Доигралась, Кукла! - Злата Романова

Даша обиженно скривилась и из ее глаз потекли слезы, падая на простыни большими каплями.

— Ты действительно дурак! — закричала она, вскакивая на ноги и пиная его по бедру, прежде чем слезть с кровати. — А точнее — тупой урод!

Она убежала в ванную, громко хлопая дверью, прежде чем он успел что-либо понять, но Егор не стал идти за ней.

Правда, спустя двадцать минут, он остыл и понял, что, вероятно, сделал неправильный вывод, раз она так расстроилась, и, одевшись, стал ждать, пока Даша выйдет из ванной.

Ждать пришлось долго.

— Я не хочу с тобой разговаривать, — оборвала она его на полуслове, как только открыла дверь и увидела его сидящим у порога. — Дай пройти.

Кукла Даша куталась в большой банный халат, выглядя в нем маленькой и трогательной. Остатки его злости как ветром сдуло, когда он увидел ее, покрасневшее от слез, несчастное личико.

— Прости, — вставая на ноги, выдохнул Егор.

Она прошла мимо, игнорируя его, и заперлась в спальне.

— Даша, нам все же нужно поговорить, — сказал он, постучав в дверь.

— Я не хочу тебя сейчас видеть, — крикнула она. — Просто оставь меня в покое!

Он и оставил.

Заказал им ужин и принялся ждать, но кукла Даша три часа пряталась в спальне, так что у него, в конце концов, лопнуло терпение.

Егор достал запасную связку ключей из ящика стола и открыл дверь, заходя в спальню и обнаруживая, что девушка спит, все еще закутанная в безразмерный халат. Причем спит на маленькой декоративной кушетке, свернувшись в комочек, а не на кровати, в которой они трахались весь день.

Логически мысля, мужчина понимал, что глупо было злиться на нее за прошлое. Но все равно злился, потому что дико ревновал. Егор и не думал, что в нем есть это. Раньше ему не приходилось сталкиваться с такими собственническими чувствами по отношению к другому человеку. Как же этой кукле удалось приворожить его настолько, что он потерял трезвый ум?

Подойдя к ней, он поднял свою спящую красавицу на руки и переместился с ней на диван в гостиной, усаживаясь вместе с ней на коленях, и наблюдая, как она медленно просыпается, напрягаясь в его руках.

Окончательно открыв глаза, Даша дернулась и попыталась встать, но он удержал ее.

— Отпусти! — потребовала она.

— Я прошу прощения за свое поведение, — сказал он, даже не думая ослабить хватку. — Мое поведение было неразумным, но в свое оправдание скажу, что долго сдерживался, хотя я дико ревную тебя к этому говнюку.

— Это не дает тебе права разговаривать со мной таким образом! — возмутилась Даша.

— Я знаю. И именно за это прошу прощения. Не за ревность. Боюсь, от нее мне не избавиться при всем желании, особенно, когда я вспоминаю об этом придурке каждый раз, когда ты раздеваешься.

— Тогда ты идиот, потому что эту татуировку я сделала из-за тебя! О чем теперь искренне жалею!

Она нахохлилась, глядя на него с вызовом, а Егор словно язык проглотил, ошарашенный ее признанием.

«С тех пор, как я тебя увидела, я стала считать тебя своим»

Это было про него. Не про Эрика.

— Почему!? — охрипшим от эмоций голосом, спросил он.

— Потому что я дура! — резко ответила она. — И таким образом хотела себе напомнить, что нельзя доверять не только мужчинам, но и собственным чувствам.

Ему хотелось смеяться от собственной глупости. И облегчения. Потому что, каким бы мудаком это его не делало, Егор испытывал ликование от мысли, что это он оставил на ее теле память о себе.

Игнорируя сопротивление, он распахнул ее халат и стянул с плеча, обнажая прелестную розовую плоть и едва удерживаясь от желания накрыть ртом торчащий сосок. Вместо этого, он провел пальцами по красивой надписи прямо под этой манящей грудью, непроизвольно улыбаясь, как идиот, которым его окрестила Даша.

— Теперь тебе она нравится? — закатывая глаза, фыркнула она, шлепая его по пальцам и натягивая халат обратно. — Какой же ты придурок!

— Согласен. Но ты ведь простишь меня?

— Прощу, — сказала она. — Однако, если еще раз выкинешь что-то подобное, мы с тобой серьезно поругаемся.

— Не могу обещать, что этого не случится, — виновато улыбнулся он. — Я ведь предупреждал тебя о своем характере?

— Характер можно подкорректировать, — хмыкнула девушка, слезая с его колен и тянясь к еде на журнальном столике. — Ты же уже усвоил, что если этого не сделала я, то ты должен сам позаботиться о доставке еды. Теперь поработай над тем, чтобы прямо спрашивать меня, если есть сомнения, а не набрасываться с нелепыми обвинениями.

— Принял к сведению, — усмехнулся Егор, целуя ее пальчики.

Кукла Даша была редким сокровищем среди женщин. И она была только его.