Цепи. Верни мне сына - Асти Брамс

– Да, я – злодей, – проговорил он, глядя на меня исподлобья, – сумасшедший, чудовище! Я заслужил смерть, Диана. Так нажми на курок… И на этом твой плен, наконец-то, закончится!

Пистолет в моих руках буквально ходил ходуном. Глядя на Власа широко распахнутыми глазами, я мотнула головой и озвучила мысль, которая била пульсом по вискам:

– Ты… просто уверен, что я не выстрелю!

– Ты сделаешь мне большое одолжение, если выстрелишь, – заявил он тоном, от которого мурашки выступили на коже.

Взгляд коньячно-карих глаз сосредоточился на дуле пистолета, и я настороженно замерла. Склонив голову набок, бандит вдруг плавно поднял руку. Дотянулся до ствола, обхватил его пальцами и потянул на себя. Буквально заставил меня приблизиться вплотную, чтобы упереть дуло в свой лоб.

Безумец… Жуткий, ненормальный бандит!

Взмокшая от напряжения, я все еще крепко держала оружие, но уже понимала, что абсолютно потеряла контроль над ситуацией.

– Знаешь, сколько раз я думал об этом? – прозвучал низкий голос Власа. Он продолжал держать ствол пистолета и закрыл глаза. – А сколько раз меня пытались убить? Ты себе и представить не можешь… Но до сих пор никому не удавалось этого сделать. Ты оказалась ближе к цели, чем кто-либо.

Мне стало так не по себе, что я даже забыла о страхе. Если это попытка заговорить меня, ввести в заблуждение, то она была крайне рискованной!

А если он серьезно?.. Серьезно хочет этого?

– Ну же, Диана! – надавил бандит. В следующий момент он отпустил ствол и внезапно развел руки в стороны. – Ты же хочешь свободы!

Не такой ценой...

Я сглотнула, пребывая в тотальной растерянности. Липкие руки уже ныли от онемения, а взгляд лихорадочно впивался в мужское лицо. Я как будто попала в капкан, из которого не было возможности выбраться!

– Я тоже хочу освободиться. Но есть только один способ сделать это…

От этого признания, которое Влас выдохнул смиренным тоном, внутренности сжались в комок. Неожиданно для себя я взглянула на него совершенно другими глазами. Увидела истерзанную душу мужчины, рваные раны, которые кровоточили и не заживали. Вот, что скрывается порой за хладнокровием…

Слезы сорвались с ресниц и скатились по щекам. Да, эта попытка будет стоить мне очень дорого. Да, я глупая трусливая соплячка. Но я… не могу. Не могу отобрать жизнь даже ради свободы.

В вены на руках, будто свинец вкололи. Ощутив неимоверную тяжесть во всем теле, я медленно опустила пистолет и стыдливо уставилась себе под ноги. Послышался разочарованный вздох. Представляю, какое презрение отразилось на лице Власа. Но я не осмеливалась поднять глаза, в которых все размылось от слез.

Грудь содрогнулась от тихого плача. Я ощутила, как мужская рука обхватила мое запястье, слегка дернулась, но даже не подумала сопротивляться. Решила Влас хочет забрать пистолет, однако вместо этого он неожиданно притянул меня к себе и усадил бедрами на колени.

Растерянно поддавшись, я выронила пистолет на кровать. Сначала насторожилась в объятиях бандита, с которым оказалась лицом к лицу, но потом… меня прорвало.

Уткнувшись в его плечо, я зарыдала как девчонка. Так доверчиво прильнула к мужской груди, будто забыла, что нахожусь в руках врага. Похитителя, который насильно удерживал меня в своем доме, ради размытых целей!

– Т-ш-ш.

Прижимая к себе как родную, Влас ласково провел рукой по моим волосам, и я вдруг поняла, что мне катастрофически этого не хватало. Простого человеческого участия, жалости, сочувствия, понимания!.. Я даже осмелилась обнять бандита за шею, упиваясь моментом, который он мне позволил.

Господи, как же это приятно… Словно глоток воздуха, свободы.

Я выпускала накопившиеся эмоции без опаски и стеснения, поэтому мой плач быстро утихал. Оказалось нужно так мало, чтобы успокоиться. Чтобы открылось второе дыхание, и появились силы жить дальше.

Конечно, чем яснее становились мысли, тем быстрее таяла моя раскованность. Я начала неизбежно смущаться, осознавать трезво, где нахожусь и с кем. Заставила себя отцепиться от шеи Власа, на белой рубашке которого остались мокрые следы. Неловко отстранилась и встретилась с его глазами.

По щекам неожиданно разлился жар. Наши лица вновь оказались друг напротив друга, и теперь на губах ощущалось теплое дыхание, провоцирующее внутри волнение. Кроме того я сидела на коленях бандита с разведенными ногами, а его руки по-прежнему держали меня в объятиях.

Он не сказал ни слова – подчинил мою волю одним взглядом. Зарылся пальцами в волосы, и я покорно раскрыла губы навстречу поцелую. Властному, горячему и исключающему любое желание сопротивляться.

Уронив меня на постель, Влас задрал мою майку и, обхватывая ладонью обнаженную грудь, обжег ее губами. Втянул сосок, провел языком по ложбинке, а затем вновь впился в мои губы, проталкивая руку под резинку пижамных штанов. Волнуя пальцами клитор и складочки, он быстро сделал меня мокрой. В какой-то момент резко отстранился, но только для того, чтобы снять с себя рубашку.

В свете лампы, я уловила, как потемнел взгляд бандита. Не отрывая от меня глаз, он нетерпеливо расстегнул ремень, ширинку, а следом вдруг перевернул меня на живот.

Кожа покрылась мурашками… Приподнявшись на локтях, я вся задрожала от волнения и предвкушения. Влас приспустил мои штаны вместе с трусиками, зарылся в волосы на затылке и принудил меня развести ноги. Горячая головка коснулась бедра. К половым губам прилила кровь, стенки влагалища сжались, но вовсе не от настороженности. От неимоверного возбуждения.

Введя головку, бандит одним толчком вошел в меня до упора. Издав громкий стон, я уткнулась лбом в матрас и одновременно приподняла попу навстречу новому толчку. Нависая надо мной, Влас вводил член в лоно резко и учащенно. Сжимал рукой мои ягодицы, гладил спину, волновал грудь – все тело подчинялось ему.

В какой-то момент он поднял мою попу выше, принуждая встать на колени и начала вбиваться размашисто. Прижимая голову к матрасу, довел меня до оргазма почти сразу и даже не думал сбавлять темп. Бандит рычал, издавал глухие стоны, дышал сквозь зубы. Он трахал меня с какой-то жадностью, нетерпением. Долго. В разных позах доводя до оргазма и истощая удовольствием.