В объятьях дракона - Надежда Волгина

Ужасная вонь! Проникающая повсюду, отравляющая изнутри. Не спасал и плотный платок, которым Борн обвязал лицо. И чем сильнее он углублялся в чавкающее под ногами болото, тем вонь только усиливалась. Не зря это болото прозвали вонючим. От смрада уже мутило.

– Далеко еще? – спросил Борн проводника.

– Тише ты! – цыкнул тот на него грозным шепотом. – Разбудишь нечисть, считай, пропал. Скоро прибудем.

Уговорить побирушку без имени провести его по болоту получилось далеко не сразу. Все в долине знали, что он единственный ведает болотными тропами, что частенько бродит в этих местах, добывая себе торф для топлива и болотные водоросли, которые пускал в пищу. О последнем даже думать было противно – как может быть съедобным то, что произрастает в таком месте?

С какой только стороны Борн ни подходил к побирушке, полдня на него угробил, когда дорога была каждая минута, но тот ни в какую. Не пойду, мол, и все тут. Борн даже сулил починить тому развалюху, что с натяжкой можно было назвать домом. Обещался даже отстроить новый, но все бесполезно. И только деньги сыграли решающую роль – за то, что глядел сейчас в тщедушную спину, обтянутую грязными лохмотьями, Борну пришлось отдать почти все свои накопления, что старательно откладывал в потаенном месте много лет. Но оно того стоило, потому что на кону стояла жизнь его дочери.

Через слугу в замке Алва Борн выяснил, что ближе к полуночи тот собирается отправиться на ночную прогулку. Они же с побирушкой вышли загодя, потому как по воздуху да в обличье дракона путь этот куда как короче. Догадывался Борн, что поспеть им нужно именно в полночь, что в это время и состоится у Алва встреча с ведьмой. Вот еще одна заблудшая душа, что проживает в этом гиблом месте.

– Замедляемся, – повернулся к нему побирушка и замер на миг. – Ступаем на проклятую землю… Фу! Чую ведьму! – неожиданно фыркнул и приглушенно чихнул. – Ну и воняет же она!..

Воняет? Борну же, напротив, казалось, что вонь отступила. Он уж обрадовался было… Хотя, что одному белое, другому может казаться черным. Вот и к болотному смраду побирушка, видно, привычный и не замечает. Зато, этот оборванец чует что-то иное, что не доступно Борну.

Топь под ногами стремительно твердела, и вскоре они вышли на подобие поляны. Только вот растительность тут была карликовая и карикатурная, застывшая в нелепых позах и почти без листвы. Последние, если и сохранялись где-то, то почерневшие и изъеденные кем-то. А еще по кромке поляны мерцали болотные огни. Знал Борн и о легенде, что якобы светятся это глаза болотных жителей. Оставалось надеяться, что те не сделают им ничего плохого.

– Иди прямо по тропинке, – все так же шепотом проговорил побирушка и ткнул куда-то вперед грязным пальцем. – Я туда не ходок… Буду ждать тебя на этом месте через час. А пока пойду подальше отсюда – болото мне привычнее, знаешь ли.

Оставалось надеяться, что шельмец не обманет и дождется Борна. Как будет добираться обратно в долину, лишившись проводника, Борн даже думать боялся.

Тропинка уводила в редкий лес, но очень скоро Борн вышел на еще одну поляну. И сразу же взгляд уперся в приземистый, но довольно большой дом. Он на месте – сразу понял, крадучись приближаясь к постройке. Оставалось надеяться, что если Алва еще нет, то вскоре и он появится.

Не успел Борн схорониться в кусте за домом, как послышался приглушенный свист, а вскоре и дракон приземлился на поляну.

– Открывай, старуха! – громогласно и нагло заявил Алв, колотя в неожиданно шаткую дверь кулаком.

Однако… А как же проклятость этого места? И не боится же ведьминой кары. А может, должок у ведьмы перед Алвом какой есть?

– Чего расшумелся, ненормальный?! – распахнулась дверь. – Всех подданных мне перебудил…

Все это Борн слышал, но не видел. Краем сознания шугнулся, как там побирушка на болте? Если Алв перебудил нечисть, то как бы не поздоровилось оборванцу. А вместе с тем и ему.

– Заходи уже, коль приперся, – снова донесся до него голос старухи.

– Попробовала бы не пустить, – раздался насмешливый ответ, и сразу же громко хлопнула дверь.

Сама ведьма тоже не пыталась сохранять тишину. Эти двое навели столько шуму за каких-то несколько секунд, что за побирушку Борну стало еще страшнее.

Сам он тоже не стал мешкать, а перебрался к окну, из-за которого пробивался скудный свет. Но уже в следующий момент Борн выдохнул с облегчением – видно ведьму с Алвом ему было отлично, ну а слухом он всегда обладал исключительным. Оставалось надеяться, что эти двое и дальше не станут шушукаться.

– Чего надо? – уперла ведьма руки в бока, исподлобья глядя на Алва.

Не так она и страшна с виду, как говорят. Очень древняя – что правда, то правда, но довольно опрятная для такого места. Отчего-то, Борну ведьма казалась схожей с побирушкой в воображении.

– Дело к тебе срочное и секретное. Нужно разыскать человека. Прячется тот от меня, – проговорил Алв.

– А я тут причем?

– Ты мне и разыщешь ее, – зло огрызнулся Алв.

Вот же бесстрашный. Захоти ведьма, нашлет на него миллион проклятий, не выплывет же.

– Ее?.. А мне что с того? – ощерилась ведьма беззубым ртом.

– Не боись, в накладе не останешься. Озолочу!

– Прям так и озолотишь? – усмехнулась она. – А с чего я тебе верить буду?

– Может, вот с этого? – снял Алв с пояса увесистый мешочек и протянул ведьме. – Поможешь, получишь в три раза больше этого.

Ведьма заглянула в мешочек и довольно хмыкнула.

– Богато живешь, сур долины воинов. Ладно, выкладывай уже…

Куда делся мешочек, Борн и не заметил, только был он в руках ведьмы, как вдруг исчез.

Еще через минуту, как Алв выложил суть просьбы, ведьма поманила его к очагу в углу, над которым висел огромный котел с бурлящим чем-то внутри.

– Сиди и жди, – указала Алву на пол.

Садиться тот не стал, но в ожидании замер. Ведьма же приблизилась к котлу и вдруг как кинет в тот щепоть чего-то (откуда только взялось это в руке ее?). Повалил настолько густой дым, что скрылись в нем от глаз Борна не только ведьма с Алвом, но и вся комната целиком. И еще какое-то время до него не доносилось ни звука. А еще через время дым расселся без следа и сразу.