Ты никогда не была моей - Элена Макнамара

– Ис, что ты делаешь?

Маркус, перекрикивая шум дождя, пытается утащить меня обратно в дом. Трава под нашими ногами оказывается скользкой, и мы оба падаем на неё, потому что я слишком активно пытаюсь вырваться.

– Моя мебель! – тычу пальцем в ту сторону, где под лавиной воды разрушается старое дерево. – Мне нужно занести её в сарай!

Поднимаюсь с травы и, осторожно передвигаясь, пробираюсь к шкафу. Из-за дождя и слёз в глазах не могу рассмотреть масштаб катастрофы, но когда дотрагиваюсь до поверхности, ощущаю, что она мягкая, разбухшая. Ошмётки краски остаются на моих ладонях.

– Это бесполезно, мебель не спасти! – кричит рядом Маркус. – Оставь это, Исси. Это всего лишь старая мебель!

Но я любила эту мебель! Душу вкладывала в её починку. Словно эта мебель – всё, что у меня сейчас есть.

Не слушая Маркуса, упорно толкаю шкаф. Он начинает скользить по сырой земле, но практически сразу застревает, утопая в грязи. Я не обращаю внимания на то, что дождь с силой стучит по голове. Мне чертовски холодно, зато внутри просто пожар ярости и безысходности.

– Ис, перестань, ты можешь заболеть! – руки парня ложатся на мои плечи, он пытается оторвать меня от шкафа.

– Отстань от меня! – вою я и вырываюсь. – Отвали, Холт!

Мне нужны эмоции!

Чтобы заглушить боль в груди.

Пинаю шкаф. А потом ещё раз, и ещё. Он опрокидывается, но от силы удара я тоже лечу на землю. Быстро поднимаюсь. С отчаянным криком пытаюсь вновь атаковать шкаф, потому что ничего больше не могу…

Я никчёмная!

У нас была возможность быть вместе!

Но мы оба её просрали!

А теперь он выбрал другую…

– Почему он её выбрал?! – кричу я, ослабевшими ногами пиная шкаф, и не падаю только потому, что Маркус крепко держит меня за талию.

Позволяет мне выплеснуть эмоции. Позволяет мне промокнуть насквозь. Он знает меня даже лучше, чем я знаю саму себя.

– Почему? – вновь вою, оседая на землю.

Маркус подхватывает меня на руки.

– Забудь, Исабель, – шепчет в самое ухо. – Эта Элисон и мизинца твоего не стоит.

Я стараюсь вглядеться в его лицо сквозь потоки воды, льющиеся с неба и стекающие с собственных волос. Глаза Маркуса, как и всегда, излучают только правду. Он никогда мне не врал…

– Ты самая красивая девушка из всех, которых я когда-либо встречал в жизни, – продолжает шептать он, касаясь носом моей щеки. – Такую, как ты, невозможно забыть.

Его горячее дыхание опаляет мои губы. Ледяной дождь, мокрая одежда и жар от его кожи приносят какие-то новые эмоции.

Эмоции… Это то, что мне сейчас нужно.

Я хватаюсь за затылок Маркуса. Запускаю пальцы в сырые волосы и притягиваю его губы к своим. Поцелуй обжигает. Кажется каким-то новым, хотя раньше мы уже целовались.

Маркус с жадностью поедает мой рот, а я тихо всхлипываю от того, как хорошо мне в его объятиях. И на всё становится наплевать…

А ему, похоже, нет…

– Ис, ты вновь меня используешь, – хрипло шепчет он, разорвав поцелуй и уперевшись лбом в мой лоб.

– Нет…

– Да. Сейчас это лишь твои эмоции.

– Я…

– Нет, не отвечай, – вновь касается моих губ. – Я могу представить, что это не так. Могу представить, что ты наконец разглядела во мне… не просто друга.

– Друзей так не целуют, – только и могу ответить я.

Эмоции начинают отступать. Воспоминания о парне, который теперь под запретом, неминуемо возвращаются в голову. Заполняют сердце…

Давлю на затылок Маркуса, притягивая его лицо, и снова сама целую. Он прижимает меня теснее, двигаясь в сторону дома, помогает забраться в патио. А когда оказываемся в столовой, бережно ставит на ноги, разорвав поцелуй.

Наша одежда мокрая и тяжёлая. Моя растянутая майка и так почти обнажает грудь, но я всё равно стягиваю её через голову. Взгляд Маркуса впивается в горошины сосков. Этот взгляд ощущается почти физически. И я готова умолять, чтобы он дотронулся до меня по-настоящему.

Тяну его к себе, ухватившись за мокрую футболку. Пару секунд он размышляет над происходящим. Отчётливо читаю в его взгляде сомнение, которое быстро сменяется желанием.

Он избавляется от своей футболки, отшвыривает на пол и притягивает меня, обхватив лицо ладонями. С жадностью впивается в губы, вышибая из меня судорожный вздох. Оттесняет в центр столовой, пока я не врезаюсь в обеденный стол. Рывком усаживает на него и протискивается между моих ног. Перемещается с поцелуями к шее, и я с наслаждением запрокидываю голову назад и зажмуриваюсь. Полностью отдаюсь ощущениям…

Осязание, обоняние и эмоции.

Чувствую влажные поцелуи Маркуса на своей груди. Ощущаю запах дождя, сырой травы и мужского парфюма.

Я нуждаюсь в нём сейчас и эмоционально, и физически…

Он втягивает сосок в рот и немного его прикусывает. Впиваюсь ногтями в его затылок. Маркус расстёгивает мои джинсы, и приходится привстать со стола, чтобы он их снял, после чего парень вновь усаживает меня обратно.

И плевать, что это обеденный стол! Исабель Васкес устала думать о правильности и неправильности своих действий. Я вообще больше не хочу думать.

Слышу, как он стягивает свои джинсы. Чувствую, как прижимается ко мне членом, и ложусь на стол. Шуршит упаковка презерватива, а спустя мгновение я вновь ощущаю его плоть между ног.

Маркус сжимает мои бёдра. Склонившись, осыпает поцелуями грудь, дразнит соски языком, заставляя меня ёрзать на столе. Потом рывком тянет на себя, рукой направляет член в моё лоно и, удерживая колени, резко в меня врывается.

Да-а…

Моё тело простреливает от шквала эмоций. Внизу живота всё горит. Губы саднит от того, как вновь хочется получить поцелуй. Грудь покалывает в тех местах, где ещё остывают следы от его губ.

– Чёрт, Ис… – хрипло шепчет Маркус, яростно вторгаясь в меня. – Чёрт, ты такая узкая… И горячая… Чертовски сложно сдерживаться.

Боже… Не сдерживайся!

Маркус словно знает, чего я хочу. Не даёт мне перевести дух и наполняет собой так безудержно, словно сейчас я передумаю, и это всё закончится. В какой-то момент его темп становится медленнее, а проникновения более глубокими. Но тут же толчки меняются на резкие и частые. Наши стоны заполняют столовую. Стол начинает ходить ходуном, и Маркус поднимает меня на руки. Я не понимаю, куда мы двигаемся, и лишь когда он опускает меня на диван в гостиной, осознаю весь сюрреализм ситуации.

Всё могло начаться именно здесь. И, возможно, сейчас наши отношения переросли бы во что-то прекрасное. Или уже навсегда закончились…