Соблазн - Аля Алая

Мною владеет полная растерянность и опустошение сейчас. Столь долго лелеемая мечта оказалась разбитой. Мамы больше нет.

Раньше можно было иногда поддаваться искушению и фантазировать о нашей встрече, как она видит меня, улыбается, раскрывает свои объятья и обнимает, может быть даже целует. Я до сих пор помню тепло ее рук, легкий запах сладкой выпечки, что от нее веял, голос такой плавный и успокаивающий.

Есть воспоминания, которые я хранила в своей памяти как драгоценности. Наши пикники в саду, праздники и как мы играли в настольные игры. Как я засыпала у нее на руках где-нибудь посредине сказки, как кралась утром к ней в спальню, чтобы немножко вместе полежать и поболтать.

Нам было так хорошо и потому все случившееся потом так непонятно. Мое детское сердечко было разбито вдребезги тем ее решением. Но даже через столько лет маленькая надежда во мне жила.

А сегодня умерла.

– Куда мы едем? – бросаю взгляд в окно на неизвестную дорогу. Мы уже выехали за город и шумные улицы сменили картинки полей и лесов. За своими мыслями я не уследила за тем, куда Демид меня везет.

– На дачу, это единственное, что я не продал, – его голос спокоен, а глаза не отрываются от лобового стекла.

Вообще не понимаю, зачем он это все затеял? Зачем тайком знакомился, зачем тащил в свою постель. Должен же был понимать, что я не приму его. Ничего не хочу иметь общего с этой семейкой.

– Я не хочу ни на какую дачу, – говорю с расстановкой, – отвези меня в мою съемную квартиру.

– Нет, – мышцы на его руках под рубашкой обрисовываются сильнее, когда он напрягается и сжимает руль, – я еще многое должен тебе рассказать.

– Истории вашей счастливой жизни? – горько усмехаюсь, – давай как-нибудь без меня.

– Ангел, – Демид бросил на меня усталый взгляд, – пожалуйста не делай из меня врага.

– Уже не важно, – отворачиваюсь к окну, – я хочу собрать свои вещи и улететь домой завтра же. Мне здесь больше делать нечего.

– Думаю, ты передумаешь, – раздалось глухо в ответ.

– Почему нельзя было поговорить в городе? Зачем тащить меня неизвестно куда? – прислоняюсь лбом к окну и смотрю за меняющимся зеленым пейзажем.

– Потому что я должен кое-что тебе показать, – он отвечает терпеливо, но я слышу как он заведен внутри.

– Ты же понимаешь, что между нами больше ничего не будет? Я не хочу иметь с тобой ничего общего, – цежу сквозь зубы.

– Ты говоришь это на эмоциях, Ангел.

– Демид, ты права не имел скрывать кто ты. Не знаю, о чем ты думал и на что рассчитывал..

– Вот поэтому и не говорил, – огрызается он, – давай просто доедем, пожалуйста.

– Что бы ты ни показал, это ничего не изменит, – отодвигаюсь от него подальше к окну и закрываю глаза.

Машина останавливается через некоторое время и я открываю глаза. Перед нами деревянные ворота, выкрашенные в белый, с виднеющимся за ним садом. Где-то в глубине находится дом.

Демид выходит на улицу и открывает ворота, чтобы машина могла проехать внутрь.

– Выходи, – после того, как мы заехали и ворота за нами оказались закрытыми, Демид открыл пассажирскую дверь.

– У тебя полчаса и я хочу домой, мне еще вещи собирать и заказывать билет, – отказываюсь от его руки и выхожу сама. Останавливаюсь на гравийной дорожке, что уходит вглубь сада.

– Идем, – Демид разворачивается и идет первым, показывая дорогу. Мы проходим через ухоженный сад к небольшому двухэтажному домику. Весь первый этаж имеет круговую веранду и большие окна в пол. Внутри современный классический интерьер с деревенскими мотивами.

Открыв для меня дверь, Демид входит следом в просторную гостиную и проходит в сторону кухни.

– Заварю нам кофе, – говорит он тихо и скрывается в арке, а я остаюсь на месте. Медленно прохожусь по комнате и замечаю большое количество фотографий на каминной полке. На первом плане портрет уже не молодой четы, снятый на каком-то празднике. Володя в смокинге, мама в вечернем платье. Они оба выглядят счастливыми и влюбленными. Столько лет прошло, а чувства остались. И почему на нас с отцом у нее любви не хватило?

Беру фото с полки и провожу пальчиком по ее лицу. С годами мама изменилась, добавились морщины, седина. Но глаза и улыбка все те же. Жаль, в жизни их увидеть уже не получится.

– Присаживайся, – раздалось из-за спины и кружки с тихим звуком опустились на кофейный столик, – я сейчас вернусь.

– Хорошо, – поставив фото обратно на полку, я быстро пробежалась по остальным. Фото с отдыха, детские. Демид с мамой, где ему лет двенадцать и маленькой девочкой. Рядом фото той самой девочки, но уже подросшей.

Чувствую, как на глаза опять наворачиваются слезы. Нашей с ней сходство очевидно, как и мое с мамой.

– Вика учится в Москве, – Демид осторожно прикоснулся к моему плечу и увлек меня к большому дивану, – давай ты присядешь.

– Сестра? – задохнувшись смотрю на него.

– Да, – он присел рядом со мной и взял со стола пухлую папку, – тебе нужно это посмотреть.

– Что это? – хмыкаю носом и беру в руки папку. Глаза все еще не видят от слез, поэтому вытаскиваю порядком потрёпанный платок из кармана.

– Думаю, ты все сама поймешь, – Демид нервно прочесал ладонью свои волосы и уронил руку на колени, – я рядом, Ангел. Я поддержу.

Медленно тяну за завязки и вынимаю из папки пачку документов. Кладу их себе на колени. На первой выцветшей бумажке заявление о пропаже ребенка от руки. К нему приклеено мое улыбающееся фото.

Сердце словно останавливается в один момент и я забываю как дышать. Быстро откладываю его и следом вижу официальные документы. Еще кучу заявлений, заполненных бланков, описаний и отчетов. Везде фигурирует имя моего отца как похитителя.

Это все просто нереально. Этого не может быть, просто потому что не может быть никогда. Папа бы так никогда не поступил, он хороший. Любил меня и ее. Я помню. Да, у них бывали ссоры, но у кого их нет.

Все бумаги за разные года, только чем старше я становилась, тем все меньше этих отчетов. Результаты поисков не давали никаких результатов. Было даже объявлено вознаграждение за любую достоверную информацию обо мне. Сумма в несколько десятков тысяч долларов. Но ее так никто и не получил.

– Не может быть, – отпихиваю от себя все эти бумаги и они рассыпаются по полу, – это же неправда. Папа не мог.

– Семен это сделал, – Демид неумолим, – он тебя украл и вывез в штаты, поэтому мы так и не нашли.

– Нет, – подскакиваю на ноги, – мама сама не приходила. Я же ждала ее.

– Где ждала?

– В квартире, папа снял ее, потому что они с мамой разводились и не могли больше жить вместе.