Развод. Излом судьбы - Василина Лебедева

– Мариша, ты чего такая вялая? – обеспокоенно спросила Аня утром, когда девочка кое-как проснувшись, умылась и пришла на кухню.

– У меня голова болит и горло, – сипло ответила девочка, а у Анны сердце ухнуло вниз.

Быстро подойдя, она приложила ладонь ко лбу малышки и едва не застонала от отчаяния – у Маришки явно была температура.

– Так, моя хорошая, – Анна нервно осмотрелась, выдохнула, пытаясь взять себя в руки: – Давай-ка в постель. Я сейчас градусник найду и… и там посмотрим что будем делать, – говоря, Анна повела девочку обратно в её комнату.

Дальше всё происходило на грани паники. Градусник выдал цифру для Ани кошмарную – 37.5. «Не справилась! Застудила ребёнка! Илья же с ума сойдёт! Как я ему скажу?». Мысли пугающим ураганом носились в голове, пока Аня дозванивалась подруге, предупреждая, что на работу выйти не сможет и на грани подкатывающей истерии спрашивала совета.

– Так, не кипишуй! – строго отозвалась Вера, – Сейчас вышлю тебе номер врача детского. Температура не критичная, так что ничего страшного нет.

– Вера, блин, да не в этом дело! – прошипела Аня в трубку, – Мне же Илье звонить надо, а у него там аврал какой-то, переговоры важные, конференции. Боже, ты представляешь, что он подумает?

– А что он подумает, Ань? Дети постоянно болеют, что в этом страшного? – подруга пыталась успокоить Анну, хотя сама понимала – заболел чужой ребёнок, а это уже не шутки. Но и скатиться подруге в панику позволить не могла – Вызывай врача и…

Выслушав инструкции, Аня едва ли не через каждые три, четыре минуты мерила температуру у спящей Маришки и ругалась сквозь зубы, потому что врач задерживался.

– Так и что тут у нас? – женщина педиатр осмотрела сонную Маришку и вынесла вердикт: – Банальное ОРЗ. Сейчас в школах и детсадах едва не эпидемия. Друг друга детки заражают и повально болеют.

После ухода врача, Анне предстояло самое трудное – сообщить Илье. Написав СМС о том, что у Марины температура, Аня отправила сообщение, и не прошло минуты, как раздался звонок.

– Привет, – тихо ответила Аня, выходя из комнаты, где спала Маришка.

– Что случилось? Какая температура? – требовательно отозвался Илья, даже не поздоровавшись.

Быстро пересказав всё и рассказав динамику, услышала в трубке шумный выдох и тихое ругательство.

– Илья, – позвала Аня и замерла в ожидании. Она до жути боялась, что он обвинит её, но не ожидала короткого смешка:

– Ты меня напугала, Нют.

– Я сама испугалась, – честно призналась она.

– Ничего страшного. Маринка, стоит кому-то чихнуть, сразу за компанию схватывает, но быстро отходит. Нюта, тут у меня сделка нарисовывается и приехать я ну никак не могу, только если что-то экстраординарное случится, понимаешь? У меня к тебе огромнейшая просьба – присмотри, пожалуйста, за ней. Брату я позвоню, тебе больничный оформят, но если ты не можешь…

– Я могу, Илюш, – улыбнулась Аня, тихонько выдыхая. «Он доверил мне дочь!» – пело её сердце. Анна понимала – как много это значит.

– Боже, Нюта, – Илья рассмеялся, потом замолчал на мгновение и выдохнул: – Спасибо. Я не буду сейчас по телефону тебе говорить, но…

Илья не закончил, кто-то отвлёк его, отчего Аня разочарованно поморщилась. Что-то очень важное готово было сорваться с его губ, какое-то признание, которое нарушил мужской оклик.

– Анют, мне пора, – Илья, наконец, вернулся к разговору с ней. Меня ждут, и я не могу отвлекаться.

– Конечно, я понимаю, – закивала Аня, будто Илья её мог видеть.

Весь день Аня провела рядом с заболевшей девочкой, удивляясь тому, что под вечер Маришка скакала козочкой и словно не болеющая просила поесть. А ночью опять температура, но Анна, уже зная как действовать, держала себя в руках. Постоянно записывая показания термометра, ждала, когда отметка на градуснике перевалит за 38, но этого так и не случилось.

Утром Аня, потирая сонные и красные глаза, пересказала всё Вере и краем глаза заметила, что Маришка, сидя на диване и смотря телевизор постоянно чешется. Отключив связь, она подошла к девочке.

– Что случилось, Мариш? Что-то болит? – спросила, не в силах сдержать зевоту.

– Меня как будто комары искусали, – пожаловалась она.

– Ну, давай посмотрим – кто покусился на тебя среди зимы, – со смешком Аня села на диван. Маришка встала и сняла пижамную рубашку, поворачиваясь к Анне спиной.

– Твою… – быстро зажав рот ладонью, Аня смотрела на маленькие красные прыщики, равномерно осыпавшие тело малышки.

– Всё чешется, – пожаловалась Маришка, в то время как Аня, развернув её к себе, осматривала такой же в крапинку живот и грудь.

– Я сейчас, маленькая, – просипела Аня, хватая трубку телефона, немедленно набирая детского врача. Обрисовала ситуацию и сразу набрала номер подруги.

– Ве-е-е-ра-а-а, – протянула она едва не плача в трубку.

– Анька? Что случилось? – тревожно спросила подруга.

– Тут… – и пересказала уже подруге ситуацию.

– Тьфу ты блин! – выругалась Вера. – Ну что ты истеришь-то? Надо дать антигистаминное и…

– Уже дала. Как врачу позвонила, вызвала её и сразу дала, – отчиталась Аня, вышагивая по кухне не в силах присесть. Маришка в это время спокойно потягивала полюбившееся какао, пока Аня нервно металась по соседству.– Температура держится – 37,2 и не падает и не повышается.

– Ну всё – ветрянка, – вынесла вердикт подруга и Аня закивала – предварительный диагноз педиатра был таким же.

– А ты сама болела? – сразу встревожилась Вера.

– Я не знаю, – отмахнулась Аня, – Позвоню сейчас матери, спрошу.

Померив температуру Маришке и убедившись, что та находится на том же немного повышенном уровне, Аня вновь ушла на кухню и набрала номер родительницы.

– Привет, мам, – только и удалось сказать ей.

А потом Аня, закипая внутренне как чайник и сдерживаясь из последних сил, выслушала все новости матушки. Её состояние как обычно ухудшалось с каждым днём, и неимоверное давление сводило с ума. Брат, о чудо! устроился на работу, но из-за чересчур шумного коллектива у «Ванюшки» начались головные боли. Через пятнадцать минут Анна, наконец, смогла вставить свой вопрос:

– Мам, а я ветрянкой болела?

– Конечно, болела, – раздражённо ответила родительница. – Ванюше было четыре, когда он заболел. Летом дело было, ох, как же я тогда перепугалась!

– Значит и я болела, – совсем тихо проговорила Аня, но мать услышала:

– Да что ты заладила! Сказала же – болела. Ветрянка – поветрие, та ещё зараза!

Покивав и спросив как дела у племянников и невестки, Анна отключила связь, и сразу же раздался звонок в дверь.

Педиатр, осмотрев Маришку, подтвердила сказанное – ветрянка.