Кровь и любовь - Анна Ривн

— Отпусти мои руки — и под мой затуманенный страстью взгляд, медленно облизал свои губы. Ууу змей — искуситель.

— Больше не сбежишь? — хрипло прошептала в ответ.

— Даже и не надейся — рыкнул мне Дар и освободившимися руками, обхватив мою попку, впился мне в губы.

Меня наглым образом перевернули на спину и подмяли под себя. Но как? Он же был слаб как новорожденный котенок? С удивлением всмотрелась ему в глаза и чуть не дала деру подальше от него. Его зрачки были красными. Почему красных если они должны быть желтыми?

Заметив мое удивление, Дариан обольстительно улыбнулся и хитро подмигнул.

— Когда ты попыталась меня напоить человеческой кровью, твой Зверь обратился ко мне мысленно и спросил: «Хочу ли я быть с тобой?» На что я ответил: «Что ничего не хочу так сильно в жизни, как быть с тобой рядом». И когда мы целовались, то я прокусил тебе губу. Твоя кровь смешалась с моей. Теперь я знаю все про то, кем ты являешься и откуда пришли Древнии. Но не это главное малыш, а знаешь что? — он склонился к моему ошарашенному лицу и лукаво заглянул мне глаза.

— Неет, а что? — все инстинкты стали кричать «Беги!!!».

— А это значит, что я стал сильней тебя, я ТВОЙ Альфа, как и Бай. И теперь даже если ты попытаешься от нас убежать, мы тебя найдем и…

— И залюбим…досмерти- продолжил подошедший к нам Бай, при этом скидывая на землю остатки своей грязной и порванной одежды. Слава Богам его штаны были целы.

Мое сердце бешено забилось от предвкушения и страха. И не дав мне ничего предпринять Дариан впился мне в губы, в то время, как Байлок взяв мою руку, впился зубами мне в кисть. Сделав несколько глотков и зализав мне ранку, он, рыкнув на Дариана прорычав:

— Дай и мне закрепить союз с нашей супругой брат, — и, не дав мне опомниться, страстно поцеловал меня и прижал к себе.

«Он сказал супругой??? И когда это я успела на это согласиться???». Но мой вопрос так и завис у меня в голове, потому что груди коснулось горячее дыхание Дариана, а его губы сомкнулись на моем возбужденном соске…

«Надо это срочно прекращать» — быстро пронеслось в голове. Тело пылало, как в лихорадке. Голова шла кругом, а внизу, между ног, стало так влажно и горячо, что я испытывала стыд и томление одновременно. Два сильных Альфы-самца, буквально вылизывали каждый миллиметр моей разгоряченной плоти, временами нежно прикусывая кожу и губы. Никогда в жизни мне не было так хорошо и уютно. Но что-то мне мешало расслабиться, какая-то навязчивая мысль. И я вспомнила…ОТЕЦ!!!

Резко вырвавшись из объятий этих похотливых мужчин, я осмотрела поляну, в попытке найти отца. Но его нигде не было видно.

— Где отец? — спросила я у Байлока и слегка отошла от него на пару шагов.

Сейчас осознав, что меня наглым образом оставили одну с двумя взрослыми и до предела возбужденными мужчинами, мне стало страшно. Вот не так я себе представляла первый раз. Да еще на сырой, холодной, пропитанной кровью, земле. Видимо осознали это и братья, так как виновато опустили головы и стали нервно перебирать свои волосы, пытаясь, чем-нибудь занять свои трясущиеся руки.

— После того, как охотники вырвали сердце Дара и исчезли, Аскет сражался со мной бок обок, с оставшимися людьми. Охотники, поняв в чью сторону, идет перевес, стали отступать. Твой отец обернулся ко мне и сказал, чтобы я оставался с тобой и братом, а сам отправился за ними. — ответил хрипло Бай, от голоса которого кровь жидкой лавой снова побежала по венам и толчками опустилась между ног. Стоя напротив них, ощутила, как по внутренней стороне бедер, что-то медленно побежало вниз, я интуитивно попыталась свести ноги.

