В плену их желаний - Лика Мираж

Заро качает головой.

– Ты сама посмотри, от неё несёт, ей нужно в душ, как минимум, не все такие непривередливые, как твои рабы. Седрик снова обидится.

Сара дует губы и дотрагивается ноготками до плеча Заро.

– Ну ладно, ладно, я и впрямь не подумала об этом. Детка, – переводит глаза на Кару, – иди в душ, живенько, я тебя подожду. Или тебе нужна помощь?

Её голос становится терпким, а глаза блестят весёлым блеском.

Заро шлёпает Сару по заднице.

– Тебе тоже стоит подготовиться, моя пампушечка, – он ухмыляется. – Я подожду её и проведу куда надо. Заодно и на твоих девочек посмотрю, есть новенькие?

– Кроме Кары только мальчики.

– Это не интересно.

– Да, хотя Эрос бы оценил. Собираешься портить себе аппетит?!

– Разве что чуть-чуть.

– О, это против правил, но будет нашим секретом.

И она приникает к нему и увлекает в глубокий, страстный поцелуй, такой, что даже у просто стоящей рядом Кары начинает кружиться голова и сладко пульсирует внизу.

Сара отстраняется. От её рта до губ Заро тянется ниточка слюны.

И в этот момент к ним подходит Клаус:

– Развлекаетесь в неположенном месте? – он не замечает Кару, вообще-то, её никто не замечает.

– Как говорит наш обаятельный Заро, лишь чуть-чуть, – она подмигивает мужчинам и за руку уводит мужа.

Кара отступает на шаг.

– Я покажу тебе, куда идти.

– Но…

– Вперёд.

Он толкает её в зал, и все взгляды устремляются на них. Заро ухмыляется и ведёт Кару к купальням.

– Вышли все, – рычит он.

Помещение всё такое же огромное и с витиеватыми золочёными украшениями, расписанным потолком и стенами, огромной яблоней в центре и общими большими ваннами, напоминающими мерцающие ребристые ракушки. Кое-где стоят джакузи с бурлящей водой и разноцветными пузырьками над ней, вода из фонтанов, в которых тоже плещутся обнажённые люди, выливается на радужную мозаику пола. От всего этого у Кары захватывает дух.

Праздная жизнь рабы драконицы Госпожи, где единственное, что тебе нужно делать – это следить за собой и ублажать, ублажать, ублажать…

Она дёргает углом губ.

От мысли о такой жизни, о том, что теперь это действительно её жизнь, ёкает в сердце.

Ей бы только знать, как там её семья, но вряд ли кто-то разрешит поддерживать с ними связь…

Завидев Заро, услышав его голос, все спешно покидают купальню, и вскоре Кара остаётся с ним наедине.

– Раздевайся.

Она скидывает дрожащими руками чёрный халат и поднимает на него полные страха глаза.

Он пришёл отомстить?

Но ведь она – подарок.

Разве так можно?

– Ты уже была с кем-то?

– Н-нет…

Он хватает Кару за волосы и больно оттягивает вниз.

– Никто тебя ещё не успел трахнуть? Ты девственница?

Она едва ли не плачет:

– Да…

За волосы он тянет её к фонтану с тёплой водой.

– Ясно… Я помогу тебе подготовиться. Ты грязная, отвратительная шлюха, тебя никто не будет касаться всерьёз этим вечером, ты будешь следовать только приказам своей новоиспечённой Госпожи, поняла меня?!

– К-конечно.

И Кара улыбается, из-за чего у Заро перекашивается лицо.

– Мелкая дрянь…

Он замахивается, но не ударяет её.

Вместо этого нажимает куда-то на выступ в фонтане, и на его ладонь падает красный гель с запахом клубники.

Он намыливает Каре волосы. Касается груди, живота, и тщательно, с упоением водит пальцами по вульве, слушая её стоны.

Она хватается за фонтан добела в пальцах, пока Заро намывает её до блеска.

А затем, снова больно стиснув волосы, глубоко целует, засунув в неё два пальца.

Глава 3. Гарем

Спустя какое-то время Заро слышит в коридоре голос Сары и отстраняется от разгорячённой уже не невесты.

Он выводит её через коридор к Госпоже – обнажённую и мокрую. И она чувствует, как на ней перекрещиваются десятки взглядов.

Она опускает глаза и тихо, судорожно дышит, не слыша ничего, кроме ударов собственного сердца.

Заро остаётся позади, её ведут в покои Сары.

Обе они переодеваются.

Госпожа подаёт ей короткое золотистое платье, завивает волосы и надевает золотой ошейник на шею и браслеты на запястья.

– Шикарно, – усмехается она, – когда почувствуешь, что золото плавится – уходи к остальным и передай им, что я разрешаю повеселиться… Но если это как-то отразится на нашем с ними следующем взаимодействии, больше разрешать я этого не буду. Никогда.

Она целует Кару в щёку и, спохватившись, отстраняется.

– Ты ведь, наверное, пропустила ужин? И очень голодна? Перед посвящением нельзя есть, да, – она указывает на столик, где стоит тарелка с фруктами и вино. – Перехвати немного, пока я крашусь. На большее у нас нет времени.

Кара ест и думает, что, возможно, очень скоро просто не выдержит всего этого.

Сара приятная, но она абсолютно не думает о ней.

Она ей приглянулась, а значит теперь её будут таскать с оргии на оргию, пока не надоест.

Без передышки.

Она задерживает дыхание и прикрывает глаза.

Нужно выдержать, проносится мысль. Продержаться, сколько это будет возможно.

Девушки из её района, которым приходилось торговать телом ради того, чтобы выжить, просто рассмеялись бы ей в лицо из-за её мрачных мыслей.

Бедная, несчастная… Как же.

Она улыбается, закончив с двумя бананами и виноградом и наблюдает за беззаботной Сарой, которую не волнует ничего, кроме собственного удовлетворения.

– Что ж, – Кара решает рискнуть, она подходит к Госпоже и поправляет прядь её волнистых волос, – ты очень красивая.

Сара поднимает на неё странный, требовательный взгляд. Кара не понимает, сердится она или чего-то ждёт.

Она очень плохо знает свою Госпожу, но нетрудно догадаться, что её можно назвать взбалмошной и с переменчивым настроением. А значит, не стоит рисковать и нарываться на изменение отношения к себе.

– Идём, нам уже пора… – от её властного голоса и от неопределённости происходящего, по спине Кары пробегают колкие мурашки.

Она снова оказывается в том зале, где Арнольд «подготавливал» Госпожу к соитию с обратившемся в дракона Клаусом.

По виску стекает капля пота, здесь ещё жарче, чем она запомнила.

У фонтана в полупрозрачных облегающих одеждах стоят мужчины, с которыми она уже знакома – Заро, Седрик, Эрос и Клаус, – и с ними высокая девушка с сапфировыми глазами и длинными чёрными волосами, она более всех походит на богиню, каким-то образом от неё во всей этой духоте веет холодом и… жестокостью?

Она касается плеча Седрика.

Сара оставляет Кару стоять и наблюдать, ждать, пока ей что-нибудь понадобиться, и нужно будет подойти.

– И