Девиантный рыцарь - Трейси Лоррейн

— Какого хрена? — Она шипит, когда я неумолимо прижимаю ее к дереву и прижимаюсь к ней всем телом. Мой уже твердеющий член прижимается к ее ягодицам, заставляя его просыпаться еще быстрее, чем раньше.

— Только хорошие девочки получают награды, Мегера, — выдыхаю я ей на ухо, наслаждаясь тем, как она вздрагивает от ощущения моего дыхания на ее холодной, но сверхчувствительной коже, вместе со словами.

— Пожалуйста, — всхлипывает она, прежде чем успокоиться, когда понимает, что сказала это вслух.

— Руки на дерево и делай, что тебе говорят.

Она кивает, и я отпускаю ее руку, когда она пытается подчиниться.

Отступая назад, я провожу руками по ее бокам, заправляя их за пояс ее пижамных штанов и спуская их вниз по ее ногам.

В мгновение ока они оказываются у ее лодыжек.

— Убери их, — требую я.

Она колеблется, и я понимаю почему. Ей придется снять ботинки и встать на землю босиком. Мне должно быть не все равно, но прямо сейчас единственное, о чем я могу думать, это попробовать ее.

Я не должен этого делать. Это на один шаг ближе к тому, чтобы трахнуть ее. Просто еще одна зависимость, которую нужно добавить ко всем остальным, потому что я знаю, что, однажды попробовав, я никогда не захочу остановиться.

Но, черт возьми. Это Рождество, и она такая чертовски возбужденная и отчаянная, что я уже чувствую это.

В спешке она сбрасывает одежду с ног и встает передо мной, выгнув спину, выпятив задницу, соблазняя меня.

Чертова дразнилка.

Она прижимается щекой к стволу, смотрит в другую сторону, поэтому, когда я поднимаю руку, она ничего не понимает.

Пока моя рука не треснет по ее заднице.

Ее крик пронзает ночной воздух вокруг нас, заставляя животное, которое, вероятно, спало где-то поблизости, в испуге убежать.

— Черт, Тео.

Мой член набухает от моего имени на ее губах, и моя ладонь дергается, чтобы снова увидеть ярко-красный отпечаток моей руки на ее бледной коже.

— Скажи это снова, — рычу я.

— Черт?

— Не дави на меня, Мегера.

Моя рука снова шлепает ее по заднице.

— Ах, — восклицает она, прежде чем дать мне то, что я хочу. — Тео.

— Да, — шиплю я, снова соединяясь с ее задницей.

Не может быть, чтобы ее кожа не светилась для меня, но, черт возьми, она слишком темная, чтобы по-настоящему оценить это.

Я разглаживаю ожог ладонью, нежно потирая и сжимая ее круглую задницу.

— П-пожалуйста, — хнычет она.

— Черт, Эм. Ты промокла, — стону я, просовывая пальцы между ее ног и обнаруживая, что с нее капает. — Нравится боль, да?

Она кричит, когда теряет мое прикосновение, но быстро подчиняется, когда я хватаю ее за бедра, заставляя ее согнуться пополам и раздвинуть ноги.

Но ее жалобы длятся так долго только потому, что я опускаю задницу на землю и предаюсь единственному, что наполняет мой разум. Я пробую ее на вкус.

И черт. Она слаще, чем я когда-либо мог себе представить.

Раздвигая ее двумя пальцами, я ласкаю ее клитор, быстро узнавая, как ей нравится, когда ее бедра начинают вращаться, а с ее губ слетают неразборчивые слова.

Она такая чертовски мокрая, ее соки стекают по моему подбородку.

Протягивая руку, я вытираю немного тыльной стороной ладони, прежде чем погрузить в нее два пальца.

Ее мышцы пульсируют вокруг меня, когда она изливается. Я проглатываю все это, отчаянно желая большего, несмотря на тот факт, что прямо сейчас я, блядь, тону в ней.

Слегка откидывая голову назад, я обнаруживаю, что она смотрит на меня сверху вниз широко раскрытыми, полными желания темными глазами. Электричество пронзает меня, когда наши глаза встречаются.

— Тео, — выдыхает она, прежде чем втянуть нижнюю губу в рот, впиваясь в нее зубами.

— Ты собираешься кончить мне на лицо, Мегера? — Спрашиваю я у нее, позволяя вибрациям моего голоса усилить ее удовольствие.

— Да. Да, черт возьми, — кричит она, когда я толкаю свои пальцы выше, сильнее потирая ее точку G.

Все ее тело дрожит надо мной, когда ее освобождение стремительно приближается.

— О боже мой, — кричит она, когда он, наконец, врезается в нее.

Ее колени подгибаются, но я принимаю ее вес, не останавливая своих движений, позволяя ей наслаждаться, выпивая все, что она мне дает.

Когда она начинает спускаться, выпуская белые облачка дыхания в воздух надо мной, я откидываюсь назад. У меня в голове только одна мысль.

Я чертовски облажался с этой девушкой.

В тот момент, когда ее глаза открываются и встречаются с моими, я точно знаю, что сорвется с ее губ.

— Трахни меня. Пожалуйста. — За этим быстро следует сильная дрожь.

Качая головой, я с сожалением выскальзываю из-под ее тела.

— Я не могу, Эм, — говорю я, ненавидя уязвимость в своем голосе.

Она поворачивается, уставившись вниз на палатку в моих брюках.

Делая шаг вперед, она протягивает руку, но я ловлю ее прежде, чем она вступает в контакт.

Ее глаза сужаются, когда она замирает, а лицо каменеет.

— Поместье Ловелл недостаточно хорошо для принца мафии, не так ли? Не будет ли трахаться со мной, то что ты опустишься еще на шаг слишком низко?

— Нет, это не…

— Или ты просто предпочел бы трахнуть одну из тех кукол Барби, которых развлекал весь вечер? Я просто немного груба с тобой, немного забавы, чтобы ты мог использовать меня для чего захочешь, а потом просто бросить?

Ее зубы начинают стучать, и она вырывает свою руку из моей хватки, хватая с земли свои пижамные штаны и ботинки и прижимая их к груди.

— Ты замерзаешь. Давай вернем тебя обратно. — Я делаю шаг вперед, готовый дотянуться до нее, но она отбрасывает меня.

— Пошел ты, Теодор. Мне не нужна твоя жалость. Твое осуждение. Блядь. Ты. Ой, — кричит она, пытаясь убежать, спотыкаясь в подлеске.

Я легко ловлю ее, прежде чем она падает на землю.

— Отвали от меня нахуй, — кричит она, вырываясь из моих объятий, но ей не сравниться с моей силой.

— Вырывайся сколько хочешь, Мегера. Я доставляю тебя обратно в твою постель.

— Ты мне не нужен, — шипит она.

— Разве это, блядь, не правда, — бормочу я себе под нос.

Ее глаза, прищурившись, смотрят на меня, вспыхивая желанием причинить мне боль.

Чтобы подойти к домику, требуется всего несколько минут, и когда я подхожу прямо к окну ее спальни, она шепчет: — Конечно.