Роковой секрет - Мэри Ройс

Сола начинает ворочаться, недовольно хмуря лоб, а я подаюсь вперед и опираюсь локтями о колени. Девочка медленно просыпается, и достаточно одного ее мягкого взгляда, чтобы мое сердце пропустило очередной удар. На долю секунды в ее глазах мелькает ничем не прикрытая радость, но я спихиваю это на действие затуманенного хлороформом сознания. Как только она осознает, что руки скованы наручниками, пространство вмиг заполняется ее паникой, а расслабленное до этого тело судорожно мечется по кровати в надежде скинуть с себя оковы.

— Думала, уедешь, не попрощавшись? — хриплю пересохшим горлом и сглатываю, ожидая, когда сквозь тягучую пелену страха мои слова пробьются в сознание девушки. Осознав их, Сола немного успокаивается и делает глубокий вдох.

— Ты? — глухо выдыхает в пустоту, и я вижу, как ее ужас медленно угасает, а вместо него приходит неприкрытая злость, вспыхивающая в зеленых глазах бесовки. Такое ощущение, что она вот-вот пронзит меня насквозь своей яростью.

— А ты ждала кого-то другого? — Сижу неподвижно, удерживая ее острый взгляд.

— Стоило догадаться, что эта клоунада твоих рук дело. — Отчаянно дергает скованными руками и нервно ведет плечами, пытаясь принять более удобную позу.

Я лениво поднимаюсь с кресла и медленно наступаю, наперед зная, что ее пульс с каждым моим шагом все быстрее отбивает ритм.

— Где я? — едва не рычит, показывая белые зубки и грозно сдвигая брови к переносице. — Лучше не подходи!

— Там, где и должна быть, Сола. В моем доме. В моей кровати.

— Я должна сидеть в самолете!

Она изворачивается и пытается пнуть меня, но я ловко перехватываю ее за лодыжку и, сев на край кровати, обездвиживаю.

— Еще одно лишнее телодвижение, и твои ноги постигнет та же участь, — киваю в сторону изголовья кровати и наручников, не отводя взгляда от ее злобно прищуренных глаз. — Я освобожу тебя при одном условии. — Нежно вырисовываю на тонкой щиколотке знак бесконечности, ловя чистый кайф от мягкости ее персиковой кожи. — Ты спокойно выслушаешь меня, а потом ляжешь спать.

— Я не останусь здесь!

— Значит, зайду позже. У меня нет желания терпеть твой стервозный характер. — С усилием поднимаюсь на ноги и решительно направляюсь к двери.

— Нет! — испуганно выпаливает она, тем самым останавливая меня. — Рафаэль, — Сола запинается, и я слегка поворачиваюсь в ее сторону, — прошу, не оставляй меня одну. — От ее фальшивого мяуканья не могу сдержать злорадной улыбки. — Я выслушаю все, что ты скажешь, только сними наручники. — Закусывает губу, маленькая зараза, наивно хлопая смоляными ресницами. Что ж, оставим жесткие меры на потом, сейчас мне интересно посмотреть, на что девочка готова, чтобы задержать меня. — Пожалуйста… рукам больно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я неспешно возвращаюсь, скалясь в довольной улыбке и, снова присев на край постели, впиваюсь в свою пленницу хищным взглядом.

Слегка наклоняюсь к ней.

— Как ты сладко поешь, куколка, когда тебе что-то надо.

Касаюсь ладонью плоского живота и ощущаю, как она вздрагивает. Медленно скольжу вверх, наслаждаясь тем, как учащается дыхание, как трепетно вздымается грудь, вызывая желание грубо смять ее в своих руках. Черт, от одной мысли об этом мои внутренности скручивает, а волна похоти бьет прямо в пах. Пальцы сами находят затвердевший сосок и невесомо очерчивают вершинку сквозь ткань платья, отчего Сола начинает дрожать.

— Хочешь проучить? — прорывается сквозь затуманенный похотью рассудок дрожащий шепот. — Наказать? Делай что хочешь, только освободи мне руки. Я лучше сдохну, чем буду лежать, как связанный кусок мяса.

— Что хочу? — Я цепляю пальцами шелковый локон, склоняюсь еще ниже и жадно вдыхаю его запах, блаженно прикрывая глаза. Говорю же, долбаный псих, повернутый на малолетней стервозине. — Сола, тебе лучше не знать, какие желания царствуют в моей темной душе.

— Единственное, что я хочу знать, так это почему я снова оказалась здесь, причем не самым цивилизованным способом! — Сдвигает брови, с силой сжимая челюсти. — Почему ты не дал нам улететь? Почему не даешь мне право на спокойную жизнь? Я ведь тебе не нужна! Зачем тогда играешь со мной?

Каждое слово отравленной стрелой впивается в меня, провоцируя зверя внутри. Чтобы не заткнуть ее рот грубым поцелуем, я закусываю нижнюю губу, искажая лицо в злобном оскале. Ощущаю, как от глубокого дыхания вздымаются мои плечи. Сола замолкает, но ее зеленые глаза сверкают, метая в меня ядовитые молнии. Она не услышит то, чего желает ее наивная душа. Никогда не услышит, и так будет лучше в первую очередь для нее.

Кручу между пальцами гладкий локон, потому что знаю: только это сейчас способно успокоить меня.

— Предупреждаю: не зли меня, девочка, — нарушаю тишину осиплым басом и, не отводя взгляда от напряженного лица, аккуратно пропускаю прядь сквозь пальцы. — Это не я затащил тебя в наш мир. И мне очень жаль, что до твоих кукольных извилин не доходит, куда ты вляпалась. Но буду весьма признателен, если ты заткнешься и прекратишь трахать мне мозг, потому что на неопределенное время тебе придется остаться здесь. Если, конечно, дорожишь своей жизнью. — Она молчит в ответ. — У тебя нет причин так злиться. Поверь, я оказываю тебе большую услугу…

— Как долго? — холодно обрывает мою речь. Смелая зараза.

— Хм, — поджимаю нижнюю губу и качаю головой, не ожидая от девочки такой решимости, — столько, сколько потребуется, topolino. — Вижу, что девчонка еле сдерживает раздражение. — Поверь, я и сам этому не рад. Видишь ли, терпеть твой склочный характер в собственном доме не входило в мои планы, — небрежно бросаю я, скользя пальцами по ее раскрытым губам, что еще больше распаляет девочку, и она отдергивает лицо в сторону.

— Так и не терпи! Сам притащил меня в свою берлогу! — рычит она, не глядя на меня. — Я тоже не планировала жить в плену заносчивого подонка с замашками маньяка!

Сола тут же прикусывает свои пухлые губки, но поздно, ее слова уже зацепили меня, и я чувствую, как мой рот искривляет циничная ухмылка. Но вместо очередной колкости я лишь шумно вздыхаю и жестко хватаю стерву за подбородок, поворачивая к себе.

— Тебе стоит научиться держать язык за зубами, мое терпение на исходе. Иначе придется по-другому заткнуть твой грязный ротик. — Оттягиваю пальцами нижнюю губу, отчего она шумно выдыхает и резко дергает головой, отстраняясь от моей руки. — Будь вежливой.