Куплю тебя за миллион - Айрин Лакс

— Да-а-а-а… — соглашаюсь с восторгом.

— Почему?

Глупый вопрос.

Завёл девушку, подвёл к обрыву и бросил руль управления ситуацией… Кто же так делает?!

— Ты мне нравишься, — облизываю губы. Выдыхаю рвано. — Хочу, чтобы ты меня поцеловал.

Я едва не растекаюсь клубничным сиропом, когда губы Бекетова медленно приближаются к моим.

Наконец он прижимается ко мне губами.

Осторожно, трепетно, мягко.

— Так? — спрашивает.

Издевается, Мастер пыток!

— Не так!

— Скажи как.

— Сам знаешь! — краснею и требую капризно. — С язычком хочу.

— Сучечка мелкая. С язычком, значит!

Губы Бекетова налетают на мои штормом. Его язык уверенно врывается ко мне в рот.

Чувствительность обостряется до предела. Мои нервные окончания просто сгорают без следа и всякого стыда.

Я приподнимаю ноги, обхватив Бекетова за поясницу. Сгребаю ткань его рубашки пальцами и льну всем телом.

Какой-то неконтролируемый, животный порыв…

— Ещё, — стону ему в рот.

Поцелуй ускоряется, углубляется. Превращается в грубое сношение. Он…

Ох…

Впервые понимаю смысл выражения «трахать рот языком».

Потому что да… именно так!

Быстро. Жадно. Грубо…

Ещё глубже!

Бекетов умело и жестко сжимает возбуждённую плоть, а через миг два мужских пальца уверенно вторгаются в истекающее соком лоно, я испытываю…

Наверное, это оргазм.

Но я чувствую бурю. Одновременное удовольствие и бессилие.

Телу хорошо, но я его не ощущаю. Только волны и сжатия, бурление крови.

Пожар в каждой клеточке тела.

Это прекрасно. Так прекрасно и хорошо, что почти больно, и начинает давить на грудь…

— А-а-ах… — выдаю с затухающим стоном.

Пытаюсь унять сердце и дыхание.

Но в груди упорно и гулко, часто стучит.

Не унимается. Напротив, ещё быстрее начинает биться. Я делаю вдох и издаю стон боли — в грудь как будто вонзаются шипы.

— Больно, — шепчу.

— Ты что-то пила?!

Уколы боли не прекращаются, но одновременно накатывает отупение, теплом сжигает чувства и мысли.

Хочется спать. Даже боль можно потерпеть. Если дышать часто и неглубоко.

— Марианна, ты пила?!

Тон голоса Бекетова снова резок и холоден.

Я пьяно и счастливо улыбаюсь, прикрываю глаза. Меня резко начинает вырубать.

— Глаза открой!

Хлопок по щеке.

Резкий. Обжигающий.

Боже, он ещё и девушек бьёт!

Хам. Грубиян.

Почему он мне так безумно нравится?!

— Тебе что-то кололи? Таблетки давали?! Ты пила хоть что-то?!

Голос Бекетова доносится до меня как сквозь сон.

— Марианна, блядь! — тормошит меня, как куклу. — Говори!

— Лимона-а-а-ад. Такой вкусный. Ты тоже… выпей, — шепчу слабым голосом, понимая, что мне не то что говорить, но даже дышать становится трудно.

Почти невозможно.

— Не отключайся. Не отключайся!..