Свободный - Лина Мур

Эдди заходит за мной в начале девятого и хмыкает от моего вида.

– Вот я же твой друг, так?

– Предположим, – прищуриваюсь, бросая в рюкзак нужные вещи.

– Вот я же не идиот, так?

– С этим можно спорить долгое время.

– И вот ты сейчас, вырядившийся так, словно собрался на самое лучшее свидание в своей жизни, пытаешься продолжать обманывать меня, говоря о том, что с тобой всё в порядке?

– Ты сам сказал, что я могу воспользоваться твоими вещами, – напоминаю ему, поправляя тёмно-фиолетовую рубашку, и закидываю на плечо рюкзак.

– Да, но ты тщательно подготовился. Обычно ты ходишь в бар в джинсах и футболках, потому что твою красоту не затмить даже поношенными трениками. А сегодня, Ди. Посмотри на себя. Побрился, сделал укладку, оделся в то, что явно ещё больше усиливает твою привлекательность. И всё это ты сделал для того, чтобы быть во всеоружии и доказать всем, что ты в норме. А я вот…

– Слушай, может быть заткнёшься уже? Я устал от тебя и от твоих тестов, Эдди. Я просто хочу хорошо выглядеть. Ты разрешил мне взять одежду. Всё. Никаких тайных подводных камней в моих действиях нет. Успокойся уже. Лучше подумай о том, что любовь всей твоей жизни встречается с другим и полюбила его, забыв о тебе. – Нечестный приём. Знаю. Но иначе Эдди начнёт снова копаться во мне.

– Умеешь обосрать настроение, Сантьяго, – фыркая, Эдди вырывается вперёд по тротуару, и я, пряча улыбку, догоняю его.

Бар располагается недалеко от дома Эдди и от центрального парка, офиса агентства и, вообще, мы из тех, кто ходит пешком больше, чем ездит на машине. Хотя у Эдди она есть, и у Бёрдса тоже, как и у многих. Но мы все живём близко друг от друга, чтобы в любой момент прийти на помощь. Это была негласная договорённость самых первых идеальных партнёров. «Старички» продолжают её придерживаться до сих пор.

Оказываясь в шумном, переполненном баре в пятницу вечером, я стараюсь держаться ближе к Эдди и постоянно оглядываюсь. Мы подходим к столику, за которым уже сидят наши друзья и, смеясь, что-то обсуждают. При виде нас они улыбаются, обнимают меня и хлопают по спине, спрашивая, куда я пропал и не завёл ли кого-нибудь особенного. Натянуто отвечая на их вопросы и, не приближаясь к опасным темам, словесно отстреливаюсь и облегчённо вздыхаю, когда Скотт, под дружный смех присутствующих, начинает рассказывать про свою последнюю клиентку и её предпочтения. Я знаю этих ребят с первого появления в ещё не обустроенном офисе агентства «Идеальный партнёр». За это время они мало изменились, но увеличение продаж их «любви и радости» для женщин каждому пошло на пользу. Они стали ещё сильнее выделяться из толпы, отличаясь не только привлекательной внешностью, но и изысканным парфюмом, роскошной одеждой и статусом мужчины на миллион. А я? Никак не изменился, не считая одежды Эдди.

– Я угощаю. Что будешь? – улыбаясь, спрашивает у меня Бёрдс.

– Брось, я сам могу…

– Можешь, Ди, ты всё можешь, но сегодня я проставляюсь, так что выпивка за мой счёт.

– Воду или лимонад, как обычно. – Пожимая плечами, удобнее устраиваюсь за барной стойкой, куда мы отошли вместе с другом. Если честно, я думаю, что это он меня увёл от шумной толпы ребят для других целей.

Бёрдс делает заказ, улыбаясь белоснежной улыбкой девушкам, сидящим рядом, и они, хихикая, строят ему глазки.

– Ты загорел, – замечаю я.

