Тысяча и одна ночь - Соммер Марсден

— Да, мы обе были голыми, — спокойно ответила Элоиза, заметив свое отражение в зеркале. — Две женщины — одна темная, одна светлая.

Ее груди выступали впереди ее стройного тела, колеблясь от быстрого сердцебиения, полные и еще более раздувшиеся от возбуждения, вызванного ее словами и расцветающим восхищением мальчиков.

Она начала поглаживать и мять их, сначала мягко, а затем более резко. Когда началась ее небольшая развлекательная программа, Рик и Фредди почти не дышали. Два красивых мальчика, наблюдающих за нею, их тела, твердые от ожидания, возбуждали ее до крайней степени. Они собирались смотреть, а она собиралась заставить их передраться за нее. Ей было неважно, кто из них трахнет ее, но она знала, что хочет ощутить молодой, твердый пенис, быстро, очень быстро погружающийся в нее.

— Она заставила вас кончить, Элоиза? — спросил Фредди. Его голос звучал на несколько октав ниже, чем обычно, так, как будто он был очень далеко. — Она заставила вас кончить от своих пальцев? Это то, что женщины делают друг другу?

Рик издал низкий смех, поощряя смелость своего друга.

— Да, теперь я знаю, что женщины делают друг другу, потому что мои пальцы были в ней, и я тоже заставила ее кончить, — ответила Элоиза, щелкая по соскам большими пальцами. Из ее горла рвался стон. — И я готова кончить снова.

— Пожалуйста, Элоиза, позвольте мне. Вы так великолепны… — предложил Фредди, разрывая воротник рубашки и проводя рукой по мокрым от пота завиткам волос. — Я взорвусь, если не сделаю что-нибудь!

Сильный порыв страсти пронесся внутри нее, когда мальчики взвинчивали и подбадривали друг друга, все время наблюдая за нею. Вокруг них витали звуки джазовой музыки. Она ласкала грудь все более неистово, волосы за ее спиной колебались. Это напомнило ей о Мими, о том, как она гладила ее волосы. Элоиза назвала бы это преображением гадкого утенка. Если бы только Мими могла видеть ее теперь!

— Вы становитесь тверже, когда смотрите на меня, верно, мальчики? — От ее влагалища исходил жар. Что бы сделала Мими?

— Господи! — простонал Фредди, резко падая назад на ковер. — Это похоже на самый лучший влажный сон!

Вид красивого темного мальчика, откинувшегося на ковре, его белокурого друга, расстегивающего молнию ширинки, чтобы добраться до своего раздутого пениса, — для нее это было уже слишком. Элоиза развела колени по обе стороны от Фредди и сжала его.

— О, черт, о, черт! — Фредди потерял дар речи. Он потянулся и обхватил ее груди, сжал их вместе и начал сосать ее соски, как нетерпеливый щенок. Она шипела от удовольствия и выгибала спину, прижимаясь к нему, отчего ее задница поднялась в воздух.

Элоиза довольно легко кончила только от сосания сосков, однако хотела чего-то большего. Она подползла выше, и теперь ее промежность оказалась на уровне его лица. Его руки погладили заднюю поверхность ее ног. Она настойчиво прижимала бархатные губы промежности к его лицу и почувствовала своей кожей его дыхание. Она начала двигать бедрами, желание пульсировало в ней.

— Мне кажется, я влюбился, — пробормотал Фредди, обхватывая ее ягодицы и запихивая промежность себе в рот. Позади нее Рик захихикал и снова заругался. Язык Фредди коснулся ее клитора, и она издала громкий стон, все сильнее прижимаясь к его лицу.

Рик стоял на четвереньках позади нее, ворча, как собака. Он потянул ее от Фредди, так, чтобы она, распластанная, упала на ковер, раскинув руки и ноги, что могло интерпретироваться только как приветствие.

