Хочу тебя напрокат - Айрин Лакс

Спустя несколько дней

Лёгкий стук по двери кабинета. Отрываю голову от бумаг и, увидев вдову брата, откладываю папку в сторону, оставив открытой.

— Алия? Входи…

Жена брата направляется прямиком ко мне и обнимает, поцеловав в щёку. Большего себе не позволяет и садится в кресло рядом со столом.

— Ну, как ты, Хан?

— Нормально.

— Опять закрываешься? — неодобрительно качает головой. — Ты можешь мне доверять. Мы — одна семья.

— Да нечего особо доверять, Алия. Ты обо всём знаешь. Об аварии, операции Тимура, о том, что он — не родной мне, о разводе с Люськой ты тоже в курсе. Вот и всё.

— Но то факты. А остальное? Твои мысли, чувства, планы? Что будешь делать дальше?

— Хочешь залезть мне в душу? Не выйдет. Я туда никого не пускаю.

— Кроме Самарской.

— Упрёк?

— Факт. Что с ней? Говоришь, что всё нормально. Но я вижу, как ты осунулся и перестал бриться.

— Что, в самом деле? — тру отросшую щетину ладонью. — Хм… Ну, есть немного.

Пытаюсь сосчитать, сколько дней прошло с момента нашего разговора с Дианой. Выходит, что сегодня пошли четвёртые сутки. Диана не звонила и не писала мне.

Я надеюсь, что она ещё думает, стоит вляпываться в отношения со мной или нет. Пусть думает, ещё хоть сколько думает, взвешивает всё. Пока она решает, у меня есть надежда на хороший исход.

Быть со своей девочкой — это единственное, что я хочу. Я задолжал ей счастливую жизнь и сделаю всё, чтобы она никогда не пожалела о решении быть со мной.

— Есть новости от Самарской?

Алия словно нарочно чаще называет Диану по фамилии, чем по имени.

— С чего ты взяла, что у меня нет от неё новостей?

— У тебя на лице всё написано, Хан. Я знаю тебя много лет и могу отличить, когда ты просто занят делом, а когда загоняешься. Вот сейчас ты занят последним…

— Трое суток. Тишина, — говорю неохотно.

— Ого! Не хочу тебя расстраивать, но, похоже, тебе больше не на что надеяться.

— Не говори так!

— Кто-то должен сказать. Кто-то должен открыть тебе глаза на правду! Диане двадцать два, а тебе скоро исполнится сорок один.

— Ещё полгода! — отвечаю с обидой.

— Один чёрт, разница между вами почти полных девятнадцать лет! Самарская — молодая, импульсивная, она экстраверт. Если за трое суток она не дала тебе ответ и ни разу не вышла на связь, значит, это и есть её ответ. Отрицательный. Своим молчанием она говорит тебе: «Нет!» Извини, но разница между вами…

— Разница, разница, разница! Что вы все вокруг меня талдычите об этой разнице?! Что ты, что Клим… Даже Люська припизднутая и то пыталась на эту тему надавить. А мне плевать на разницу в возрасте, ясно?! Когда Диана рядом, ничего не имеет значения, и все различия стираются. Нет нас по отдельности, и разницы не существует, когда мы — рядом. Вместе. Воедино!

— Думаешь, она твоя половинка?

— Лучшая половинка.

— Твоё рвение очень похвально! Но что насчёт неё? Ты для Дианы тоже половинка? Или просто пикантный опыт с взрослым, опытным в сексе мужчиной?!

— Вот не суй свой вдовий нос в мою постель. Недотрах? Пойди мужика сними на ночь!

Алия бледнее, а потом покрывается алыми пятнами.

Стискиваю пальцы в кулаки.

— Прости. Ляпнул, не подумав. Больше не повторится…

— Да уж. Я… не в обиде. Правда. Думаешь, мне не хочется иногда мужского плеча рядом и… в постели — тоже. Да простит меня Карим… Но одной тяжело, а у меня четверо детей! Да кто на меня посмотрит?! Даже свои близкие руку помощи отказываются протянуть.

— Э. ну вот только этого не надо! Я готов тебе помочь. Всегда!

— Готов? Тогда переспи со мной? — жарко предлагает Алия. — Я много об этом думала. Даже с подругой в кафе ходила, и в бар, и в клуб пыталась… Намёков много от незнакомцев, но я… не могу! С чужими не могу так просто взять и лечь в постель, понимаешь?!

Алия вскакивает и быстро-быстро распускает пояс на платье-халате, отбрасывает его в сторону, оставшись передо мной в одном белье. Вернее, в одних трусах.

— С тобой я могла бы забыться…

— Оденься, блять! Ты мне как сестра. У меня только одна девушка в мыслях — Диана! Ну, оденься скорее!

Вскочив, пытаюсь натянуть на Алию платье, она пытается меня раздеть. В какой-то момент я делаю слишком резкий взмах рукой, и Алия просто отлетает в сторону, приложившись щекой об угол стола.

Млять. Я не хотел поднимать руку, но во мне больше ста кило мышц и дурной силы, а она крохотная, едва ли метр шестьдесят ростом, но назойливая, как блоха.

Вот и нарвалась.

Сейчас лежит на полу и плачет в голос. Горько. Навзрыд.