Тест на верность - Алена Бородина

В «Rad door» было совсем мало народа — две клиентки, помимо меня. Похоже, дамочки Верхнего Ист-Сайда предпочитали краситься и делать укладки ближе к выходным или по вечерам.

Плюхнувшись в парикмахерское кресло, я закинула ногу на ногу, старательно изображая равнодушие. Ныть и жаловаться на жизнь порядком надоело. Я снова хочу стать той сильной Оливией Джонсон, которой была прежде. Любовь к Крису сильно меня подкосила, сделала слабой, зависимой. Так не должно быть. Такой я никогда не была. Не хочу.

Пабло странно осматривал мое отражение в зеркале, словно пытаясь прочувствовать настроение. К слову, о разговоре с Крисом я ему ещё не успела рассказать, решив, для начала, пережить эту драму в одиночестве.

— Какая-то ты сегодня не такая, — подозрительно произнёс Пабло, поглаживая меня по голове, заправляя локоны за уши. — Что-то произошло?

Зараза! У него что, радар на мой внутренний душевный мир настроен?! Ладно! Чего отпираться?

— Кажется, Крис меня бросил, — ответила я.

Руки друга застыли в моих волосах, от удивления он приоткрыл рот, похоже не понимая, почему я говорю это так легко, безэмоционально.

— Ты ему рассказала?

— Чуть-чуть не успела. Всю правду ему раскрыла Ребекка. Естественно, со своими красочными дополнениями.

— Вот сука! — кажется, громче, чем нужно, протянул Пабло, подпирая бока. — Что же этой дряни спокойно не живется?!

Все присутствующие в студии примолкли, устремляя взгляд на нас. Похоже, и клиентки и мастера были заинтригованы происходящим. Заметив это, друг примолк, нахмурил брови и заговорил шепотом:

— И чего теперь?

— Ничего.

— Как ничего? Не понимаю.

— Убедить его в том, что я не сплю с мужиками за деньги не удалось. Кстати, я узнала зачем Роберт запер меня в ванной. Чтобы зафиксировать факт моего присутствия в его номере ночью. Они с Бэкки, похоже, спелись. Видео с камер, что размещены в коридоре отеля, конечно же подсунули Кристиану и выставили это так, что я просто пришла «обслужить» мистера Моргана.

— Вот это сука! — вновь повторил Пабло, уже настолько громко, что неудобно стало даже мне.

Я тактично откашлялась, напоминая другу, что мы здесь не одни.

Пабло снова притих, опять переходя на шёпот.

— Так и что? Кристиан просто послал тебя к чертовой матери?

— Нет. Просто ушел. Сказал, что ему нужно подумать, добавил, что не знает теперь как мне доверять. Лучше бы просто послал…

— Но ты же любишь его…

В словах Пабло чувствовалось сочувствие и жалость. В какой-то момент он напомнил мне грустную принцессу, чья сказка завершилась фатально.

— Переживу. Не маленькая — отмахнулась я. — Поплачу и пройдёт.

— Но, Оливия… — начал было спорить друг.

— Без «но». Сделай-ка мне лучше укладку и макияж. Хочу выглядеть на отлично. Уныние мне не к лицу.

— Себе-то не лги.

— Даже не думала!

— Пытаешься доказать, что все у тебя замечательно, а на деле ты просто раздавлена.

— Пабло! — я строго посмотрела на друга.

— Молчу! Хочешь делать вид, что все хорошо — пожалуйста!

Он принялся расчесывать мои волосы, бережно перебирая их по прядям.

— Поверь мне, это лучше, чем плакать дома в три ручья и винить злодейку судьбу во всех своих бедах.

— Как знаешь, Лив…

***

Звонок в дверь застал меня в ванне. Вечер. Семь часов. Кого могло принести в такое время? Быстро выбравшись из душа, я завернулась в полотенце и чуть ли не не бегом ринулась открывать.

Признаюсь, где-то в глубине души я надеялась увидеть на пороге Кристиана, но…

Я не стала скрывать своего презренного негодования, когда передо мной предстала Ребекка.

Я даже опомниться не успела, как она проскользнула внутрь квартиры, звонко цокая высоченными шпильками по паркету.

— Помешала отмываться от грязи? — надменно спросила она, оглядывая меня с головы до ног.

— Убирайся. Я тебя не приглашала, — раскрывая дверь пошире, ответила я, намереваясь вышвырнуть нахалку.

— Злишься? — сладко пропела она, отходя подальше от меня. — А не надо было лезть к моему мужчине. Все могло обернуться по-другому. Мы бы с Крисом поженились, а ты продолжала заниматься своими непристойными делишками и трахать чужих мужей… А видишь как сложилось… Теперь ты опозорена и я позаботилась о том, чтобы все наше светское общество узнало кто такая Оливия Джонсон на самом деле. Кстати, как тебе вообще в голову взбрело, пойти на ночь к Моргану? Уму непостижимо! — иронично проговорила Бэкки, наслаждаясь своей победой.

— Ты только ради этого пришла?

— Естественно! Хотела увидеть твою никчёмную рожу, когда Крис поймет кто ты и уйдёт от тебя, — она смотрела мне в глаза и упивалась каждым своим словом.

Сейчас Бэкки не была похожа на ту милую скромницу, что наняла меня впервые. В данный момент она напоминала акулу. Хищную, дико злую. В ее движениях, манерах и даже одежде чувствовался вызов. Строгая юбка карандаш чёрного цвета с высокой посадкой, полупрозрачная, строгая блузка, ярко-красная помада, такого же цвета туфли. Она явно тщательно готовилась, подбирала гардероб, перед тем как прийти. Хотела показать своё превосходство. Мол, вот она я — победила. Ей только транспаранта не хватало с надписью: «Как я ловко всех обдурила и отомстила».

— Тогда не смею больше задерживать, — я вновь указала на дверь, которая была до сих пор открыта нараспашку.

Ребекка нахмурилась, недовольная тем, что моя реакция оказалась не взрывной. Я не сыпала гадостями, не проклинала ее на чем свет стоит, не истерила и, вообще, была спокойной, как удав. Мое холодное равнодушие ее раздражало.

— Что же, и правда, мне в твоей мерзкой квартирке делать нечего, — фыркнула она, шагая ближе к выходу. — Счастливо оставаться.

Вот высокомерная дрянь. Уже на пороге я не удержалась от того, чтобы съязвить гадине на прощание.

— Знаешь, Бэкки, а ведь Кристиан не только понял, кем являюсь я, он узнал, что на самом деле ты из себя представляешь!

Она обернулась, смерив меня презренным взглядом, ее безупречное личико исказила недовольная гримаса.

— Ты двуличная сука, которая ни во что не ставила своего жениха, считала его обманщиком и испытывала на прочность чувства. Ведь он любил тебя, дуру. Хотел быть с тобой, а ты своими же руками все разрушила.

— Я? Это ты вообще-то спала с ним! — спокойствие покинуло Бэкки. Она завопила громко, надрывисто.

— Потому что ты меня ему настойчиво пихала! Помогала организовать случайные встречи, оставляла нас наедине. Ты сама отдала его чужой женщине в руки, а потом мстишь? Обвиняешь меня?