(Не) мой мужчина - Алина Аркади

Артовы не жались никогда, поэтому наш маленький водоём чистили раз в неделю по расписанию, и он блистал зелёными водорослями и очищенными корабликами.

Множество рыбок всех цветов и размеров: маленькие и большие, яркие и не очень. Но мне всегда нравились небольшие, в чёрную густую крапинку, юркие и очень активные. Их было много, и я с удовольствием по утрам наблюдала за их жизнью, пока было время до прихода шефа.

Совершенно не знала, как они называются, но почему-то именно эти рыбки привлекали меня больше всех.

– И как же вы называетесь, сорванцы мои любимые? – Дожила, разговариваю с рыбами в аквариуме.

– Коридорасы, – над моей головой слышится рычащий бас.

Поворачиваюсь, встречаясь лицом к лицу с боссом.

– Звучит, как матерное слово какое-то! Или обидное прозвище, – улыбаюсь, хихикнув, представляя, как кого-то во дворе называют Коридорасом.

Артов улыбается в ответ, лишь слегка, уголком губ, но я замечаю. Неужели чудовище способно на положительные эмоции?

Поднимаемся в лифте вместе. Босс смотрит на меня в упор своими гипнотическими зелёными глазами, словно считывает меня, точно знает, о чём я думаю в этот самый момент. Не могу разорвать зрительный контакт, не в силах отвести взгляд и, кажется, дышу через раз, теряясь под его удушающим контролем.

На десятом этаже в лифт заходит пара мужчин, и я, наконец, могу отойти на шаг, уткнувшись в стену. Подальше от Артова.

В голове десятки вопросов. Что произошло? Почему вдруг он стал относиться ко мне по-другому? Что я сделала не так или, наоборот, так? До вчерашнего дня всё было как всегда, ничего не происходило, и внимания Артов мне не оказывал.

Неприятный звоночек протрезвонил внутри, заставляя насторожиться, нацепить кокон безопасности, обостряя чувство самосохранения. Лучше бы рычал как всегда, это более привычно и в его стиле.

Как только вошли в кабинет, сразу же Вика, протиснувшись в дверной проём, спросила как обычно:

– Ну?

– Пункт первый, – ответила не задумываясь.

Вот только сегодня этот пункт, означающий хорошее настроение босса, означал куда больше, чем обычно. Он улыбался! Впервые я видела подобие человеческой улыбки у босса, и её вызвала я своими словами.

Нонсенс! Невозможно! Невероятно!

Я настороженно реагирую на каждый его вызов в кабинет, но, казалось, босс вернулся в своё привычное состояние, и мне сразу становится легче. Таким я привыкла его видеть, таким он не казался мне непонятным, таким он был всегда. Пусть и остаётся.

Закончив оформление договора и оставив бумаги на столе Артова для подписи, ровно в шесть, пока он у младшего брата, убегаю домой, чтобы не нарваться на неприятности, а что ещё хуже – на улыбающегося Артова. Но меня никто не останавливает, и уже через сорок минут я вхожу в свою квартиру.

Рабочая неделя прошла спокойно с моими пятью сказанными «пункт первый» для Вики утром. Все были удивлены, нет, шокированы таким определением, потому как Артов даже пары дней в одном состоянии не пребывал и разозлить его могло всё, что угодно.

Рычащий босс был настолько привычен, что в другом виде его никто уже не воспринимал. Предполагаю, если бы он зашёл с утра и пожелал всем доброго утра, широко улыбнувшись, половина офиса выпала бы в осадок, а вторая половина потеряла сознание и решила бы, что наступил апокалипсис. Его отличное настроение вызвало бы намного больше вопросов, чем вполне привычное гавкающее состояние.

К тому же раз в две недели происходили крупные планёрки с главами отделов, и вот тогда под сокрушительный молот Артова попадали все в сумме, сразу.

А если в этот день он пребывал в состоянии «пункт три», подчинённые просто выползали с совещания, размазанные боссом, будто тонкий блин по сковородке, остаток дня собираясь с силами для продолжения работы.

Но все молчали, потому что Артовы очень хорошо платили, и многие за такие деньги готовы были терпеть периодически разъярённого Марка Алексеевича. Вот и я терпела. Хотя нет, не терпела, просто научилась воспринимать его таким, какой он есть, не строить иллюзий, что его отношение может измениться по каким-либо причинам.

Но на этой неделе происходило нечто странное по отношению ко мне, что, если честно, вызывало опасения. Не заболел ли Артов случаем? А может, вдруг решил быть добрее ко всему миру в общем и своим подчинённым в частности?

Так, всё, отбросить все мысли о работе и чудовище и с хорошим настроением встретить субботу, то есть мой день рождения, который мы с девочками собирались отметить в большом клубе Питера.

Немного непривычно встречать праздник без Артёма, который всегда поздравлял меня первым. Правда, подарков не делал, всегда ссылаясь на отсутствие финансов, надеясь, что я его пойму. И я понимала. Но неприятный осадок оставался, потому как я, даже не имея хорошего заработка, всегда старалась сделать для него что-то приятное в честь праздника.

Вика твердила, что это свинство, потому что своей женщине подарок нужно делать обязательно, даже скромный и недорогой. Есть вещи, которые не стоят целое состояние, но при этом всё равно доставляют удовольствие.

Например, поход в кино вдвоём, или посиделки в недорогом кафе, даже романтическая прогулка по городу с дорогим тебе человеком уже может быть хорошим подарком. Но Артём этого не понимал, а я не настаивала.

Подарок я себе уже сделала, купив три дорогущих красных помады.

Мои губы были красными сколько себя помню. Этот оттенок мне невероятно шел и без красного цвета на губах я чувствовала себя голой и открытой всему миру.

Помню, что в тот день, когда я устраивалась в «Арт и Ко» на работу, босс несколько минут пялился на мои ярко-красные губы, но ничего не сказал – ни тогда, ни потом.

Завтра мой праздник, и я планирую повеселиться с девочками по полной программе.