Греховное Искушение - Лена Лорен

— Так чтобы основательно — нет. Если мы и можем повздорить, что бывает довольно-таки часто, то это ненадолго. Он — мой лучший друг, я дорожу им как братом, которого у меня никогда не было.

Она сузила глаза в маленькие щёлочки, как будто в чём-то меня подозревала или же вовсе не поверила мне.

— Хорошо, а есть ли у тебя такие знакомые, с которыми ты не очень-то и хорошо общаешься?

Вот тут я всерьёз задумался, и пришёл к выводу, что под это определение напрашивается только один человек.

— Зачем тебе нужно это знать?

— Вопросы здесь задаю я, умник! — игриво сказала она, присаживаясь верхом на меня.

— Хорошо, но если ты сделаешь мне массаж, то, так и быть, я отвечу тебе.

На самом деле я пошутил, но Дьявол буквально поняла мои слова и в следующую секунду уже принялась массировать мне грудь своими пальчиками.

— Мои прошлые отношения закончились на не совсем приятной ноте, так что моя бывшая — это единственный человек, который точит на меня зуб. Даже спустя годы.

— Вы с ней до сих пор общаетесь?

— Нет, я не видел и не слышал её уже довольно давно.

Её совсем не удивили мои слова, она всё так же продолжала мять мне косточки, а я до такой степени расслабился, что готов был выложить ей все адреса, явки и пароли.

— Хорошо, как её звали? — она немного приподнялась с меня и, пройдясь пальцами вдоль пресса, запустила руку в штаны и обхватила пальцами мой готовый к бою ствол.

— Оливия Престон, — выдавил я из себя.

— У Оливии с Тео были какие-то взаимоотношения? — она высвободила член из штанов и, наклонившись, прошлась по головке своим языком. Всё. Вряд ли я ей теперь что-нибудь скажу. — Даймонд, может мне прекратить?

— Нет, не останавливайся, детка. Так что ты там спрашивала? Я немного отвлёкся, — пытался я сконцентрироваться на её голосе, но дело в том, что её голос исходил как раз-таки из её красивого рта, который в эту самую минуту ласкал меня.

— Тео с Оливией сейчас общаются?

— Чёрт, — зашипел я, придерживая её волосы, когда она усердней начала работать ртом. — На сколько мне известно, то нет. Он её терпеть не может.

Ассоль наблюдала за мной своим соблазнительным взглядом из-под тёмных длинных ресниц, она втянула в себя головку, словно сочный леденец и языком прошлась по её окружности, после чего была вынуждена отвлечься, чтобы задать свой очередной вопрос. Не останавливайся, прошу! К чёрту вопросы!

— Расскажи мне то, чего многие о тебе не знают.

— Только в том случае, если ты так же поведаешь мне о себе, — сдавленно произнёс я, мечтая о следующей встрече с её горячим язычком.

— Хорошо, будем рассказывать друг о друге поочерёдно. Ты первый! — с озорными огоньками в глазах сказала она, после чего её уже было не остановить. Она жадно глотала мой прибор по самые причиндалы, мягко покусывая и посасывая. Господи, и где такому обучают? Неужели в школе для девственниц?

— В детстве я страдал от дисклексии, — был вынужден прерваться и перевести дыхание. — У меня были проблемы с письмом и чтением, но что самое важное — в точных науках мне не было равных. По мере взросления я справился с этим недугом, будто его и не было вовсе! — не уверен, что она понимала меня, так как я сам не понимал, что говорил из-за сбивчивого дыхания.

— А у меня в детстве была жуткая аллергия на шерсть животных, но я всё равно таскала домой различных кошек и собак, чтобы накормить их и поиграть с ними, — тихо говорила она, держа меня под наблюдением, сжимая своей ладонью пульсирующий член и водя рукой верх-вниз, — А ещё я умею писать обеими руками одинаково красиво.

