Тайна визиря Шимаса - Шахразада

Шимас готов был возненавидеть стены своего кабинета – комнаты уютной, располагающей к размышлениям не менее, чем к долгим и не всегда приятным беседам. Он понимал, что сам вызвал столь обильный поток грязи, сердясь на себя лишь за то, что обречен в нем плыть до тех самых пор, пока зло не будет покарано, и опасаясь, что это не случится еще очень долго.

– А теперь документы от стражей наших границ. Донесения мытных стражей не настораживают. Утаивается не более, чем в иные дни и иные годы. Люд не стал честнее, но просто понимает, что, получив тамгу, сможет спокойно и достойно представлять свои товары, не боясь излишних вопросов, да и дополнительных трат.

– Разумно…

Визирь лениво перелистывал донесения, чего, конечно, не стал бы делать в любой другой день. Вернее, не стал бы делать до встречи с горе-заговорщиками. Ибо стоило потянуть ему из клубка тайн только одну ниточку, как следом стало раскрываться такое воистину невообразимое количество больших и малых секретов и недомолвок, что ему уже было не просто страшно – ужас, казалось, поселился в каждом углу его кабинета, да и его души.

– О да, – проговорил начальник мытной стражи, сегодня сделавший честь визирю и самостоятельно привезший десятки и десятки донесений. – Быть может, разумно. Но мне кажется, что просто расчетливо. Хотя иногда, поверь мне, в нашей работе встречаются случаи более чем удивительные. Взять хотя бы тот, что произошел сегодня поутру прямо на моих глазах.

Визирь с интересом поднял глаза на говорившего. Увы, он, Шимас, уже не надеялся, что ему расскажут нечто просто забавное. И потому заранее приготовился выслушать не просто курьезную историю, но набор неких фактов, из которых следует непременно в дальнейшем сделать выводы, дабы разоблачить очередного негодяя.

– На рассвете до столицы дошел караван из далеких восходных стран. О, караван богатый, щедрый… Но нас таким, конечно, не удивить. Путь каравана, как и других торговых посольств, непременно проходит по дорогам сопредельной страны Аль-Баради, с которой у нас, к счастью, заключен мир. Разумные купцы и опытные караванщики платят не колеблясь – зачем товарам пылиться на складах, если можно получить за них звонкие золотые и наконец расслабиться в уюте родного дома.

Удивительный человек, о котором я веду свой рассказ, тоже платил не колеблясь. Он утверждал, что ему поручено доставить в наш город груз драгоценных хорасанских ковров.

– Отменный груз… А ковры-то хороши? Или дешевая подделка?

– Вот и мы решили посмотреть, не подделка ли это. Ковры-то оказались настоящими, благородного шелка. Но они вовсе не были главным грузом… Ибо в них этот безумец завернул мешочки с золотыми монетами…

– Он вез на продажу золотые монеты? – Визирь подумал, что разум его покидает.

Начальник мытной стражи усмехнулся.

– О нет, конечно, золото он вез вовсе не на продажу. Когда нашим глазам предстало такое удивительное зрелище, мы, конечно, решили посмотреть, каким еще грузом отягощен наш незадачливый купец. И оказалось, что главный груз вез он в переметной суме – то были, о визирь, письма с расчетами.

– Прости, уважаемый, какие письма с расчетами?

– Очень простыми. Некий ростовщик по имени Абульраза…

– Прости, почтенный, ты сказал – ростовщик по имени Абульраза?!

– Ты не ослышался, достойнейший и мудрейший. Правоверный, который не боится запретов и не следует шариату… Да, ростовщик по имени Абульраза составил несколько писем, в которых подробно описывал, сколько процентов причитается каждому, кто у него поместил деньги в рост, за истекший месяц.

– Забавно. Но вовсе не наказуемо… Хорошо хоть наши сограждане не грешат тем, что занимаются ростовщичеством…

– Увы, мудрейший, но столько золота… Не просто много – очень много… Столько, что, похоже, в рост помещена не горсть золотых, а казна небольшой страны…

– Казна, говоришь… Не мог бы ты послать за этими более чем интересными письмами, достойнейший? Мне что-то пришла охота почитать их…

– Мудрейший, я знал, что тебе будет это более чем интересно. И потому захватил эти удивительные документы с собой.

– А глупец посыльный? Его ты отпустил?

Начальник стражи посмотрел на визиря насмешливо.

– Прости, умнейший, но твой юный возраст иногда подводит тебя… Как же я могу отпустить нарушителя границ, человека, который попирает законы? Конечно, он сидит в помещении для арестантов. И ждет моего возвращения… О, самым легким наказанием для него станет высылка из страны, высылка навсегда.

Шимас покачал головой.

– Не думаю, что мы должны щадить преступников. Покажи мне письма, а потом мы с тобой еще раз вернемся к этой увлекательной теме.

Визирь углубился в чтение. Все письма начинались одинаково: «Любимый племянник! С радостью сообщаю тебе, что тетушка пребывает в добром здравии, что лекарство, которое ты прислал, ей замечательно помогло, и теперь она в силах уже сама гулять по саду. Что же касается предмета, о котором ты просил меня узнать, то…»

Далее письма тоже, казалось, были более чем невинными и одинаковыми. Речь шла о гарнцах зерна и киратах пряностей. Но только полный безумец не прочитал бы, что на самом деле некий добрый «дядюшка» педантично, до последнего фельса, сообщает о величине процентов, начисленных за истекший месяц.

Шимас пробежал глазами сначала один листок – одно письмо, потом второй…

– Да, почтеннейший, презабавно. Этот воистину наглый наглец не боится даже подписываться собственным именем…

– О мудрейший, у меня есть сомнения в том, что имя этого нечестивца – подлинное. Хотя сейчас важно не это, а имена тех, кому эти письма адресованы…

Увы, Шимас от гнева не обратил внимания на самое важное. И он подосадовал, что служака чуть ли не пальцем тычет в верхние строки писем, которые для мытной службы, да и для службы пошлин и сборов, представляют самый большой интерес.