И, конечно же, они оба лежали на ней, как оплетающий ее плющ, лаская и целуя ее лежащее ничком тело, раздвигая ей ноги. Один из них держал ее руки и связывал ей запястья. Элоиза каталась и выкручивалась, когда они облизывали ее. Один из них исследовал ртом внутреннюю часть ее бедер, другой целовал шею, откидывая ее волосы, кусая сильно, как вампир, а затем с усилием поднял ее грудь так, чтобы тугие соски устремились вертикально вверх. Она извивалась и визжала, ощущая, что плывет над поверхностью пола. Камера щелкала вдали, делая запись этой фантазии.

Она не думала, что сможет протянуть еще хоть немного.

— Возьмите меня кто-нибудь, ради Бога, трахните меня!

Рик был на ней.

— Я иду первым. Ты ведь не думаешь, что это будешь ты, приятель?

— Я буду смотреть. Это будет почти так же здорово. Она великолепна. — Голос Фредди звучал так, как будто он был в трансе. Она искоса поглядела на него и увидела, что он откинулся назад, темные завитки волос были мокры от пота, глаза пристально смотрели на нее. Что-то расплавилось и потекло внутри нее.

Она вытянула руку.

— Эй, Фредди. Стоит подождать, я обещаю. — Она не спускала с него глаз. В это время Рик лег поверх нее, дыша, как загнанный, его голубые глаза остекленели так же, как у его отца. Он с жадностью поцеловал ее, затем еще сильнее раздвинул ее ноги и высвободил свой пульсирующий член. Элоиза получала грязное удовольствие от того, насколько разнузданно было все происходящее, от того, что они опробовали нечто новое, и внезапно перед ее мысленным взором возникло лицо Джейка. Но вместо того, чтобы выглядеть сердитым или злым, его глаза сверкали от возбуждения, он одобрительно кивал ей.

Рик толкнул в нее свой огромный пенис, и она приняла его. Ее голая грудь увеличилась, рот был распахнут в экстазе.

— Она влажная, смотри, она приглашает. Для тебя тут ничего не останется. — Рик злорадствовал, и Элоиза ожесточилась, чтобы сдержаться для томящегося от любви Фредди.

Когда Рик начал толкаться внутрь нее, она обхватила ногами его талию. Элоиза подавляла в себе стремление достичь оргазма, особенно когда Рик толкал все сильнее и сильнее, его яички ударяли по ней, и когда он наконец сдался, кусая ее шею, и кончил.

Ее тело уже болело, она чувствовала себя израненной и раздавленной. Она не осознавала, сколько времени она испытывала подобную боль, кто был внутри нее, кто смотрел.

Теперь Фредди оттолкнул Рика. Рик выругался и повернулся, чтобы ударить Фредди кулаком, но Фредди оказался слишком быстрым. Они начали игру, сражаясь в расстегнутых рубашках на полу, как в сцене из фильма «Влюбленные женщины». Их пенисы неистово подпрыгивали в свете камина, как у львов, борющихся за власть в стае. Элоиза откинулась назад и улыбалась, глядя на это.

Затем Фредди оказался на ней. Он опустил голову вниз и поймал один сосок ртом, сильно кусая его снова и снова, посылая внутри нее сильные позывы желания. Она задрожала от смеси боли и удовольствия. Держа зубы вокруг пылающего бутона соска, он приподнял ее ягодицы к своему паху, сгибая голову так, чтобы он все еще мог кусать ее грудь и одновременно нацелить кончик своего пениса в ее влагалище.

— Просто трахни меня, Фредди, — простонала Элоиза, тыкая пальцами в его молодую плоть.

Его пенис был огромен. Больше, чем у Рика. Больше, чем у Седрика Эпсома. И, хоть эти мысли и казались ей бесчестными, намного больше и толще, чем у Джейка. Она завизжала от восхищения. Казалось, проскальзывая внутрь нее, он продолжает расти, выходя снова, чтобы подразнить ее, а затем входя внутрь еще немного больше, поддразнивая, исследуя, толкаясь внутрь и вокруг ее больной промежности, тестируя, дегустируя, исследуя. Вот это да! Парень, да ты делал это прежде.