Куплю тебя за миллион - Айрин Лакс

— Плохая идея, поранишься… — предупреждает Бекетов, опустив ладонь на мой затылок. — Вставай! — приказывает Глеб.

Он говорит одно, но его тело точно жаждет другого. Член так сильно выпирает через белоснежные боксеры. В самом верху даже ткань намокла от выделившейся смазки.

Опускаю немного дрожащую ладонь на его стояк, обхватив крепко. Внутри собирается шторм из чувств и тёмных желаний, пьянит ещё сильнее.

Осмелев, делаю движение вверх и вниз, как он меня учил, а потом оттягиваю трусы вниз, слыша, как быстро и коротко выдыхает Бекетов. Его пальцы перебирают мои волосы, собирая их в крепкий захват на затылке.

Крупный, сильно эрегированный член оказывается прямо перед моим лицом. Тяжёлый, большой, увитый синеватыми венами. Автоматически сглатываю, побаиваясь очевидного — этой штукой насквозь проткнуть можно.

Как только он внутри меня поместился и ничего мне не повредил.

Не повредил же?!

Ну, кроме того, что моя природная скромность оказалась разбитой в пух и прах, ни следа от неё не осталось!

Иначе как объяснить, что я сама добровольно опустилась на колени и хочу взять это… в рот. Не просто хочу, но жажду!

Осторожно перехватываю член у самого основания, делаю захват более уверенным. В тот же миг ладонь мужчины несильно, но всё же подталкивает меня вперёд.

Бросаю на Бекетова быстрый, осторожный взгляд и замираю, поражённая увиденным. Его лицо было напряжено, искажено словно в момент муки, на висках выступили крупные капли пота. Хриплое, шумное мужское дыхание вырывается из его приоткрытых губ со свистом и рушится на меня жарким водопадом сверху, окончательно уничтожая последние тени сомнений.

Привычный холод в глазах Глеба уступил место жидкому, расплавленному огню.

Он так сильно хочет, что наверное, даже себе никогда в этом не сознается.

Значит, медлить точно не стоит. Я облизываю губы языком, смачивая. Глаза Бекетова начинают мерцать ещё ярче.

— Смотрю, ты опытная… Даже подсказывать не нужно, — выдаёт с искристым смехом.

Но через миг его взгляд снова темнеет и становится опасным, жёстким, давящим.

— Признавайся. Уже делала это раньше? Или нет?!

— Нет, не делала, — отвечаю дрогнувшим голосом.

В груди мгновенно холодеет от того, что Глеб во мне сомневается. Кажется, он уже спрашивал, не допускала ли я близости с Леонидом, хоть какой-нибудь близости. Но дальше жарких объятий и поцелуев Леонид никогда не заходил, я словно его совсем не интересовала, как девушка!

— Ты мне не веришь?

— Никому не верю, — обрубает Бекетов. — Даже себе. Особенно, самому себе… Сейчас, — и давит ладонью на затылок.

Горячая большая головка члена мягко, но требовательно утыкается в мои губы.

— Хотела взять в рот — бери!

— Тебе не нравится, как я это делаю?

— Мне нравится, когда в рот глубоко берут и сосут старательно!

Ох, чёрт… Кажется, Глеб не то чтобы просить не умеет, но и выпускать контроль из своих рук ни на секунду не желает. Только минуту назад он дал мне полную волю действий, а сейчас жёстко перехватил ситуацию в свои руки.

По губам разливается мужской вкус, терпкий и чуть солоноватый, но не отталкивающий, скорее пряный и незнакомый, волнующий. Бекетов держит меня за волосы жёстко, но не торопится вонзать мне в ротик глубокими толчками. Выжидает. Его член требовательно пульсирует и заражает жаром. Осмелев, я делаю крошечный шажок навстречу тому, чего хочется нам обоим.

Высунув язык, я очерчиваю круг, по спирали от самого конца члена с прозрачной, повисшей капелькой, двигаясь дальше, вбирая в рот крупную головку.

— Блять! — со свистом выдыхает Глеб, проталкиваясь чуть глубже.

Его тело пронизывает крупной, сильной дрожью. Я расслабляю рот, подталкивая член языком глубже. Думала, будет сложнее, но единственное, что причиняет неудобство — это толщина ствола, вокруг которой губы натягиваются до предела.

Однако если расслабиться, то становится проще. Вобрав его член на треть, я задерживаю, насколько хватает дыхания, и пробую пососать его, как фруктовый лёд на палочке.

Сделав несколько движений, выпускаю изо рта. Слышу разочарованный и жадный выдох Бекетова.

Придерживаю член рукой, совершаю пальцами несколько скользящих движений по напряжённому стволу.

Признаюсь, заглянув мужчине в глаза:

— Я тебя первым так близко подпускаю и хочу делать это только тебе. Но если ты не хочешь или сомневаешься во мне, то лучше…

— Только мне! — требовательно перебивает меня мужчина, крепко хватает у корней волос. — Запомни это!

— Запомнила. Можно я продолжу?