Проданная зверю - Анна Владимирова

Слышала, как он причитает в кухне и грохочет ящиками в поисках аптечки, стоя у дверей. Страшно было сделать шаг и посмотреть на себя в зеркало, и я таращилась на раковину, вырезанную из камня в форме чаши… Красивая. Мы с Банни чуть ли не из-за нее эту квартиру и сняли. Могли себе позволить… Пахали сутками, как проклятые, в нескольких модельных агентствах, но могли жить в квартире с такой раковиной.

Но черт меня занес в эту больницу!

Я сделала вдох и шагнула к зеркалу. На шее красовалась красно-синяя гематома от укуса — с одной стороны, и следы царапин от когтей — с другой. Затылок расцарапан, капли крови запеклись вдоль позвоночника. Я смотрела на себя в зеркало, часто моргая. Волосы всклокочены так, будто снова участвовала в показе полоумного дизайнера, после которого еще год не могла их отрастить. Глаза красные, кожа в свете лампы чуть ли не зеленоватая…

От горячей воды раны защипало, обозначая еще несколько на бедрах, которые сразу не заметила. Я стояла под душем, борясь с накатившей усталостью и отсутствием желания схватить мочалку и растереть кожу хорошенько, чтобы смыть с себя ощущения от того, что произошло… Шелест воды, упругий стук капель по коже, болезненно набухшие соски… его руки везде…

В паху резануло так, что я вскрикнула и открыла глаза. Уговаривать себя помыться больше не было нужды — я взялась за это активно и с пристрастием. Когда этот чертов яд выйдет из крови?! Бред! Этот урод меня трахнул против воли, а я… А что я? Убиваться? Не дождется. Случилось — надо разгребать последствия. Повезло, что осталась жива.

Только уговоры помогали плохо, и даже вымытая и мокрая я слышала этот запах… Теперь к нему примешивалось что-то горькое…

— Ты слышишь от меня странный запах? — ворвалась я в кухню голышом мокрая, заставая ошалевшего Банни сидящим на барном стуле с подобранными ногами. Он посмотрел на меня таким взглядом, будто я выжила из ума.

— Что, мать твою, случилось? — процедил, недобро сверкая глазами.

— Меня трахнул зверь, — выдала я равнодушно и замоталась полотенцем, которое сжимала в руках.

— Зверь?! — еще больше ошалел он. — Где тебя носило?! В зоопарке?!

— В больнице! Я отрабатываю триста часов общественных работ за то, что защитила твою задницу!

— Мне до конца жизни не расплатиться, — пробубнил он. — И какой зверь, ты считаешь, тебя трахнул?

— Ты что… мне не веришь?! — я ткнула ему в физиономию плечом, от которого начиналась отметина. — Ты думаешь, это что?

— Я не хочу думать! — подпрыгнул он со стула. — Я хочу, чтобы ты вменяемо объяснила!