Просто Он - Элен Блио

— Женя, я не понимаю, что случилось?

— Алекс, правда, давай не будем сейчас ничего выяснять? Мне теперь надо умыться и…

— Погоди, ты мне отказываешь? Ты не хочешь быть моей женой?

Я слышу шум на лестнице, поворачиваю голову и вижу прекрасную в кавычках картинку. Моя мать и моя сестрица стоят, глядя, что называется «немым укором». Причем не на Женю, как должны бы были — это ведь она только что сказала «нет» их обожаемому сыну и брату! Конечно, они прожигают взглядами меня!

Женя охает и прижимается к моей спине, пряча лицо. Хоть одно радует, то, что она все-таки ищет защиты у меня.

— Извините, мы не рассчитывали, что у нас будут зрители.

— Леш, извини, мы не хотели, вас долго не было и… Ульяна занервничала, сейчас она там с папой и с нашей няней, но похоже она голодная.

— Да, извините, мне надо ее покормить, где я могу… ну, мне надо. — Женя говорит скороговоркой опустив лицо, я вижу, выражение мучительного стыда, ее щечки как алые маки.

— Даш, Женя грудью кормит, мы можем пойти в гостевую?

— Идите, Ульяну я принесу.

— Да, там еще в сумке памперсы и бутылочка.

Даша понимающе кивает:

— Я все найду.

— Алексей, уделишь мне минутку потом?

— Да, мам.

Я беру Женю за локоток и провожаю по коридору. Гостевая, где я всегда останавливаюсь полностью в нашем распоряжении. Закрываю дверь и прижимаю к себе Женю.

— Прости меня. Ты представить не можешь, как я мечтаю повернуть время вспять и сделать так, чтобы ты все забыла. Я хочу сделать тебе предложение так, как полагается, правда, в романтичной обстановке, ну, не знаю — свечи, шампанское, розы, красивая музыка, классика или… Классические рок-баллады, что ты предпочитаешь?

Она всхлипывает, молчит, вытирая глаза.

— Тушь потекла. Здесь есть ванная?

— Да, конечно, пойдем.

Я провожаю ее, а она закрывает дверь перед моим носом. И тут же заходит Даша с Лялькой на руках.

— Что случилось у вас? — сестра говорит шепотом опытного заговорщика.

— Я облажался, что… Хотел объявить при всех, что мы собрались пожениться.

— И? Это же круто!

— Угу, только предложение Жене я не сделал.

— И что?

— Не понимаешь? Правильно, вот и я такой же туповатый. Ну, тебе твой Ден делал предложение?

— Ну, как тебе сказать…

— Так и скажи!

— Я сама все сделала, сказала, что ЗАГСы работают по графику, и нам надо успеть подать заявление.

— Ничего себе, какая ты романтичная… Ну, и? Кольцо ему тоже ты дарила? На колено вставала?

— Зачем? Он сам. Потом.

— Ну, вот видишь, он все-таки это сделал. А я нет.

— Ну, у вас и времени ведь совсем мало прошло?

— Дарья, ты чего тормозишь? Я сегодня хотел при всех сказать, что будет свадьба! При чем тут время?

— И что дальше-то?

— Я не спросил Женю, хочет ли она стать моей женой.

— Ну и? Она же с тобой живет, и… надо думать очень часто и активно, тебе как не напишешь ты вечно занят!

— Да, Даша, ты правда тот еще романтик. Я говорил ей, что у меня серьезные намерения, но… Понимаешь, само предложение, вот это вот — будешь моей женой, я как надо не произнес.

— А как надо-то?

— Да хоть как уже. Проехали, давай Ляльку, бутылочку и дай мне самому разобраться. Еще и мать о чем-то поговорить хотела…

— Чувствую, ты так разберешься, как бы вы отсюда в разные стороны не разъехались.

— Нет уж, этого не будет. Иди.

Женя выходит только после того, как за Дарьей закрывается дверь.

Берет у меня Ульяну, садится в кресло, пытается высвободить грудь, но это ей не удается.

— Давай я подержу пока.

Молча отдает мне ребенка, снимает верх платья. Опять краснеет. Неужели стесняется меня?

— Жень…

Кладу Ляльку ей на грудь, она тут же смекает что к чему и начинает причмокивать. Это так здорово наблюдать, как женщина кормит малыша…

— Как красиво.

Она поднимает на меня глаза, я понимаю, почему великие художники всегда рисовали Мадонну с младенцем, это идеальная картина.

— Я люблю тебя, Жень.

— Я тоже тебя люблю. Прости за все, что я устроила.

— Глупенькая, это я должен извиниться. Повел себя как…

— Давай забудем.

— Мечтаю об этом.

— И… давай сегодня ничего не будем никому говорить, ладно?

В грудь змейкой вползает холодок. Я, конечно, понимаю, что не самый лучший вариант реально оповещать всех сегодня, но…

— Хорошо.

Я встаю, подхожу к окну. Надо срочно что-то придумать. Найти выход. Я вижу, что она закрывается от меня, что между нами словно встает какая-то преграда. Я не хочу никаких преград.

Ульяна накормлена, Женя ее переодевает и мы, в общем, готовы спуститься вниз, но…

— Женя, подожди.

Беру ее за руку, приглашая в свои объятия. Она идет, но, кажется, не очень охотно.

— Женя?

— Что?

— Я не знаю как все исправить сейчас. Но я готов сделать все, что ты скажешь.

— Я ничего не буду говорить.

— Почему?

— Ты сам должен все сказать.

— То, что я тебя люблю?

— Да.

— И то, что хочу всегда быть рядом?

— Да и это тоже.

— И то, что хочу, чтобы ты родила мне сына и еще одну дочь?

— Да, и это.

— И то, что я хочу, чтобы ты стала моей женой?

Она молчит. Мне кажется, мгновения эти длятся вечность.

— Только если ты на самом деле этого хочешь.

Я отстраняюсь, чтобы увидеть ее глаза. Большие изумруды, влажные, немного печальные, и такие родные.

— Я хочу этого больше всего на свете.

— Хорошо.

— Что, хорошо?

— Просто… Хорошо.

— Это не ответ. Скажи…

— Что?

— Скажи «да».

— Да?

— Да.

— Так просто?

— Нет, не просто. Повторяй за мной: Алекс, я люблю тебя и хочу стать твоей женой.

Я держу ее за подбородок, поглаживая губы большим пальцем, вторая моя рука неумолимо ползет по ее бедру, вниз…