Жена моего брата - Оле Адлер

Ошиблась. Как обычно, все решил сам Артур..

Ваня спал, а я просматривала материалы для нового заказа, когда муж поднялся в спальню и игриво начал меня отчитывать:

— Я же велел, никакой работы ночью.

— Еще не ночь, — пожала я плечами. — И я не работаю, просто листаю картинки. И твои приказам кстати не обязана подчиняться. Я не твоя собственность.

— Это уж точно, — немного грустно откликнулся муж, но ноутбук у меня забрал. — В любом случае, мой разговор важнее того, что ты делаешь.

Я нахмурилась, не в силах побороть бунтарский дух. Не люблю когда он включает власть и подчинение.

Или люблю?

Закусив губу, я решала, да или нет. А вот Артур не тратил время даром.

— Уделишь мне минуту?

Я кивнула, и муж продолжил.

— Сегодня звонил следователь. Ирину признали невменяемой и отправили на принудительное лечение. Ее мать прилетела из Лос-Анджелеса, хочет забрать ее в Америку. Адвокат советует нам не препятствовать. Нужно будет дать официальный ответ. Ты как к этому относишься?

С минуту я переваривала эти новости, а потом ответила

— Наверно, положительно. Буду только рада, если она окажется через океан от нас. До сих пор не могу избавиться от тревоги после всего. Она везде мне мерещится.

Артур присел рядом на кровать и погладил меня по колену. Меня так и подмывало броситься к нему в объятия, повалить на спину, оседлать и потребовать исполнения супружеского долга. Наверно похоть была пробочкой от тревоги.

Я вскочила с постели, как ошпаренная.

— Пойду приму душ. Спасибо за новости. Пусть они улетают. Я не против.

Стоя под душем, я пыталась успокоиться, но тщетно. Облегчение от новостей не принесло мне освобождения от страсти. Я была рада, что все кончилось, что Ирины не будет даже на нашем материке, но вот мира это моему сердцу не принесло. И я не знала, как снова обрести покой и счастье.

Артур знал.

Он вошел в душ, встал позади меня и обнял. Я вздрогнула, но не отстранилась. Прижиматься к нему казалось таким правильным, естественным.

— Я скучаю по тебе, малышка, — проговорил он, целуя мою шею и плечи.

Его ладони прошлись по спине, вдоль позвоночника, до попки. Артур сжал ее и сразу отпустил, чтобы погладить живот и выше.

— Скучаю по твоей коже, — продолжал шептать Артур, как змей-искуситель. — По соскам, которые твердеют, едва я касаюсь тебя.

Он покрутил соски, подтверждая собственные слова. Я уперлась рукой в стену, потому что ноги стали ватными и не держали толком. Его грязные разговоры и обжигающие ласки сводили меня с ума. Боже, как же я любила это. Из горла вырвался бесстыжий протяжный стон.

— Да, и по твоим стонам я тоже скучал, родная. А ты? — Артур развернул меня к себе лицом, прижал к мокрой стене. — Скажи, Лиз. Скучаешь по мне?

У меня не было сил врать. Его темные глаза смотрели прямо мне в душу. Остальное скрывать нет смысла.

— Да, скучаю. По тебе. Твоим ласкам. И поцелуям.

Запустив пальцы в волосы мужа, я привстала на цыпочки, потянулась к его рту, бессовестно прося:

— Поцелуй меня. Пожалуйста.

Артур с рычанием впился в мои губы. Его поцелуи были жадными, беспощадными, глубокими. Я едва успевала вдохнуть, пока он сладко меня целовал. Вода шумела, стекала с нас, но мы ничего не замечали. Когда мы оба начали задыхаться, Артур отпустил мой рот и проложил дорожку поцелуев по плечам, к груди. Он уделил особое внимание соскам и все время посматривал на меня, когда я вскрикивала.

Ладонь Артура коснулась меня между ног. Я вздрогнула, а он прикусил сосок, пососал его и ударил языком.

— Я тоже скучал по поцелуям, малышка. Хочу целовать тебя везде.

Я уже не понимала толком, что он говорил, вся превратилась в желание и предвкушение. Снова вздрогнула и вскрикнула, когда Артур опустился на колени, раздвинул половые губы пальцами и прижал язык к моему клитору. Он сразу стал вытворять губами и языком те же фокусы, что проворачивал с моими сосками. А когда муж чуть царапнул зубами, я окончательно потеряла связь с реальностью. Все, что мне хотелось — это еще, больше, сильнее, быстрее. Кажется, все это я просила вслух, и Артур гудел от довольства, усиливая вибрациями и без того невероятные ощущения.

Оргазм настиг меня внезапно. Я кончила сильно и ярко, хотя пыталась растянуть удовольствие. Но мое тело так устало от воздержания, что решило все за меня. Я даже захныкала от разочарования, но меня успокоил Артур. Он поднялся и взял меня под коленом, веля закинуть ногу на выступ в душевой. Я тут же послушалась, и сама стала целовать его красивые губы, на которых еще остался вкус моего возбуждения. Это было так вкусно и сексуально.

— Господи, Лиза, я с ума по тебе схожу. Хочу, детка. Хочу тебя сейчас, — загудел он мне в губы.

Я закивала, и Артур сразу стал проникать в меня. Он придерживал мои бедра и двигался сначала медленно, аккуратно, изучая новую позицию и пробуя входить под разными углами. Когда он нашел идеальный способ, то тут же усилил напор и увеличил скорость. Я вскрикивала с каждым его толчком, хваталась за шею мужа и сама старалась посылать бедра навстречу. В какой-то момент мне стало мало, и я запрыгнула на Артура. Он поймал меня, подхватил под попку, прижал спиной к стене и продолжил врезаться в безумном ритме. Мы оба потеряли голову, но обрели настоящее единение душ, тел и разума.

Кончив почти одновременно, мы глубоко дышали. Артур так и держал меня. Пришлось аккуратно освободиться, чтобы ему не было тяжело. Но едва я пересупала порог душевой, муж оказался рядом, закутал меня в полотенце и унес в кровать.

— У меня к тебе еще одно дело, — проговорил Артур после тысячи поцелуев, когда я уже начала засыпать.

— Одно? Тогда давай сам и не буди, — пошутила я.

Артур усмехнулся и сел в кровати. Я тоже приподнялась на локте. Муж протягивал мне какие-то бумаги..

— Что это? — не поняла я.

— Это документы о передаче тебе моей части акций.

— Акций?

— Да, Лиз. Моя часть это почти четверть. Вдвое больше сейчас у Вани. Они под моим контролем, но ты их можешь тоже получить. В смысле, контроль, а не акции.

Это все звучало, как фантастическая теория. Я ничего не поняла.

— Зачем, Артур? Для чего мне это?

— Ты можешь и будешь теперь жить безбедно на дивиденды. И мои родители не посмеют ничего тебе сделать, даже если мы разведемся, — объяснил муж.

У меня горло сдавило. Словно тугими ремнями кто-то душил, перекрывая кислород.

— Ты хочешь развестись? — спросила я, выдавливая слова изо рта.

— Я хочу, чтобы ты была свободна, детка. Наш брак был фикцией, и я давил на тебя, заставил, прижал к стенке. Теперь у тебя есть выбор, — продолжал спокойно и почти равнодушно растолковывать мне Артур.