Ослепленные Тьмой - Ульяна Соболева

Никто не посмел ему перечить, никто не посмел даже взгляд на меня поднять, когда он внес меня в лагерь, ступая босиком по снегу, закутанный в шкуры и в мои волосы.

Они столпились у костров. Валласары, так не похожие на себя ранее. Теперь они больше напоминали кочевников, и мое сердце сжималось от жалости.

Дети, женщины, мужчины. Все укутаны в меха, в намотках на ногах, у нас такие носили странники, кто давно стоптали свои сапоги. Худые, явно голодные, но решительные и смелые. Стало стыдно… что я из Лассара, что я их враг, что я одна из тех, кто принес им столько страданий.

Как мне сейчас это напоминало тот день, когда он привез меня в Валлас, но не как свою жену, а как пленницу, как жалкую рабыню, на цепи. А ведь я не просто простила. Я настолько изменилась, что мне понятны любые поступки моего волка.

* * *

Рейн Даал въехал в замок триумфально и медленно, продолжая удерживать цепь одной рукой, а другую поднял, приветствуя свою армию смерти, тут же склонившую головы. Я с непониманием и неверием смотрела, как люди кричат, швыряют в воздух головные уборы, тянут к нему руки. Что тут происходит, Саанан их всех раздери? Разве они не присягнули в верности моему отцу и брату, разве они в чем-то нуждались, когда здесь правил Анис? Почему они рады видеть этого проклятого захватчика? Что происходит вокруг меня? В какой кошмарный фарс я попала?

— Дестчата тенг баас, моара вертанс, моара торианс ва торианас. Несеалга. Несеалга ланг тианда вертанс Vаллас.

— Раин. Раин. Ноар велиар. Легарнис велиар керданс. ДасДаал. Дас Даал.

Они кричали на гортанном и непонятном языке, они швыряли под ноги его коня засушенные цветы. Проклятые изменники. Цветы шаарин цветут летом. Это означало только одно — они хранили их. Они ждали, когда этот жуткий монстр в железной маске войдет в город… чтобы приветствовать его алыми цветами победы.

* * *

А сейчас, как же сильно все изменилось. Все, кроме него самого. Он все такой же устрашающий, огромный, но теперь уже мой, родной. Он отец моего ребенка, он теперь мой Повелитель и муж.

— Я привел к вам мою женщину. Она не принадлежит Лассару, не принадлежит Валласу. Она ПРИНАДЛЕЖИТ МНЕ. Она моя жена и мать моего сына. Законная жена, соединенная со мной священным первородным ритуалом соединения кровью, который раньше проводили наши предки.

И я, Рейн дас Даал, ваш велиар, ваш Владыка и Повелитель прошу от вас уважения, любви и преданности… не лассарке, не врагу. А моей велиарии, моей женщине, что для меня равно верности лично мне. Я всегда честен с вами, я всегда говорю вам правду. Она отреклась от своего рода, отказалась от своей фамилии и присягнула мне в верности. Она Одейя деса Даал. Велиара Валласа, мать наследника престола…

— А… где наследник?

— Украден, спрятан врагами, и после нашей праведной войны мы вернем его и представим вам. Кто готов склонить голову пред своей велиарой, пусть пойдет и поцелует край ее одеяния, а кто выступит против — выступит против меня и лишится головы за бунт… Либо…

Он обвел взглядом всех присутствующих.

— Я отказываюсь от престола, забираю свою женщину и ухожу в лес, а вы выбирайте себе другого велиара. Я дам вам свободу выбора и свободу воли.

— Не хотим другого велира.

— Нет.

— Не бросай нас, Рейн.

— Нет лучшего велиара, чем Рейн дас Даал.

— Мы с тобой, наш велиар. Мы твои. Наши души и сердца принадлежат тебе и твоей женщине.

Они начали подходить ко мне и целовать край моего белого платья, а затем касаться лбом моей руки, спрятанной в перчатку.

Подняла голову и посмотрела на Рейна. Какой же он величественный, сильный, храбрый. Сколько в нем благородства и чести. И как же они его любят. Сколько в их глазах восхищения, как и в моих… Неужели ради меня оставил бы трон и ушел… О, мой волк. Как же плохо я тебя знала.