Тайна Босса - Лина Мур

Когда ты знаешь, что можешь выдумать себе всё что угодно, только бы выжить, то уже не веришь ни в крики, ни в свои ощущения, ни во что. Ты просто становишься безразличной к этому и прекращаешь думать о хорошем. Ты просто лежишь в луже чужой крови. Теперь ты знаешь, что она тёплая, но быстро становится холодной. Ты знаешь, что у неё есть запах. Знаешь то многое, о чём, вообще, не стоит знать. И знаешь, что тебя предали… И от этого становится очень больно и страшно.

– Белоснежка!

Распахиваю глаза и часто моргаю.

– Лазарро, – вновь шепчу. Я словно просыпаюсь, но нахожу себя, лежащей на полу, придавленной сверху телом мужчины с тёмными волосами.

Выстрелы вновь гремят за спиной.

Он пришёл за мной.

Упираюсь ладонями в мёртвое тело и сбрасываю его с себя. Мужчина обнажён снизу. А у меня всё болит: кости, мышцы, разум. Я смотрю на свои раскинутые в стороны ноги и разорванные трусики. Мои руки трясутся. Одной я поправляю окровавленное платье. Поднимаю выше ткань на груди, но она тоже порвана. Я откладываю в сторону нож и сажусь. Быстро завязываю бретельку под грудью и затягиваю её. Моя кожа вся в крови. Полностью. Тру себя ладонями, но она не смывается. Её так много.

– Итан, найди её! Мать твою, найди её! Белоснежка!

Оборачиваюсь на крик. Мне не кажется это. Лазарро здесь. Да, он пришёл за мной, чтобы добить.

Мне больно. В груди больно. Сердце болит из-за того, что он так жестоко поступил со мной. Я пытаюсь встать, но скольжу ступнями по луже крови. Падаю. Хватаю нож и снова встаю. Скулю от боли в рёбрах.

Ползу на четвереньках до двери, а за ней вновь раздаются выстрелы. Хнычу и медленно поднимаюсь, держась за дверной косяк. Мне так больно…

Меня шатает, и комната с изуродованными скульптурами кружится перед глазами. Я сильнее сжимаю нож и иду. Мне кажется, что проходит целая вечность, пока не достигаю коридора. Меня знобит. Мне так холодно. Очень холодно. Ноги подкашиваются, но я цепляюсь испачканными в крови пальцами за косяк.

– Не смей! – Меня резко дёргают в сторону. Кто-то прижимает меня к стене.

– Эй… эй, ты как?

Шлепок по щеке не приводит в чувство. Наоборот, боль пронзает всё лицо. Я облизываю губы и ощущаю на них кровь.

– Убирай трупы! Ищи её! Ищи…

Лазарро.

Я поворачиваю голову в сторону, откуда слышу его голос.

– Нет. Идиотка, он приехал, чтобы убить тебя. Ты понимаешь меня?

Я смотрю в светлые глаза девушки. Фиолетовые пряди её волос слиплись от крови. Дёргаюсь всем телом.

– Лазарро… – из груди вырывается хрип.

Я вырываюсь из её рук и выхожу в коридор. Я просто знаю, что мне нужно идти. Всего лишь идти дальше. Я вылетаю к перилам, и мой взгляд останавливается на теле, висящем на них.

– Белоснежка, – опускаю вниз голову и вижу множество мужчин. Лазарро стоит внизу в алом свете. Вокруг него множество мёртвых тел. Двери за его спиной распахнуты. Я вижу Итана, поднявшего взгляд на меня. Он молча приоткрывает рот. Симон дёргается в мою сторону, но замирает.

– Иди сюда… не ходи к нему, – раздаётся взволнованный голос за спиной. Девушка, незнакомка, она толкает меня себе за спину и встаёт передо мной, направляя оружие прямо на Лазарро.

– Не стрелять, – приказывает Лазарро.

– Выпусти нас, Ромарис. Обеих. Выпусти…

– Она моя! – крик Лазарро ударяет по моей груди. Я выхожу из-за девушки и поднимаю дрожащие руки вверх. Нож падает на пол, и этот звук болью отдаётся в ушах.

– Не убивай… пожалуйста… не убивай, – выдавливаю из себя едва уловимый шёпот.

Лазарро опускает оружие. Он наклоняется и кладёт его на пол. Медленно иду к лестнице. Боль вынуждает меня скривиться и схватиться рукой за перила.

– Белоснежка.

Только один вздох. Я успела сделать всего один вдох, как крепкие и тёплые руки Лазарро обняли меня и прижали к своей груди.

– Чёрт возьми, Белоснежка, ты заставила меня немного поволноваться, – шепчет он, целуя меня в макушку. Я скулю. С губ срываются всхлипы. Цепляюсь пальцами за его пиджак. Поднимаю голову, вглядываясь в глаза. Он гладит моё лицо и улыбается, но потом его взгляд меняется. Он становится жёстким и острым, когда переходит на незнакомку.

– Нет… нет… прошу тебя… не убивай её, – прошу, касаясь дрожащими пальцами его скул.

– Не убивай её… она помогла мне… меня бы убили… она помогла мне… умоляю тебя… Лазарро… не убивай её, – молю, глотая слёзы и рваные всхлипы.

– Поехали домой. Симон займись девчонкой…

– Нет! Нет! Лазарро, я прошу тебя! Нет! – выкрикиваю, ударяя его по плечам. Я пытаюсь вырваться из его рук, но он ещё крепче хватает меня.

– Я не убью её, но девушку нужно отсюда забрать.

Всё стихает. Сотрясаясь всем телом, чувствую, как силы покидают меня. Лазарро подхватывает меня на руки и несёт.

Скуля, обнимаю его за шею и плачу. Горько плачу, пока он переступает через трупы, и мы оказываемся на улице. Он забирается вместе со мной в машину, ни на секунду не выпуская меня из рук, а я вою. Заглушаю рыдания, прижимаясь ртом к его коже. Я дышу им. До сих пор не верю в то, что жива. Хватаюсь пальцами за его шею, боясь, что это всё продолжение чёртова кошмара. Лазарро крепче прижимает меня к себе, а я плачу. Снова и снова. Рыдания сотрясают моё тело. Они вырываются из груди, и мне больно. Всё болит.

Я плачу очень долго. Пока голос не пропадает. Потом наступает череда сухих всхлипов.

– Итан, вся информация позже. Вряд ли сегодня стоит куда-то спешить. Пусть готовят самолёт, – отдаёт приказ Лазарро и выносит меня из машины на руках. В его объятиях так тепло, что я, кажется, ненадолго отключилась.