А ещё она неплохо орудовала своими же руками, вынуждая меня непроизвольно хрипеть от наслаждения.

— У меня транспозиция внутренних органов, — сказал я, ничего не видя перед собой, в глазах моих потемнело. Я понимал, что на грани, но она будто бы издевалась надо мной, поскольку резко замерла в прямом смысле этого слова. Она выпрямилась и не двигалась, уставившись на меня в удивлении.

— Это что такое?

— Врождённая аномалия — зеркальное расположение внутренних органов, — говорил я, надув губы, как будто у меня отобрали конфету, на самом же деле, я просто чувствовал пустоту без её ласки.

— Ты не шутишь? — округлила она глаза.

— Какой в этом смысл?

У неё загорелись глаза и забегали зрачки, как будто перед собой увидела знаменитость мирового масштаба, хотя для многих моя патология, если можно так выразиться, и покажется уникальной, а Тео так вообще называет меня избранным из-за моей особенности, я же нисколько не чувствую себя исключительным.

— И это никак не отражается на твоём здоровье?

— Нет конечно же! Всё, как и у всех.

Ассоль улыбнулась мне и, поджав губы, продолжила с того же самого места, с которого остановилась. Нежно проводя язычком по всей длине ствола, одна дразнила меня, а я, опершись спиной и головой на изголовье кровати, пожирал её своими глазами. Она обвела языком головку и взяла член в рот, плотно обхватывая губами. Её глаза неотрывно смотрели в мои, она следила за моей реакцией, за тем, как доводила меня до щенячьего восторга. Погружая в себя мою плоть всё глубже и глубже, её движения становились всё интенсивнее и интенсивнее, одной рукой она помогала себе, а другой блуждала по моему торсу. Мышцы мои были под колоссальным напряжением, я не мог контролировать своё тело и, схватив её за волосы, кончил прямо ей в рот. Сглотнув, она прошлась ладонью вдоль моего живота вверх, останавливаясь на правой стороне грудной клетки.

— Так ты вряд ли поймёшь, что моё сердце находится справа, — довольным голосом проговорил я и притянул её к себе, чтобы нежно поцеловать в губы.

— Нет, Даймонд, кажется, я чувствую, — она с интересом опустила голову мне на грудь и начала прислушиваться, пальцем отбивая сердечный ритм, — Боже, ты не соврал! Это же охренеть просто! Ни разу не встречала человека с такой особенностью.

Странно. Вероятно, моё сердце после оргазма колотилось в сумасшедшем темпе, с бешеной силой отдавая в рёбра, и поэтому ей удалось это ощутить, больше у меня не было этому объяснений.

— Из-за чего вы расстались с Оливией? — тихонечко спросила она, поглаживая мне грудь.

Я глубоко вздохнул, прежде чем ответить.

— Адюльтер, — пожал я плечами. — Всё до банальности просто.

— Ты или она?

— Хм, а сама как думаешь?

— Как мне кажется, измена была с её стороны, — не задумываясь ответила она.

— Хватит с меня разговоров, я хочу вернуть тебе должок! — повалили я её на спину.

— Обожаю, когда мне возвращают долги! — смеялась она.

* * *

Следующие два дня прошли в обыденном режиме: работа-дом, дом-работа, правда всё это время Ассоль скрашивала досуг своим присутствием и мне было совсем не скучно находиться запертым в своём офисе. Её кабинет был почти готов, а пока она всё так же бегала из офиса в офис, стараясь избегать первого этажа, чтобы не сталкиваться лбами с танцовщицами, так как вчера она снова устроила мне допрос с пристрастиями, только теперь уже о Трисс. Ей было интересно что же связывало нас с ней, поскольку, как оказалось, в гримёрке ходят слухи о наших с ней трепетных отношениях, которых, к слову, никогда и не было, поэтому я был вынужден рассказать ей, что нас связывал лишь животный секс в рабочее время.