Хозяин моего сердца - Ольга Райская

— Я могу продать его в любом случае: живого или труп. Хоть сейчас, но еще 52 минуты он будет привязан к столбу, и народ будет вершить справедливый суд императора!

— Тогда мы покупаем его сейчас, — спокойно осветил Скай.

Он взял из дрожащих пальцев Дианы кулон и приложил его к считывающему устройству ликерийца. Продавец ввел цену и возвестил: Старик застонал и, собрав последние силы, приподнял голову. Он посмотрел на Диану и чуть заметно кивнул. На измученном лице физика мелькнула тень благодарной улыбки, а потом сил совсем покинули его.

— Сделка состоялась! По завершению наказания можете забрать своего раба!

Как только он это произнес, возня у платформы возобновилась.

— Бей его! Смерть предателю! Воля императора! — раздались выкрики, и «вершители суда» потянулись за новыми снарядами.

Взгляд старика, всего один взгляд, брошенный на Диану, врезался ей в память. Цепкий, внимательный, удивительно ясный. Гермор Зерт не просил о помощи, он прощался, зная, что его часы на этом свете сочтены. Прощался и благодарил, искренне, от чистого сердца, всего лишь за попытку помочь, за каплю сочувствия и участия. Уходить, презираемым всеми страшно. Отчего-то Диана не верила, что человек, способный так смотреть, может совершить преступление. По сути, они с братом ничего плохого никому не сделали, а стали рабами. Если бы судьба раздавала каждому по заслугам, Ликерийская империя давно перестала бы существовать.

Звук очередного, разбившегося о колодку раба, овоща заставил Диану прервать свои размышления. Дальше она уже не думала. Девушка просто подошла к старику и закрыла его собой. Снаряды полетели с новой силой, больно ударяя и разлетаясь вонючими ошметками.

— Дура! Уйди оттуда! Покалечат же! — заорал ликериец.

— Принесите девушки ведро воды, — приказал аскед, разволновавшемуся продавцу, а сам направился к Диане.

Он вышел вперед, встав между толпой и двумя несчастными рабами. Его ленивые, неспешные движения, заставили толпу притихнуть. Небрежным жестом, аскед снял с пояса продолговатый предмет и что-то нажал на нем. Ярко-зеленые, достаточно длинные лучи показались с обоих концов цилиндра, преобразуя предмет в боевой, лазерный шест. Скай взмахнул им наподобие крыльев мельницы, отсекая от себя и рабов очередную порцию гнилых снарядов, а потом улыбнулся.

— Я не подданный Ликерии и не служу вашему императору. Зато я служу своему другу — саоргу и буду защищать его собственность. Меня огорчает, когда люди этого не понимают, — он обвел притихшую толпу внимательным взглядом. — Кто первый хочет меня огорчить?

Диана затаила дыхание, вглядываясь в раскрасневшиеся лица ликерийцев. Шли секунды, а желающих продолжить избиение старика не находилось. Скай, как неприступная стена, стоял между ней и толпой.

— Никто? — через минуту спросил аскед. — Тогда расходитесь. Продолжения дешевого зрелища не будет.

— Я все равно не смогу его отпустить раньше, чем пройдет условленное время, — сказал продавец, когда толпа изрядно поредела.

Диана, оторвав кусок от подола платья, бережно вытирала лицо старика.

— Пить… — прошептал он, пересохшими губами.

Никаких емкостей рядом не нашлось, и Диана черпала воду из ведра прямо ладонью, а потом бережно подносила ее старику. Напившись, он благодарно моргнул и снова закрыл глаза. Аскед сложил свое оружие и прикрепил к поясу. Он с кем-то беседовал на незнакомом девушке языке.

— До корабля Зерг не дотянет, я вызвал Дарга сюда. Старику нужна медицинская помощь, — пояснил для нее аскед, убрав ксоник.

Старик больше не приходил в себя. Диана потрогала его лоб, он был горячий. За что император так обошелся с ученым, которого знали даже за пределами Ликерийской империи? Этот вопрос не давал девушке покоя. И не только он. Сейчас, когда волнения немного улеглись, вынужденное бездействие отрезвило и заставило взглянуть на ситуацию под новым углом.

— Ох, — вздохнула Диана. — Шла за рабыней, а купила раба. Что скажет Тайрон?!

Это был риторический вопрос. Он не требовал ответа, но Скай все же поинтересовался:

— А что тебе сказал Тайрон, когда давал кулон?

— Велел купить все, что мне потребуется.

— Тебе потребовался Гермор Зерт. Неплохое вложение, если, конечно, старик выживет, — равнодушно отозвался аскед, словно речь шла не о живом человеке.

Диана потеряла счет времени. Она не отходила от старика, прикладывая к его пылающему лбу намоченную в воде тряпку. Вряд ли ликерийцы кардинально отличались от седнианцев. Значит, и нормальная температура тела должна была быть одинакова. Опальный ученый горел. В прямом смысле этого слова. Многие царапины и ожоги на его теле воспалились, по вискам скатывались капли дурно-пахнущего пота, а изо рта то и дело вырывалось хриплое, рваное дыхание, хотя в себя пленник так и не приходил.

Девушка вздрогнула, когда рядом с помостом опустился небольшой белый летун. Защитное поле исчезло, и на площадь неуклюже спрыгнул доктор. Его живот уже был достаточно велик, чтобы сказаться на походке аскеда. Переваливаясь, Дарг направился к помосту.

Скай направился к нему и очень бережно и осторожно помог доктору подняться на помост. Диана поразилась, с какой нежностью ее охранник обращался с беременным сородичем.

— Мы так не договаривались!!! — завопил главный экзекутор и продавец живого товара, попытавшись преградить дорогу двум аскедам.

— Саорг купил этого раба. Так? — голос Ская заледенел.

— Так… — ликериец кивнул.

— Единственным условием было — не снимать пленника со столбов до окончания срока наказания. Так?

— Так… Но…

— Твое условие не нарушено, человек!

Аскеды впились в продавца взглядами. В их и без того темных глазах сейчас клубилась мгла. Старик дернулся в колодках и застонал, заставляя Диану отвлечься.

— Виссоны… Там же люди… люди… — шептал пленник так тихо, что девушка едва различала слова.

— Потерпите еще немного. Скоро все закончится, — приговаривала она, ласково перебирая спутанные, влажные волосы ученого. Глаз он не открыл, но бред прекратился, сменившись прерывистым вздохом.

Дарк уже оказался рядом, прикладывая небольшой прибор к виску старика. Аскед внимательно всматривался в экран и… хмурился с каждой секундой все сильнее.

— Не понимаю людей, — наконец изрек он. — Вселенная создает их равными, а они самоутверждаются, отбирая свободу и жизнь у себе подобных.

— Он… — у Дианы вдруг пересохло во рту и слова давались с трудом. — Он будет жить?

Дарк приставил к шее пленного инъектор и активировал. Старик дернулся, но вздохнул уже без надрыва, словно успокоился.

— Теперь он точно протянет до корабля.

— Ааааа…. Аааа потом? — ответить Диане не успели.