Понравиться леди - Сьюзен Джонсон

Но эта постыдная любовь не только невозможна, она опасна. И если даже забыть о положении, в которое попал Робби, он все равно был слишком молод для того, чтобы любить ее.

— Вот ты где! — проскрипел старческий голос.

По лестнице поднималась леди Эрскин. Ее худое лицо раскраснелось от непомерных усилий.

— Аргайлл… спрашивал… о тебе… — сказала престарелая матрона, прижимая руку кгруди. — Мне… казалось… что у тебя… хватит ума… не оставлять гостей… Ты ничего не понимаешь в правилах… приличия.

Роксана часто гадала, каким чудом сохраняется жизнь в этом иссохшем теле. Должно быть, кипящая желчь не дает ему угаснуть.

— Я хотела немного побыть одна.

— Будь любезна, не забывай, в чем заключается твой долг. — Голос вдовствующей графини Килмарнок обжигал кислотой. — Сын Килмарнока нуждается в покровительстве… которое могут дать и Куинсберри, и Аргайлл.

— Я прекрасно это знаю, Агнес. А если бы и не знала, ваши постоянные напоминания уже сидят у меня в печенках.

— Говорила я Килмарноку, какую ужасную ошибку он совершает, женясь на тебе! Но он и слушать ничего не хотел, — проскрипела графиня, не стеснявшаяся в выражениях, когда речь шла о женитьбе сына. — Но теперь ты исполнишь долг по отношению к Эрскинам и моему внуку, иначе я позабочусь о том, чтобы Ангуса отняли у тебя и воспитывали в богобоязненном доме.

— Полагаю, вам не мешало бы вспомнить об условии моего брачного контракта, запрещающем подобные действия, — невозмутимо парировала Роксана.

Она блефовала, и прекрасно это понимала: Эрскины обладали достаточным влиянием при дворе, так что исход любого судебного процесса был в лучшем случае неясен.

— Не думаю, что ты захочешь проверить законность этого клочка бумаги, — язвительно фыркнула старая дама. — А теперь заруби себе на носу: Аргайлл любит женщин покорных и смирных.

— То есть? — уточнила Роксана, едва сдерживая ярость.

— Это значит, что я ожидаю от тебя смирения и покорности, моя спесивая невестка. — Голос вдовы был холоднее льда. — Терпения и покорности во всем, что потребуется.

Роксане вдруг пришла в голову страшная мысль: как легко было бы сейчас столкнуть ее с лестницы! Но мгновенный порыв тотчас был подавлен строгими моральными принципами, которые вбивались в нее всю жизнь. И все-таки, черт побери, соблазн был велик. Интересно было бы посмотреть, как этот мешок с костями рассыплется в пыль!

— Я буду вежлива с Аргайллом. Но мой долг по отношению к Эрскинам на этом исчерпан. Надеюсь, мы обе согласны в определении того, что есть светская учтивость. А если вам это не нравится, буду счастлива сообщить молодому герцогу, что вы на старости лет занялись сводничеством.

— Предлагаю вести себя осторожнее, леди. И поверь, сводничество в той или иной форме процветает во многих аристократических семьях. Я не спущу с тебя глаз, дабы убедиться, что ты прилично ведешь себя с новым королевским комиссаром.

Ей поставлен очередной мат.

Роксана подавила горький вздох. Она постоянно терпит поражение с тех пор, как свекровь обнаружила письмо Робби. Но она не доставит ей удовольствия считать, будто проиграла спор.

— Я подумаю, — небрежно обронила Роксана, спускаясь вниз. — Но на вашем месте я бы не стала испытывать свою удачу. Когда женщина вашего возраста падает с лестницы, кто знает, что она может себе сломать.

Она со злобным удовлетворением заметила, как старая ведьма обеими руками вцепилась в перила. Однако Роксане не пришлось долго наслаждаться своей крошечной победой. Едва успев войти в гостиную, она оказалась лицом к лицу с герцогом Аргайллом, рядом тут же очутилась улыбающаяся свекровь.

— Герцог рассказывал, что твой брат Колтер верно служил ему в Голландии. Из него вышел прекрасный адъютант! — Вдовствующая графиня с теплой улыбкой легонько похлопала веером по руке герцога и снова обратилась к Роксане: — Уверена, ты просто засыплешь его вопросами о Колтере. Килмарнок говорил мне, как вы любите друг друга, дорогая. — Взгляд ее скользнул мимо невестки. — О, я вижу, мне машет леди Фрэнсис. Прошу прощения, Аргайлл, мне нужно уйти. Но я уверена, что Роксана сумеет развлечь вас в мое отсутствие.

Когда герцог склонился над рукой Агнес, та бросила на невестку злорадный взгляд.

— Она не слишком тактична, — заметила Роксана после ухода свекрови. — А с Колтером мы рассорились, как только он встал под знамена Мальборо.

— Вы не только патриотка, но и красавица, — пробормотал Джон Кэмпбелл, герцог Аргайлл, хищно оглядывая Роксану. — Вас не привлекает двор королевы?

— Я не нуждаюсь в ее деньгах.

— Искренний ответ. — Он широко улыбнулся. — И острый. Мне следовало бы оскорбиться.

— Пожалуйста, оскорбитесь и освободите меня от интриг свекрови.

— Но тогда и моим планам придет конец!

— А ваша жена не возражает? — весело осведомилась Роксана.

— Я не подумал спросить ее об этом.

— Ясно…

Последовала небольшая пауза, в продолжение которой молодой герцог нескрываемо любовался Роксаной. Вблизи ее царственная красота сияла еще ярче.

— Стоит ли мне спросить вас без обиняков? — промолвил он.

— Я предпочла бы, чтобы вы помолчали.

— А все же?

— В таком случае вы вынудите меня лгать и уклоняться.

Он улыбнулся. Став бригадным генералом в двадцать пять лет, Аргайлл лучше остальных понимал смысл тактических приемов.

— Парламентская сессия будет продолжаться почти все лето. Хотите отправиться в Лондон?

— Только с друзьями.

— В таком случае мы должны стать друзьями, — сердечно заметил он. — Я слышал, Эрскины мечтают получить для внука английское графство.

— А я послужу для этого средством? — сардонически усмехнулась Роксана.

Аргайлл пожал плечами:

— Знаете, в качестве комиссара я имею… почти неограниченную власть во многих областях, включая и получение английского титула.

Роксана отметила, что его улыбка была теплой и искренней.

— Уверен, что мы сможем прийти к какому-то соглашению, — продолжал герцог.

— Видите ли, я предпочитаю держаться на возможно большем расстоянии от всего семейства Эрскин.

— Не хотите графского титула для своего сына?

— Нет, если для этого мне придется заплатить своей независимостью.

— Я мог бы легко избавить вас от общества Агнес, — сочувственно пообещал герцог. — Хотите, я отошлю ее в деревню?

— Ваше всемогущество поражает меня милорд, — ответила Роксана, едва заметно улыбнувшись. — Королева поистине великодушна.