– В Дубае грех не загореть. Мы часто проводили время у бассейна. Это было заранее оплачено, чтобы я показывал своё тело, и другие завидовали. А ты? Эдди кое-что рассказал мне и… в общем, попросил вытянуть из тебя информацию. Но я не буду этого делать, потому что знаю, что ты терпеть не можешь, когда в твою душу лезут без разрешения, Ди. Но я должен спросить: «Ты как?» – Сжимая моё плечо, Бёрдс смотрит на меня мягким и озабоченным взглядом зелёно-голубых глаз, вызывая очередной прилив разочарования в себе.

– Сносно. Ни плохо, ни хорошо. Сегодня сносно, но мне нужно время, чтобы во всём разобраться самому. Моя жизнь теперь просто какой-то чёртов ком из страхов и возбуждения. Противоречий в ней слишком много. Я запутался. Давай, поговорим об этом лет через сто, – горько признаюсь.

– Кроме отдыха и нового направления агентства, ты перестал думать о загадочной девушке? – добавляю я.

Бёрдс передёргивает плечами.

– Через сто лет обсудим.

– Понял. Слушай, а ты не думал о том, чтобы уехать отсюда? – интересуюсь я.

– Уехать? Из Нью-Йорка или из Америки?

– Из Нью-Йорка. Эдди собирается открыть агентство в Лос-Анджелесе, а там другие люди, другая атмосфера… на самом деле я спрашивал о другом, – кривлюсь и потираю переносицу. – Ты же не хочешь всё это бросить? Найти для себя тихое место, стабильную работу без всего этого шума и страха, чем обернётся завтра работа? Хм… в общем, оставить большой город?

– Ди, я же вырос в маленьком городке и сбежал оттуда, потому что он меня буквально душил. Там все друг друга знают. Там никогда нельзя ничего скрыть. И если ты гей, то тебе придётся очень сложно в подобном месте. Там живут люди старой закалки, и от них исходит слишком много осуждения.

– Но ты не гей.

– Я – нет, и не собираюсь обратно. А вот ты… Ты это спросил не просто так, Ди. Ты собираешься уехать. Но зачем? Скоро ты поступишь в университет, получишь учебную визу, а там, глядишь, всё и наладится. Ты же так долго об этом мечтал, Ди.

– Я знаю… знаю. Просто такое ощущение, что я собираю вокруг себя проблемы. Я слишком многих людей потерял, которых любил. И так часто разочаровываюсь в новых людях. И я боюсь… Бёрдс, так боюсь даже косвенно причинить боль вам. Я здесь словно в клетке. Заперт в своих страхах, и не понимаю, как вылечиться. Как будто жизнь хочет, чтобы я страдал каждый день из-за того, что выжил и не был убит. Она меня словно ненавидит, а я продолжаю пытаться её любить. Чувствую себя безумно одиноким.

– Ди, у тебя есть мы. Я. Эдди, Скотт, другие ребята. Мы же команда и всегда готовы помочь тебе, поддержать тебя…

– Да-да, но подумай сам, Бёрдс. Эдди когда-нибудь вновь добьётся любви Трити и женится на ней. Корону Скотта и его эгоизм кто-нибудь усмирит. А ты… ты уже влюблён в ту таинственную девушку, из-за которой решился на поездки по странам с другими женщинами, только бы не признаваться себе в чувствах к ней. Ты борешься с собой, потому что тебя тянет не в этот роскошный и жестокий Нью-Йорк, а обратно домой. Не злись, но это было так очевидно после того, когда ты вернулся оттуда из-за меня. Ты был подавлен, и сейчас мы все улыбаемся вынужденно, чтобы никто не догадался, как нам плохо. Не всю жизнь вы будете работать в агентстве. Вас заменят новые мужчины. Это нормально. Но что делать, если я уже потерял своё место и не знаю, куда двигаться дальше? Я устал здесь. Устал бороться за то, что не моё. Всё слишком дорого и бессмысленно. В других городах тоже есть университеты, там проще поступить, легче снять квартиру, и отношение к таким, как я, там тоже отличается. Так что думаю, мне пора двигаться куда-то подальше отсюда. Нью-Йорк не принёс мне счастья.