Don Diablo - Катя Лоренц

— Тетя, — обнимаю Диего за бицепс и целую. — Это мой Диего.

— Доброе утро, Софья, — здоровается он. Смотрю удивлённо на него.

— Ты выучил мой язык?

— Да. Ты же говоришь на испанском. К тому же, я теперь понимаю почти все слова. И больше у тебя не получиться материть меня на незнакомом языке.

— Ты меня недооцениваешь! Понадобиться я и японский мат выучу! — Диего рассмеялся. А голос и улыбка у него прежние.

— Диего? — переспрашивает тетя. — Тот самый отец нашего Энрике? — я быстро киваю, не могу сдержать счастливую улыбку.

— Так что мы стоим? Нужно покормить человека с дороги. И Яра! Ты же его всего в земле перепачкала!

— Прости, — снимаю резиновою перчатку с руки и отряхиваю футболку. — Ты же ещё дом не видел! — тащу его за руку. Охранник смотрит на нас.

— Это хозяин дома, — поясняю я.

— Яра. Ты же хозяйка. Я для тебе купил дом.

— Ну уж нет! В доме должен быть хозяином мужчина. А мы с тетей за уют отвечаем, — иду, походкой утки, немного стесняюсь. Вдруг не понравлюсь Диего в виде колобка. Он то ехал к стройной фигуристкой девушке, а тут такой смешарик выкатывается.

В доме мельком выхватываю свое отражение в зеркале. Боже! А что у меня на голове! И сарафан весь в пятнах!

— Тетя, покорми Диего! Я сейчас!

Убежала в комнату на первом этаже. Я так и не смогла занять ту спальню, которую он выбрал. Скинула сарафан в ванной, набрала в руки воды. Когда распрямилась Диего уже стоял за моей спиной. Я прикрыла грудь руками, чувствуя себя смущенной.

— Не смотри на меня!

— Почему? — он обнимает меня со спины, целует в плечо в его глазах пламя преисподней. Обжигает, развращает. Мне в попу упирается твердый член.

— Потому что. Я не хочу чтобы ты видел меня такой. У меня на боках растяжки, а грудь так увеличилась, что вены видно. И я похожа на шар для боулинга.

— Ты прекрасна, моя Миледи, — совершенно искренне ответил он, поглаживая уснувшего малыша. Откидываю голову назад, опускаю руки, позволяю его умелым пальцам играть с чувствительными сосками. Это так хорошо. Позабытое пламя вожделения охватывает меня с невиданной силой. Завожу руку назад, ворошу непослушные отросшие волосы. Они все такие же на ощупь. Диего целует меня в шею.

— Я до жути тебя хочу.

— Я тоже, маленькая. Но я потерплю. Не хочу навредить малышу. Терпел же как-то восемь месяцев.

— Если осторожно то можно. Мне гинеколог говорил. — Его глаза опасно вспыхивают, а дыхание учащается.

— И у тебя правда никого не было?

— Нет. Были. Левая и правая рука. Если посмотришь, они все в мозолях, — рассмеялась. Повернулась к нему лицом, провела по незнакомым чертам.

— Нравится?

— Не знаю. Не привычно.

Я заканчиваю приводить себя в порядок, переодеваюсь в очередной сарафан. Тётя Софа накрыла на стол и ушла сажать цветы. Я сидела на диване, поглаживая живот, смотрела как он уплетает за обе щеки и не верила, что это не сон. Он жив. Я, конечно, надеялась, но с каждым днём вера в то, что он какими-то чудом выжил, таяла на глазах. Сколько бессонных ночей, слез о том, что хожу на обследование одна, с завистью смотрю на парочки, на заботливых мужчин.

— Яра, — он подошёл ко мне, стёр слезы.

— Ну ты чего? — я истерично всхлипнула.

— Я не верю, что ты со мной, — он погладил живот и поцеловал. От него исходило тепло, окутывало меня коконом. Я начинала клевать носом.

— Прости, — с усилием разлепила глаза. — Я так часто спать хочу. Как маленький ребенок. У меня даже тихий час каждый день. И сейчас он подошёл.

Диего подхватил меня на руки и понес в спальню, уложил на свою грудь. Я залезла ладошкой под футболку, погладила рельефный живот.

— Расскажи, что случилось?

— Прямо сейчас?

— Да. Я хочу знать. Я видела видео, где взорвалась машина. И в новостях рассказывали. Это монтаж был?

— Нет. Так и было. Мы с Кортесом сели в машину. Он в последний момент заметил, что в нас стреляют. Мы выпрыгнули на ходу, но нас задело пламя. Он был ранен. Перетащил меня в машину охраны. Я это ничего не помню. Был без сознания. Очнулся, лицо перебинтованное. Встать не могу. Ног не чувствую. Мне сделали не одну пластическую операцию.

— Почему не сообщил мне? Я тут с ума сходила!