Хочу тебя навсегда - Ольга Джокер

* * *

Яр встречает нас во дворе дома с подарками, шарами и цветами. Вау. Непривычно улыбчивый и довольный. В строгом чёрном костюме и белой рубашке. Очень притягательный и красивый.

Мамочки на детской площадке неприкрыто перешептываются и во все глаза на нас смотрят. Они в курсе, что мы с мужем давно в разводе. Даже не знаю, как теперь буду оправдываться.

Булочка отвлекается на шары и пёстрые подарочные пакеты. Издаёт восхищенные звуки.

Я смотрю на Ярослава и неловко пожимаю плечами. Девочка, что тут скажешь.

После того как дочь проверяет всё содержимое пакетов — идёт к папе на руки. Яр так трогательно её обнимает, что у меня на глаза наворачиваются слёзы. Когда я только родила Веру и гуляла с коляской по чужому городу, то постоянно косилась на счастливых папочек с детьми и… мысленно завидовала. Не со зла. Просто само собой получалось.

— Я думал, что забудет меня, — улыбается Яр.

Он открыто скользит по мне взглядом. Глаза, губы, грудь… Голодно, жадно. Держа при этом на руках нашу дочь.

В последний раз мы с Ярославом занимались сексом больше месяца назад. Это было… супер. Не знаю, была ли у него близость за это время с кем-то, кроме меня, но я постоянно вспоминаю наш секс и прокручиваю его в своей голове. Какое-то безумие.

— За три дня? — спрашиваю с усмешкой.

— Ну да.

— О, поверь, у Веры отличная память. Слово «папа» звучало не меньше сотни раз в день.

Жаров улыбается шире и нежно гладит дочь по спине. Я вижу, что ему безумно приятно об этом слышать.

— Спасибо за цветы, — спохватываюсь, прижимая к себе огромный букет из нежно-голубых гортензий. — Они чудесные.

У меня нет времени на долгое общение с Ярославом, потому что впереди важная тренировка, после чего запланирована поездка в больницу. Обычно я брала с собой дочь, потому что бабушке последние дни нездоровится, но сегодня на смену заступил Жаров. И я могу быть спокойна, ведь он прекрасно позаботится о Вере.

Я достаточно быстро доезжаю до места тренировки. Переодеваюсь в удобный обтягивающий топ и короткие шорты. Выхожу на корт. Илья Степанович поторапливает и заставляет самостоятельно делать разминку, пока он кому-то звонит и на кого-то громко кричит. Когда он в таком настроении, то его лучше не злить.

Я бегаю, выполняю приседания и прыжки на скакалке. Сердечный ритм частит, на лбу выступают бисеринки пота.

Тренер раздраженно бросает телефон на сидение и резко разворачивается ко мне.

— Матч в Портороже перенесли на неделю, — цедит сквозь зубы.

— Это хорошо. Будет время подготовиться.

— Ты не поняла, Валенцова! На неделю раньше, не позже.

— Вот чёрт!

— Первый круг четырнадцатого, второй пятнадцатого, — произносит Илья Степанович. — А дальше, как пойдет. Я надеюсь, что ты выйдешь хотя бы в полуфинал. У нас всего три дня до вылета.

Я сразу же думаю о том, что нужно успеть собрать Верушку и бабулю. И конечно же, предупредить Ярослава, что некоторое время нас не будет. Он наверняка расстроится, потому что сам недавно вернулся из командировки и не успел как следует насладиться общением с дочерью, но я привыкла всегда брать Булочку с собой.

Ещё становится грустно, что придётся оставить Жеку. Подруга слабая, с трудом передвигается. После кесарева сечения очень сложно восстанавливаться, тем более, когда ребёнок не с тобой, а в реанимации. И впереди нет стопроцентной уверенности на хороших исход.

Тренер гоняет меня до полного изнеможения. Руки и ноги слабеют. Пот катится по телу в три ручья, кислорода не хватает. Вместо обещанных полутора часов занятий, мы заканчиваем спустя два с половиной. И только после того, как я молю о пощаде и напоминаю о недавно родившей невестке, которая меня заждалась.

Быстро принимаю душ. Надеваю джинсы, футболку и лёгкую куртку. Когда выхожу на улицу, то сильный штормовой ветер едва не сносит с ног. В этот момент я безумно радуюсь, что Яр подарил мне машину. Не обязательно ждать такси или толкаться в общественном транспорте. Очень удобно — сесть в мягкий кожаный салон и спустя тридцать минут оказаться в нужном месте. Конкретно сейчас — это роддом.

* * *

Я быстрой походкой иду по длинному коридору. В руке пакет с гостинцами для подруги. Каждый раз, открывая дверь её палаты, я боюсь увидеть, что Женя расстроена или плачет. Но не в этот раз.

Она стоит у окна и разговаривает по телефону. Увидев меня, быстро прощается и кладёт трубку. Мы обнимаемся.

— Представляешь, Влад нашёл подработку!

— Ого, вот это новости!

— Он сам не ожидал. Какой-то давний друг явился с предложением. Пока ему не светит официальное трудоустройство, но дальше будет видно.

Старательно делаю вид, будто впервые слышу, хотя на самом деле это не так. Я знаю, что этому поспособствовал Ярослав, но ставить в известие Влада — совершенно необязательно. Скорее, нежелательно. Он может разозлиться, что бывший друг лезет в его жизнь и с дуру откажется.

— Как наш малышок? — интересуюсь у подруги, выкладывая на тумбу гостинцы. — Прибавляет в весе?

— О, да! За последние сутки плюс пятьдесят граммов.

— Вот видишь. А ты переживала, что в первые дни потерял.

— Врач сказал, что норма.

— Конечно, норма! Это даже Сергей утверждал, но ты всё равно не верила.

Мы с подругой садимся на кровать и много разговариваем. Время летит с сумасшедшей скоростью. За окнами темнеет, льет сильный проливной дождь. Я начинаю собираться, когда в палату заходит Влад.