Любовь на спор - Марина Глебова

Два года спустя.

Кирилл

Самолет приземлился точно по расписанию. Я быстро сложил документы в папку, накинул  пиджак на руку и вместе с остальными пассажирами отправился к выходу, а потом за багажом. Впервые за почти три года  я прилетел домой. Все вокруг было таким знакомым … и одновременно чужим. Будто черно-белые снимки, снятые старым допотопным фотоаппаратом прогнали через современные программы и распечатали снова. И вроде они прежние, но уже другие.

Я дождался багаж и поставил на колеса новый черный чемодан с веселым ярлычком на ручке. И толкнув его, покатил к выходу.

Ровно половину места в этом чемодане занимали игрушки, канцелярия и детская одежда. Никитка с Настей готовились к школе, собираясь туда на следующий год. Так что чемодан был нафарширован всякой ерундой, вроде пеналов, рюкзаков и даже школьной формы. Машка долго изучала каталоги и ассортимент столичных магазинов и в итоге заказала мне целый список вещей, ворча и отмахиваясь от Егора. А дети само собой напихали еще кучу вдогонку. Кто ж откажется от оригинального пенала, который будет долго идти по почте, а дядя привезет через несколько дней?

Следующие две недели я не вылезал из дома сестры, развлекая близнецов.

Побывав в зоопарке, цирке и всех злачных местах, предназначенных для развлечения детей дошкольного возраста.

Квартиру, которую пришлось сдать в наем на эти три года, должны были освободить завтра. И все время, которое на мне не скакали неугомонные Настя с Никиткой, я убил на выбор новой мебели, обоев, посуды  и прочего. Все было уже заказано, оплачено и готово к сборке.

Я приехал надолго, и собирался обновить интерьер. В новую жизнь с новыми вещами. И с завтрашнего дня в квартире начинался ремонт. А сегодня был мой последний свободный день.

- Кир, - на кухню зашла Машка в сером трикотажном платье, поглаживая свой беременный живот,  - может отвезешь меня по магазинам? Егор не разрешает мне садиться за руль, а кушать всем хочется при этом. Она, сердито засопев, наморщила нос, и взяла из вазы с фруктами сразу три яблока.

- Потому что кое-кто постоянно спешит, как на пожар, - улыбнулся я сестре, - конечно отвезу, без вопросов, вот только кто останется с бандой пиратов?

- Мама посидит, - пожала плечами Машка, - она согласилась.

Наши родители жили недалеко от Маши с Егором, в новом доме, и всегда с удовольствием возились с внуками. И самое удивительное, что бабушка Аня была единственным человеком, которого эти сорванцы и правда слушались. Мы все, открыв рот, смотрели на мою маму, которая всегда добивалась желаемого лишь одним взглядом. И это с детьми, которые мастерски выносили мозги всем без исключения взрослым! Доводя с одинаковым рвением своими вопросами и воспитателей в детском саду, и учителей, ведущих  подготовительные занятия, и даже всех соседей.

Мама всю жизнь проработала переводчиком, так что талант педагога, нежданно - негадано проявившийся в таком возрасте стал сюрпризом для всех вокруг.

На часах была половина одиннадцатого. Я прикинул, когда вернусь обратно. Нужно было передать документы, которые я привез, в партнерскую компанию. И заодно забежать посмотреть свой новый кабинет. Через несколько дней я выходил на работу. Партнеры Антона на мнение людей, не имеющих отношения к их бизнесу, внимания не обращали. Так что я был принят в штат, еще собирая чемоданы в доме одноклассника и друга.

- Только учти, Кирилл, - уточнила сестра, помахивая у меня перед носом большим листом бумаги размером с альбомный, - у меня очень большой список, так придется потерпеть.

Я прижал к себе этого маленького колобка на ножках и, обняв, спросил: - Мась, чем занимается твой муж, что его беременная жена вынуждена добывать пропитание для большой прожорливой стаи?

- Мой муж работает, в поте лица, - нахально улыбнулась в ответ Машка, - давай, заводи свою махину, - и, залезая через минуту внутрь, добавила ворчливо:- терпеть не могу эти внедорожники, как будто в берлогу к медведю лезу…

Я рассмеялся, наблюдая за сестрой, наконец устроившейся на сидении:- Медведь тебя не выдержит, сбежит при первой возможности…

- Ветров, не беси меня, - шлепнула Машка сзади по моей макушке рукой, - поехали…

После первого же рейда я понял, почему хитрый Егор спихнул на меня сестру. Конечно же, все было обговорено заранее. И когда Машка подошла с просьбой, я уже знал, о чем она будет говорить. Егор и правда запрещал жене самостоятельно водить. У той  был приличный срок, ездила она быстро, и после седьмого месяца беременности за руль не садилась. Постоянно разъезжая на такси, либо машинах окружающих родственников и друзей. До беременности Машка вела активный образ жизни, и после менять его не стала.

Поэтому сначала мы поехали на работу, где конечно не могли обойтись без Марии Корниловой. Ага. Потом заехали в маникюрный салон, потом - в торговый центр, откуда Машка вынесла два пакета детских вещей и маленькое автомобильное кресло. Для новорожденных. Точнее, тащил все конечно я, сестра лишь тыкала пальцем. Последним пунктом списка был супермаркет. Через два дня у Егора был юбилей, и моя неугомонная сестрица, несмотря на огромный живот, собиралась сама печь торт. И переубедить эту женщину не мог никто. Ни родители. На родители мужа. Ни тем более я.

Поэтому мы все максимально разгружали  Машку, помня о беременности и о том, что спорить, а тем более запрещать что-либо конкретно ей, было  заранее провальным мероприятием.

В промежутках мы заезжали в кафе, где моя спутница непременно бежала первым делом  в туалет, а потом сметала с тарелки ровно половину еды, жалуясь, что больше не лезет. Хоть и очень хочется.

- Кир, знаешь, что самое ужасное? - спросила она, когда мы сидели за столиком, - я обожаю мороженое, которое делают именно тут, - она протянула мне вазочку с тремя шариками шоколадного пломбира,  - и не могу его доесть, физически.

- Маш, ты перевалила за половину срока, скоро будешь трескать его ведрами, - смотреть на сестру, пожиравшую глазами мороженое, было забавно.

- Ветров, - в Машкином голосе почувствовались угрожающие нотки, - ты нормальный вообще? Потом я ребенка кормить буду. Какие ведра?

Я набил рот мороженым, надеясь, что Машка отстанет. Потому что спорить с ней, тем более сейчас, было бесполезно.

- Имя выбрали уже?-  я показал глазами на выпирающий на стол живот.

- Да, несколько, - сестра смотрела на меня с выражением голодного крокодила, у которого отобрали тарелку , - не могу смотреть как ты ешь мое мороженое, пойду сбегаю перед выходом еще раз.