Зверь внутри - Стелла Айс

Но Ладу нужно вначале подготовить к тому, что я не такой, каким она меня видит. Маленькая девочка может не простить мне многих поступков.

А мне нельзя терять её. Гармонию, что между нами образовалась. Поэтому я разговорами введу её в курс дела. Долгими уговорами, буду воспитывать. Медленно навязывая свои принципы, свои взгляды на жизнь.

Ведь Лада не глупая собачонка, которую можно и дома оставить, когда на работу необходимо идти. Эта волчица пойдёт со мной, не возьму, сбежит, чтобы видеть, чем я занят. Поэтому во избежание бед, я обязан раскрыться перед ней полностью.

И такое счастье, что она совсем молоденькая!

Через пять лет примет меня, сможет стать настоящей парой… Возможно, такой же мрачной, как и я. Но это к лучшему. Волкам нужна женщина рядом достойная, понимающая, способная поддержать в нужный момент. Я же в свою очередь готов на безграничную опеку и любовь. И всё свободное время я посвящу ей, моей девочке, моей красавице.

Воспитание юной жены – вопрос очень сложный, который решается не сразу, поэтому я улыбнулся, сделал лицо, как можно добрее, взгляд теплее.

Сейчас нужен секс. А она не отдаётся, потому что страдает от непонятного мне вопроса. И не делится проблемой.

Пожалуй, я именно с этого и начну своё воспитание. 

Лада поднялась с кровати. Ночник отключила и направилась ко мне.

Маленькая, хорошенькая. Не выдержала сама. Думала, меня игнорировать сможет. Но истинная пара не даст. И если я волк выдержанный и взрослый, то девочка вся на эмоциях.

Горит!

И я греюсь у этого костра,  тает моё ледяное сердце. Вот только разум не растопит она никогда, я глупостей больше делать не стану.

Аглай Листопляс никогда не похитит мою пару и нашу с ней маленькую Полину. Мой ребёнок, я за него в ответе.

Недовольная Ладушка  вытолкнула меня из комнаты и дверь прикрыла. Приятно иметь дело с молодой женщиной, она такой лет до девяноста будет. Всё на личике написано, поведением скрыть не может, что вся взволнована. Это потом я буду теряться в догадках, что у неё на уме. Пока что читаю, как открытую книгу.

— Доверяй мне, — не прикоснулся к ней.

Истинной паре худо, когда к ней партнёр не прикасается. Без объятий и поцелуев уныло.

И сколько она сможет держать дистанцию?

Мне совсем плохо, я из последних сил держался, чтобы не настоять на близости.

Лада нахмурилась, прислушиваясь к тому, что творилось на кухне. Нестору неприятно выполнять приказ, но он похоже во вкус вошёл. Я просил не трахать, но судя по его стону, не пальцами он в жену брата вошёл. 

Что могу сказать по поводу мужчин, которые в квартире, где спит истинная пара способны выполнять такие приказы?

Кобель.

Даже если альфа приказал, нельзя входить в чужую женщину.

А я не приказывал нанизывать!

Я бы в жизни шлюху Бакая не поцеловал. Мой волк загрыз бы, реально откусил бы половину рта. Метку ставить другое, но зная, что женщина готова ноги раздвинуть, мог бы и без сиськи оставить.

Конечно, когда он сделает дело, своё кобелиное дело, будет оправдываться, что Полина маленькая, что истинная пара незакреплённая… 

Какой же ты волк, если чувствуешь запах пары и способен при этом трахать Суку?

Не понимаю… Я ни хрена не понимаю, что случилось с нашим родом! Как можно так растерять все навыки и страсть к истинной паре? От силы пять бойцов, которые живут сотню лет со своими женщинами. Человеческими! А что будет, если я оберну их? Это крепкие, правильные семьи. Остальные мои волки…

Получится ли вернуть наш славный род? Вытащить из разврата из полного растления?

— Лада, — строго обратился я к удивленной девушке. — Пойдём, поговорим серьёзно.

Отвлёк её от страшных подозрений, что Вересени поделили девку на двоих.

Я взял её тонкий локоток. Пока вёл в нашу спальню, не удержался, ручку поцеловал. Возбуждение накатило.

— Ты сам что-то расстроился, — обеспокоенно шептала желанная, родная, самая нужная мне на всём этом белом свете.

Скажи мне сейчас: «Лада или стая?»

Я даже гадать не стану, без раздумий скажу, что моя волчица мне жизни дороже.

Трепетные пальчики чуткой девушки скользили по моему лицу, она тянулась к моим губам с предложением тёплых губ и жаркого поцелуя.

Столько сил потратил, чтобы отпрянуть.

— Лада! Я прошу. Ложь и тайны разрушают любовь и брак, — строго, но в то же время нежно шептал я. Сам в ладони взял её красивое личико. — Родная моя, прошу. Какой бы ни была горькой правда, скажи мне, что произошло с вами в лесу?

Ждал.

Рыдать хотелось, ведь я о многом уже подумал. Зимор Сечень очень страшный колдун, вот насколько я мрачный альфа, до древнего волка не дорос вовсе.

— Лада, не страшно мне сказать, — уговаривал я, и колдовство для убеждения применил.

Мысли я считывать не могу, а догадаться не сумел. Девочка моя теперь волчица с даром, сопротивляться начала. Моё колдовство ещё действовало на неё, и пока это происходило, я пытался выудить правду. Воспитать свою волчицу так, чтобы не было между нами ничего.

— Люблю тебя, не разрушай наши отношения вот таким молчанием.

А произошло что-то серьёзное. Вряд ли бы Лада по глупостям стала плакать… Эти слёзы.

Почему мне хочется кого-то убить, когда она плачет?

Откуда чувство вины и желание немедленно всё изменить?

Чёрт бы меня подрал. Я за все свои триста с лишним лет не любил так страстно женщину. Так сильно не переживал вместе с ней. Не получилось у меня семью создать. Тем и ценнее эта девочка.

Слёзы крупными каплями скатывались по её лицу, губы дрожали. Я свет в нашей спальне включил, чтобы страдать вместе с ней, ну и любоваться её слабостью и невинностью.

Она не могла мне изменить по собственной воле. В её чреве растут мои волчата. Да, и Сечень, вряд ли бы взял чужую жену.

Если не измена, то что её так мучает?

— Лада, — давил я, любуясь румянцем и алой краской на пухлых губах. С ума сходил от неё. — Скажи. Скажи.

— Ты будешь злой.

Что же там за пиздец такой, что моя девочка так боится?!

Зверь хотел заорать, чтобы не молчала, а, блядь, уже высказала всё. С трудом сдержал, но мне казалось, что нужно было и накричать.

Злой.

Боится меня в гневе, надо запомнить.

Хотя, что запоминать, все боятся.

— Обещаю, не буду.

— Он попросил… Зимор Сечень, за то, что нас с Полиной перекинул, попросил нашу с тобой первую дочь.

Зачем? Стаю собирает… Другого варианта у меня нет. И моя дочь станет Сеченем? Моя. Первый мой ребёнок. Оборотница, которых не хватает в племени.