— Нет, я больше так не могу. — зарычал Дариан и стал наступать на меня. От страха попятилась назад и уперлась бедрами в ствол небольшого дерева. Но мне не позволили обойти его и скрыться от сверкающих в ночи красных глаз близнецов. Замерев вдвоем напротив меня, они шумно вдыхали и выдыхали воздух, в котором тяжелым и вязким туманом висело дикое возбуждение.

— Малыш не бойся нас, просто пойми…очень тяжело совладать с таким сильным желанием, которое мы с Байлоком испытываем к тебе. Это так сладко и одновременно чуждо, что мы держим себя из последних сил, чтобы не сорваться и не сделать тебя своей. — тяжело шептал мне в губы Дар, прижимая меня к стволу дерева, при этом закинув мои ноги себе на бедра. В таком положении я чувствовала его твердую плоть, которая терлась об мои не менее возбужденные и влажные складочки.

Я не знала, что такое быть с мужчиной, как и не знала мужской ласки. И от незнания сего факта, мне было немного страшно. Но под такой голодный и наполненный страстью взгляд, хотелось сбросить оковы страха и стыда. Раствориться в их нежности и заботе. Найти хоть маленький, но свой островок мира и счастья. Я так устала быть одной. Хотелось быть кому-то нужной, полезной и…любимой. Мне хотелось довериться, вырвать из груди часть той щемящей души пустоты и сбросить тяжелый камень боли с сердца. Да я действительно простила Байлока, не могла иначе. Просто чувствовала сердцем, что так надо и верила в это.

Дариан толкнулся мне в промежность, отчего я застонала и вцепилась ему в волосы на затылке. На что он судорожно вздохнул и, простонав, спросил:

— Чего ты хочешь малыш?

— Для начала вернуть тебе сердце… — выдохнула я ему в губы и повернула голову в сторону Байлока. — Ты поможешь мне? — спросила я у него и вскрикнула, так как Дариан прикусив мне шею и намотав волосы на свою руку, потянул вниз..

— Конечно сладкая. Я бы не за что не отпустил бы тебя одну, — ответил Байлок на мой вопрос и нежно поцеловал в губы.

— Ммм, вкусная, страстная, нежная. Моя, — горячо шептал мне Дар на ухо и покрывал шею и верх груди легкими поцелуями.

— Ррр, — зарычал на него Бай.

— Наша, — тут же исправился Дар и довольно хмыкнул.

А мне стало так хорошо и приятно. И смотря в ночное звездное небо, по которому плыли тяжелые черные облака, я улыбалась.

Ууу собственники. Уу хитрицы. Уу волки лохматые…зато мои…оба..

— Надо идти, время уходит, у нас меньше суток…и если мы не успеем… — я так и не успела договорить, как мои губы накрыли горячие губы Дариана.

— Мы успеем сладкая, не волнуйся, все будет хорошо — пытался меня успокоил Байлок, при этом гладя мое оголенное бедро, слегка царапая кожу, выступившими на пальцах когтями. По телу прошла волнующая и сладкая дрожь.

Но все хорошее, имеет свойство, когда-нибудь заканчиваться и, опустив меня на землю, Дариан с огромным трудом, не отведя от меня горящего взгляда, отошел в сторону, следом за ним, с тяжелым вздохом, отодвинулся и Байлок. В их глазах была такая боль и тоска, как будто они лишились источника света и тепла.

От их несчастного вида у меня защемило сердце, и, не сказав больше ни слова, побежала через поляну, в ту сторону, куда ушли люди с сердцем Дара. Ветки хлыстали по разгоряченным щекам, приводя в порядок тревожные мысли. По бокам от меня бежали близнецы, постоянно следя за тем, чтобы я не ушиблась и не поранилась. Стало безумно приятно за их заботу, но тут в моей голове что-то щелкнуло и я зарычала: