вы хотя бы постыдились и потерпели, прежде чем залезать друг на друга. Не могу поверить, что моя дочь способна на такую низость. Мало того, что ты сбежала от нас, так еще возвращаешься с этим ликаном…

— Позволь напомнить, что именно вы свели меня с ним, — перебила ее Лия. — И у меня никогда не было такого желания, как мстить тебе. А теперь, извини меня, Кларисса, — добавила Лия, вставая с дивана.

— Подожди! — торопливо сказала та. — Что тебя связывает с этим ликаном — секс, любовь? Что-то еще?

Лия резко выдохнула. Она совсем не хотела позволять матери капаться в своей душе.

— Какая разница? Если тебя волнует вопрос, буду ли я ему уступать в схватке, так можешь быть уверенна — нет, не буду. Наша связь при этом не играет никакой роли.

— Ха! Не смеши меня своей наивностью. Я вообще не представляю, как могут за такое важное место в Стае драться два ликана, которые занимаются сексом? Да это абсурд. Вы прямиком из постели пойдете бить друг другу морды?

— Да! — гневно бросила ей Лия. Совсем не обязательно было ей напоминать то, что и так слишком волновало. — И можешь быть уверенна — я уступать не собираюсь. Довольна?

— Нет, — невозмутимо ответила мать. — Я буду довольна, если Пол останется Альфой.

— Обещаю сделать все, что в моих силах, чтобы твоя прекрасная… задница, осталась у власти, — осклабилась ей Лия.

— Этого мало. И ты прекрасно знаешь, что я пекусь не только о себе.

Лия закатила глаза — о, да, конечно! Так она и поверила.

— И что же еще ты от меня хочешь?

— Если вас что-то связывает — уведи его отсюда и уходи с ним. Тогда все останутся довольны и счастливы. Стая со мной согласится. Никому не хочется сейчас таких кардинальных перемен.

Лия усмехнулась. Со слов Клариссы выходило, будто два дня назад они так нуждались в Нейле, что послали за ней Эрика, а теперь готовы отдать ее кому угодно, лишь бы избавиться от одной угрозы, когда впереди таких намечалось еще сотни. Но только сейчас Кларисса говорила скорее за себя одну, а не за всю Стаю.

— То есть, Стае уже больше не нужна Нейла? Если я уйду с Эриком, это будет не умнее, чем остаться. И Пол не вечен, рано или поздно может появиться какой-нибудь чужой ликан, который займет его место.

Кларисса опустила глаза и отвернулась. Она это все прекрасно понимала.

— Я знаю, — ответила мать, после чего встала и начала ходить по комнате, натирая пальцами ладони в нервном жесте. — Ты не представляешь, как сложно постоянно жить в страхе, что кто-нибудь отнимет у тебя твое положение, — честно, наконец, призналась она. — И ты не в силах бороться или что-нибудь предпринять. А я не привыкла кому-то подчиняться, Лия.

— Вот этому я больше верю.

Закончив метания, Кларисса подошла к ней и несмело взяла ее руку, зажав в своих ладонях. Лия вздрогнула от этого непривычного прикосновения.

— Девочка моя, — сказала мать с тоном, похожим на нежный, робко касаясь ее волос и отодвигая с лица несколько прядей, — тогда пообещай мне, что ты отстоишь свою Стаю.

Но в нежности матери улавливалось притворство. И это было неприятно. Кларисса была растеряна, не зная, как лучше поступить — уговорить дочь уйти, или позволить остаться, ведь риск и угроза будут в любом случае. Лия потихоньку вытащила свою руку из ее ладоней и сказала:

— Извини, я сделаю все, что смогу.

Развернувшись, Лия услышала за спиной голос матери, в котором пропала вся нежность:

— Если ты проиграешь ему, Лия, ты мне не дочь. Я отрекусь от тебя! Слышишь?

Встав перед дверью, Лия горько усмехнулась, вспоминая, как было больно маленькой девочке, которую мама бросила в чужом месте у чужих ликанов.

— Ты отреклась от меня еще тогда, когда мне было восемь лет.

И не дожидаясь, что ей на это ответит мать, Лия вышла из комнаты. Три глубоких вдоха и прочь все мысли.

— Трудный день, да? — услышала она голос Олафа, которого было видно наполовину из-за того, что он стаял за углом коридора, опираясь плечом о стену.

— Да, Олаф, трудный, и только тебя мне сейчас не хватает, чтобы на ком-нибудь сорваться, — с предупреждением ответила она.

— Мне всегда везет, — с грустной улыбкой ответил тот, отталкиваясь плечом от стены и подходя к ней. — Может, тебя подвести?

— Попробуй, — ответила она, разворачиваясь в сторону входной двери.