Мой Альфа - Катя Лоренц

– Отпусти её! – рычал Майкл. – Она наша теперь! Мы позаботимся о ней.

– Уверен, что она ваша? – отец улыбался. Я с криком отшвырнула очередного оборотня. И тут дорогу преградил Артём, на него не поднималась рука. Мы с ним подружились, пока я жила у отца.

– Пусти! – угрожающе прошептала. – Я не рабыня! Ты, отец, не можешь мне приказывать.

– Ты так считаешь? – отец победоносно улыбнулась. Мне это нравилось всё меньше и меньше, его глаза вспыхнули.

– На колени! – приказал мне, я чувствовала, что часть меня готова подчиниться. Меня ломало, словно во мне боролись две сущности.

– Никогда! – ответила я, голова жутко болела, по лбу бежал пот. Что за ерунда? Это отец так действует на меня?

– На колени! – с нажимом приказал он. Тело выворачивало, скручивало, словно меня прогоняли через мясорубку. Я не выдержала, опустилась на ноги, тяжело дышала, упиралась руками в пол, пыталась восстановить дыхание.

– Что это? – спросила отца. – Он подошёл, приподнял за подбородок.

– Ты же приняла крещение, ты в моей власти. А как, ты думаешь, вожак управляет стаей?

– Я не понимаю, я только добычу принесла. Как из-за этого я подчиняюсь против воли?

– Это же ритуал, считай, что ты дала клятву и не в силах ослушаться меня.

– Почему мне не объяснили это? – бросила злобный взгляд на Артёма, он опустил глаза.

– Предатель! – выплюнула. – Я думала, ты мне друг! Расскажи ты это, я бы ни за что не пошла на крещение!

– Прости, Амелия.

– Плевать! Отец, – произнесла молящимся голосом, вглядываясь во властное лицо. – Я люблю их, позволь сделать мне свой выбор?

– Амелия, почему ты мне не рассказала? – спрашивал Майкл. – Я бы нашёл выход.

– Я не считала это важным.

– Что ты хочешь со мной сделать? – обратилась к отцу. – Убьёшь меня? – безжизненно произнесла я, понимая, что так может случиться.

– Смеёшься? Я так долго ждал наследника, вряд ли у меня получится ещё раз, так что у меня большие планы на счет тебя.

– Я что, вложение какое-то? Тебя не интересуют мои желания, мысли?

– Нет, – честно ответил отец. Я выдам тебя замуж.

– Что? Я лучше сдохну! Этого не будет никогда! – пусть меня выворачивает от взгляда альфы, я лучше буду корчиться от боли, чем позволю дотронуться до себя другому.

– A-а-а! – закричал Майкл, пытаясь вырваться, дал кому-то по голове, но восстание подавили. Вальтер тоже зарядил кому-то, но безуспешно. Обливаясь слезами, смотрела на любимых, которые стояли на коленях, сломленные, не в силах противостоять.

– Господин? – спросил один из оборотней, ожидая распоряжения альфы.

– Ты дашь мне сейчас слово, что выйдешь замуж.

– И не подумаю! Ну, давай! Сверкни своим фирменным взглядом! Я перегрызу глотку любому, кто посмеет до меня дотронуться! – вот так! Выкуси, папочка! Я на коленях, но не сломлена, сдохну, но с гордо поднятой головой.

Зато умру не зря, буду знать, что такое любовь и страсть.

– Я люблю вас! – повернувшись, сказала моим мальчикам. Всё, я готова к смерти. Они зарычали, понимая, что это прощание.

– Я же сказал, что не убью тебя, – жестко произнес отец. – Ты дашь мне слово, или прямо сейчас я убью их, одного за другим, очень медленно, – ужас сковал меня, я готова к смерти, но не могу допустить, чтобы пострадал кто-то из моих мужчин.

– Нет, пожалуйста! – с надрывом говорила я, обливаясь слезами. – Обещаю, что не буду с ними видеться и буду слушаться. Не заставляй меня выходить за другого, – как быстро он сломал мою нерушимую волю. Плевать! Какая гордость?! Когда речь идёт о жизни любимых.

– Пообещай, что выйдешь замуж за Артёма.

– Что?! – Артём выглядел удивленным, ему не нравилась такая перспектива.

– У него же невеста? – пыталась найти доводы и разубедить отца.

– Ничего, я прикажу, и он бросит её. Я заметил, вы неплохо общались, и ребёнка он тебе сделает, наш род должен продолжаться.

– Ты чудовище!

– Альфе порой приходится быть жестоким. Ну, Амелия! – с нажимом сказала он. – Клянись!

Я перебирала в уме, как отговорить его, заставить изменить решение.

– Егор, давай, – приказал отец. Огромный шкаф в одно движение сломал ноги Майкла, потом Вальтера, они не кричали, стиснув зубы, терпели боль. Был крик, к ужасу поняла, что это мой.

Чертов ублюдок, а не папочка! Как я поддалась на все его ласковые речи? Ведь изначально я знала, что он такой, но Виктор сделал маму счастливой, и я всё забыла, думала, мы стали семьей.

– Нет, пожалуйста! – сердце резала боль, взгляд альфы ничто по сравнению с теми муками, что я испытывала сейчас.

Вчера я целовала каждый миллиметр их тел, сжимала сильные ноги, из которых теперь торчат кости.

– Клянись! – Виктор рычал, он ведь не привык, что ему перечат.

– Егор! Оторви им головы, – с такими повреждениями не выжить, ни одна регенерация не поможет.

– Нет, клянусь! Клянусь! Не нужно! – вот и сломали меня окончательно. Я так боялась Майкла и Вальтера, а надо было отца.

– Амелия, не смей! – сквозь зубы прорычал Вальтер, превозмогая боль.

– Позволь, я попрощаюсь с ними. Прошу.

– Хорошо, – смилостивился отец. Я подлетела, как подкошенная упала на колени перед Майклом.

– Ты не должна…

– Тсс, молчи, хочу запомнить твой поцелуй, твой вкус, впитать в кожу твой запах.

Я впилась в его губы.

«В последний раз, глаза, глядите; руки, обнимайте. Вы, губы, жизни двери, поцелуем скрепите договор с корыстной смертью!» Или как там у классика? Пью за любовь мою горький прощальный поцелуй.

Майкл издал стон раненого зверя, солёные слёзы заползали в рот, смешиваясь с ядовитым поцелуем. Прощальным. Нехотя оторвалась от него, поцеловала Вальтера с не меньшей страстью. Я живу этими мгновениями, знаю, счастья больше не будет, это последние секунды, когда я что-то чувствую. Я жадно выпивала его губами, впитывала каждое вздох, эмоцию. Меня жёстко оторвали от Вальтера, взвалив на плечо, понесли к выходу.

Мы шли по коридорам, ещё вчера здесь меня терзала масса эмоций, сейчас оглушала невыносимая боль.

Когда мы зашли в лифт, раздался волчий вой, полный боли и отчаяния, разрывая сердце на куски.

Нет, это не конец, я должна найти выход из ситуации. Есть же мама! И у неё огромное влияние на отца. В душе, как цветок в пустыне, возрождалась надежда, что не всё ещё потеряно. И у меня есть шанс на счастье.